Valley - Burglars trip

- Ну… если в папеньку пойдет…

- Ник, а тебе вообще должно быть стыдно!

- Ты знаешь, наверное, это ужасно, но мне не стыдно. И мы действительно говорим не о твоем сокровище. Мы говорим о совершенно конкретном человеке, который давно умер.

- От мелкого пижонства, самоуверенности, страсти к саморазрушению и отвратительного характера, - ухмыльнулся Кес. – Кстати, их и зовут одинаково.

- А я ведь с ним воевал... – мечтательно произнес Фламель, отхлебнув вина.

- С ним? Или с ним? – усмехнувшись, спросил Кес.

- И с ним, - улыбаясь, ответил Фламель. – И с ним. Такой беспорядок был, как будто не помнишь.

- Не застал. К сожалению. А может, и к счастью. Я в Испании был. Долго.

Хотел бы я знать, что в понятии Кеса – «долго». Если он и рассказывал мне о своей жизни, то никогда не привязывал эти истории ни к месту, ни ко времени. Как-то еще в детстве я попытался выяснить, почему он не называет ни стран, ни эпох. Объяснил он это следующим образом:

- Время и пространство, Севочка, несколько условны, а ты еще так молод, что непременно захочешь заняться классификацией. И это будет большой ошибкой. Природу этого мира изменить нельзя. Во все времена и во всех странах происходит одно и то же. Я и не стремлюсь тебя запутать, но именно то, что ты не можешь привязать мои рассказы к определенному времени и месту, как раз доказывает, что я прав. Ничего не меняется. Всегда и везде все происходит одинаково.

Бессмысленно было его спрашивать.

Я встал с дивана, раскланялся с ними и молча направился к Восточному камину. Зачем им мешать? Пускай развлекаются. Все равно я не понимаю, о чем они говорят.

Впервые эта идиотская «тень» сделала хоть что-то полезное. Только Фэйта нам там и недоставало. Явись он в Ашфорд – вот это бы был номер. Мы и сами-то чуть не утонули.

- Зачем ты ему лицо разбил?

- Да я случайно. Он первым полез. Вот чем хочешь клянусь, Сев, - он первый.

Кто бы сомневался. Фэйт всегда первым лезет.

Разговаривали мы тихо, боясь его разбудить.

- Ты бы хоть обувь с него снял, - устало сказал я, стаскивая с Фэйта ботинки и выливая из них воду. – Посмотри, он совсем замерз.

- Было бы лучше, если бы он в Ашфорд явился?

Айс завернул меня, наверное, во все пледы и одеяла, которые у него нашлись, потому что, проснувшись, я долго в них путался, пока наконец удалось освободиться.

Ну, слава богу! Живой и вполне целый, спит безмятежно в кресле, и ничего с ним не случилось.

Будить?

Не будить?

- Айс, - тихонько позвал я его, не очень надеясь на ответ.

- Не согласен, - четко произнес он, не открывая глаз.

И тогда я пошел домой. Мне еще с Нарси объясняться.

После этой сумасшедшей ночи мне о стольких вещах необходимо было подумать, что я даже не знал, с чего начать. Я не считал себя тщеславным. Тщеславие – это когда человек жаждет публичного признания. Или всеобщего восхищения. А на какое публичное признание и всеобщее восхищение я мог рассчитывать, занимаясь некромантией? Это запрещенный раздел магии.

Пожалуй, я хотел доказать Кесу… Много чего хотел доказать. Ну и что? Это еще не тщеславие. И почему Кес так расстроился, когда я заявил, что хочу найти истину?

Я знаю почему. Кес считает, что истины нет. Но ведь это не может быть правдой. Я никогда в это не поверю. Конечно есть. Иначе зачем мы вообще живем? И мучаемся?

Я думал об этом весь день, а к вечеру отправился к Фэйту. Не то чтобы я ожидал, будто он сможет сказать по этому поводу что-нибудь путное, я прекрасно понимаю, что он идиот, но он наверняка придумает что-нибудь, чего я даже и вообразить не смогу. А это всегда интересно.

И я, конечно, оказался прав. Я всегда прав. Ну, почти.

- Тщеславие? – удивленно переспросил Фэйт. – А кто сказал, что это плохо? Это отлично.

Тоже вариант.

- Что же тут хорошего?

- А что плохого? Тщеславие – это здоровый инстинкт.

- Ты действительно так думаешь?

- Конечно. В меру, естественно. В меру все хорошо. Тщеславие двигает миром. Человек хочет показать себя и чего-то добивается. Это нормально.

- Все, чего я пока добился, приносит одни проблемы. И не только мне.

- А при чем тут ты? Ты в себе, что ли, нашел тщеславие? – засмеялся он.

- Ну… Кес так говорит.

- Что он говорит?

- Он говорит, что я тщеславен, и это основной мой недостаток, и…

- Он тебя обманывает, Айс.

- Ты хочешь сказать, что он не прав? – я невероятно обрадовался, услышав, что Кес тоже может ошибаться, хотя и не особо в это верил.

- Нет. Ты только не обижайся, Айс… но я хочу сказать, что Кес тебе врет.

- Зачем? – я совершенно опешил.

- Я не знаю, какие у вас там отношения, но у меня сложилось такое впечатление, будто он чего-то от тебя хотел, а ты этого не сделал. Он пытается разбудить в тебе тщеславие. Ты явно в чем-то не оправдал его ожиданий. А судя по тому, что ты бы их оправдал, будучи тщеславен хоть немного, он хочет от тебя чего-то не очень презентабельного.

- Я не понимаю, о чем ты говоришь, - пробормотал я, не узнавая собственного голоса. – Он ничего никогда от меня не хотел. Ты несешь абсолютную чушь. Впрочем, как обычно.

Не стоило все это ему говорить. Он страшно перепугался, стал кривить губы и грубить, чтобы скрыть свой страх. А я некстати вспомнил, что Ашфорд всегда представлялся мне очень странным местом, Кес - сильнейшим темным магом, а семейство Айса - весьма опасным сборищем хоть и интересных, но не особо приятных личностей, о которых сам Айс ничего никогда толком не рассказывал.

Но я ведь тоже не ребенок. Не знаю, что они там скрывают в своем замке настолько серьезное, что даже «тень Гильгамеша» в этом участвует и помалкивает, но, с другой стороны, сегодня ночью был первый раз, когда я не смог туда попасть. Если бы там происходило что-то очень страшное, то Айс не сделал бы Джойн. Со мной там никакой беды случиться не может. И Кес… после смерти моего отца я всегда был уверен, что мне есть к кому обратиться в случае какой-нибудь очень серьезной неприятности. Об этом никогда не говорилось ни слова, но я это знал абсолютно точно. Кес не выпускал меня из поля зрения все эти годы, что никогда не обременяло, но придавало некоторую уверенность. Просто Айс - параноик с манией преследования. Возможно, его раздражает такая опека. А может быть, в его случае все несколько серьезнее. Все-таки Кес ему дядя. После отъезда Эстер - самый близкий родственник.

Может, Айс ему завидует?.. Айса всегда восхищали бескрайние магические возможности, он ведь и с нашим Лордом из-за этого связался.