Анатоль Нат - Приключения блудного барона.

Теперь вы должны или сами выплатить по семьсот золотых из своего кармана, или отработать на общественных работах всю сумму долга.

— Мы отработаем…, - неожиданно подал голос Толян.

— Заткнись, — жёстко оборвал его Сидор. — Не мешай наслаждаться процессом воспитания. Я ещё не всё сказал.

— Продолжаю, — ещё раз недовольно покосился он на перебившего его парня.

Значит, по их мнению выходит, что за вас должен заплатить некий барон, подбивший невинных дитятей на сие сугубо преступное деяние.

Ибо! В случае отказа от платежа или от его отработки на общественных работах, — совсем уже ледяным тоном проговорил Сидор. — Всем вам светит изгнание из города.

И запрет на проживание на подвластных городу землях, пока виновные не рассчитаются по всей сумме штрафа. С соответствующими карами в случае нарушения данного постановления Совета.

— А вас, всех пятерых, как главных зачинщиков беспорядков: тебя Андрюха, Лёху, Гайрата, Олега и тебя Толян, так даже из родительских домов повыгоняли. За убийство человека ваши семьи от вас отказались, как от неисправимых буянов. Ну, и как результат, нет дома — нет прав гражданина. Вы теперь вообще никто. Вам десятерым официально запрещено появляться в городе, даже если вы и заплатите штраф.

— С другой стороны ещё хлеще.

— Родственники умершего от нанесённых вами побоев охранника виру за смерть приняли, но оказалось, что это ничего не значит. Они просто пополнили свой карман за наш счёт, но как и прежде жаждут вашей крови и готовы на всё, лишь бы отомстить.

— Но если б они были одни, — тяжело вздохнул Сидор. — Так ведь ещё и семья лежащего при смерти Чернухи жаждет вашей крови. И Пахом Бялый подал в Совет жалобу на оскорбительное избиение своей дочери, повлекшие за собой самые тяжкие для неё последствия. Её, видите ли теперь, как вожжами поротую, никто больше замуж не возьмёт. И если раньше, даже с кривой рожей и бельмом в глазу у неё, из-за о-очень большого приданого, ещё были вполне реальные шансы на достойное замужество, то теперь — абсолютно никаких.

Ну и зачем было девке жизнь ломать? Даже если она некрасивая и дура? — Сидор с осуждением покачал головой.

И все они требуют вашей казни.

— Как это? Какой казни? — Андрюха, вслед за остальными удивлённо вытаращился на Сидора. — Вы же сказали, они виру приняли.

— Гражданской казни, гражданской, успокойтесь, — с флегматичным видом уточнил Сидор. — Официального прилюдного вашего покаяния на главной площади города перед зданием Совета, с последующим вашим изгнанием навсегда из города.

Всё это мне подробно поведали в Совете, а до того ещё и всё утро сам Боровец с мрачной мордой по ушам ездил, — мрачно буркнул Сидор. — Который вместе со своей толпой ваших добровольных почитателей-стражников весь день толпится возле наших ворот, в ожидании выхода своих кумиров. Ждёт-с. До сих пор, между прочим, ждёт-с.

Проговорив всё это, Сидор замолчал, с любопытством ожидая реакции, и глядя на парней с девчонками с каким-то непонятным, странным выражением на лице.

— Ну и? — напряжённый голос Андрея нарушил установившуюся тишину в комнате.

— Ну и ква, — ухмыльнулся Сидор. — Пришли в Совет и официально послали всех их с такими претензиями на три буквы. Установка новых законов и требований задним числом действительной не является. Немного поругались, они с нами вынужденно согласились. Что подобный штраф возможен только в будущем к кому-либо предъявить, и с обязательным утверждением на Всерос…, - запнулся он, соображая что ляпнул, — … на общегородском съезде Советов. Но никак не задним числом начислить. Тем более что пострадавшие уже как бы виру то получили.

Только вот неизвестно, как бы оно всё повернулось, — Сидор вдруг нахмурился, хотя, казалось бы куда ещё больше, — если бы не деяния присматривающей за вашим подвигами группы поддержки.

Если б не Юрась со своей группой диверсантов с Ягодного острова, то неизвестно ещё чем бы всё это дело для нас закончилось, — холодно проговорил он.

— А пока! Сюрприз!

Сидор несколько раз громко хлопнул в ладони.

Глядя как здоровенные двухметровые ящеры вводят в комнату укутанную в покрывало с головой человеческую фигуру, он ещё несколько раз негромко хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание.

— Серафим Корчага! — на манер фокусника, Сидор с ехидно насмешливым смешком одним резким движением сорвал с головы введённого человека покрывало. — Прошу всех любить и жаловать! Невинно убиенный царственный младенец несчастного города Углича.

Видя опять ставшие сразу непонимающими глаза всех присутствующих, с коротеньким смешком пояснил:

— Говоря нормальным языком, случайно нанятый на время в кабак охранник-вышибала. Это когда в очередном жертвенном кабаке у хозяина вдруг сказываются больными половина охранников, а их старшему охраннику, вдруг какие-то неизвестные лица накануне разбивают голову. Да так, что тот, видите ли, не может исполнять свои профессиональные обязанности.

"Случайно" нанятый, подчёркиваю, — недобро усмехнулся Сидор.

Который, стоило только завертеться потасовке, как сразу выходит на сцену, — Сидор неприятно улыбнулся. — И самоотверженно, не щадя живота своего, бросается защищать хозяйское добро, до которого ему по трезвому разумению нет ни малейшего дела. И "естественно" гибнет на посту.

Потом, какие-то вдруг сразу оказавшиеся на месте знахари констатируют смерть несчастного охранника. И на пустом месте созданная легенда сразу начинает свою самостоятельную жизнь. А ещё потом, каким-то неизъяснимым образом труп вдруг оживает и исчезает из морга, то бишь из ледника, — поправился Сидор. — Извините, ребята, оговорился, моргов здесь нет.

Но, благодаря бдительности некоторых, специально приставленных наблюдать за вашим процессом развлекухи товарищей, оказывается сразу перехвачен прямо за стенами города, когда наш зомби пытался скрыться в неизвестном направлении.

Имеется в виду отрабатывающий практику Юрась со товарищи, — с усмешкой уточнил Сидор, — чтоб не допустить исчезновения свидетелей и сокрытия улик.

Нет, сейчас нам конечно известно в каком таком неизвестном направлении этот зомби пытался скрыться, но к нашему данному разговору данный факт пока не имеет отношения. Поэтому этот вопрос пока отставим в сторону.

А потом, вдруг, неожиданно оказывается что и лежащий как бы при смерти кабатчик, господин Чернуха Николай Андреич, тоже удивительным образом не так сильно пострадал, как говорилось. И отделался лишь одной сломанной челюстью, а никак не пробитой насквозь головой, сломанной челюстью и носом, переломанным хребтом, выбитым глазом и прочими, прочими распространяемыми среди любопытствующей публики страшилками. И не лежит при смерти, почему-то.