Брайан Ракли - Рождение Зимы

Их разбудил дождь. Утро было скверным. Костер быстро погас. Часть углей Варрин забросал землей, остальные раскидал ногами. По мере того как они углублялись в лес, дождь усиливался, но это все-таки было лучше, чем снег или пронизывающий ветер. Он набрели на горный ручеек и напились. Эсс'ир трудно было наклоняться, поэтому Варрин зачерпывал для нее воду ладонями и подносил ей. Оризиан представлял, каким страданием давался ей каждый шаг. Даже его рана в боку все еще давала себя знать, не болью уже, но тоже чувствительно. То, как она старалась справиться с собственной раной, только доказывало, насколько изящной она была прежде. От прежней осанки и грации почти ничего не осталось, и теперь, лишившись легкости, она напоминала птицу, которая не может взлететь.

К полудню дождь ослаб, и идти стало легче, тем более что и склон стал ровнее. Наконец настал момент, когда уклон исчез совсем, и под ногами, впервые за целую вечность, оказалась ровная земля. И перед глазами тоже. У Эньяры из самых глубин души вырвался вздох облегчения. Даже Рот не удержался от слабой улыбки.

— Добро пожаловать в долину Дерва, — возгласила Ивен. — Некоторые называют ее Долиной Слез, но мы, вероятно, можем надеяться здесь на более счастливые времена.

Варрин обменялся с Эсс'ир несколькими словами. Похоже, они пришли к какому-то согласию.

— Здесь есть во'ан. Один-два часа ходьбы, — сообщила Эсс'ир.

Никто не возразил, хотя Оризиан заметил удивление, если не потрясение, на лице Эньяры. Он и забыл, что она, в отличие от него, никогда не была в таком месте.

Он улыбнулся и как мог убежденнее сказал:

— Это будет отлично.

По всей влажной земле росли вековые ивы. Деревья были слишком старые и редкие, чтобы быть дин хемом, но тем не менее это место оставляло тревожное и нелепое ощущение, будто оно жило собственной жизнью, в которую бесцеремонно вторглись Оризиан и его спутники. Кругом множество поваленных деревьев, медленно погружавшихся в землю, обросших мхом и целыми грибными колониями.

Они остановились на поляне и сели на холмике, там земля была посуше.

— Мы близко, — чуть слышно сказала Эсс'ир. Казалось, каждое хриплое слово доставляет ей такую боль, что Оризиан даже вздрогнул от сочувствия. — Мы пойдем и попросим разрешения для вас войти в во'ан и остаться. Ждите здесь.

Оризиан мягко ответил:

— Не беспокойся. На этот раз никаких разговоров о том, чтобы быть посланными под ивы.

— Никаких, — согласилась Эсс'ир.

— Оставь нам хотя бы копье, — предложил Рот Варрину. — У нас, кроме ножа и этих посохов, нет никакого оружия.

Кажется, слова просто перекатились через киринина, он исчез на севере, оставив остальных сидеть и наблюдать за облаками, стремительно проносящимися у них над головами.

— А вы уверены, что это безопасно? — спросила Эньяра.

Не успел Оризиан вздохнуть, как Рот ответил:

— Не совсем.

— Они не привели бы нас сюда, если бы это было небезопасно, — возразил Оризиан.

— Вполне справедливо, — спокойно сказала Ивен. — Они думают, что мы избавились от погони, иначе они нас не оставили бы здесь. Эсс'ир, конечно, никогда этого не сделала бы, если бы предполагала, что для вас есть какой-нибудь риск. — Она посмотрела сначала на Оризиана, потом на Эньяру. — Ты понимаешь, что такое ра'тин? Обет, который она дала?

Оризиан не понял и нахмурился. Слово «ра'тин» было вроде бы знакомо, но он не мог сразу сказать, где его слышал. Потом он вспомнил, что его произнес Иньюрен, когда лежал у Прыжка Сарна. Оно мелькнуло, когда он разговаривал с Эсс'ир. И Эсс'ир, перед тем как их нашла Ивен в Крайгар Вайне, вроде бы говорила о том, что принесла какую-то клятву. Он просто забыл.

А Ивен размышляла вслух:

— Нет, не думаю. Уверена, что сама она тебе об этом не говорила. Я подслушала их разговор (точнее говоря, спор) об этом еще там, в развалинах. Во всяком случае, вы можете быть совершенно спокойны, она вас не оставит в опасности.

— Но они могут не договориться с этими тварями из лагеря, — пробурчал Рот.

— В долине Дерва дела обстоят немного иначе, — сказала Ивен. — На этих землях хуанины и киринины живут бок о бок. Это своего рода приблизительный, грубоватый, но все же мир, так что я скажу вам слово совета, двух, по сути. Не так свободно употребляй здесь слово «тварь». Так можно назвать врага, а здесь, как я уже сказала, дела обстоят немного иначе. Второе, никогда киринин не отдаст ни копья, ни лука, пока находится за пределами лагеря. Попроси об этом хуанин… Варрин носит полный кин'тин, и он не постеснялся бы устроить кровопролитие. Он, должно быть, любит тебя, иначе сразу угостил бы наконечником копья.

Рот впал в угрюмое молчание. Оризиан подумал, что еще недавно щитник не преминул бы что-нибудь сказать по поводу кирининской гордыни.

Незаметно шло время. Они поели и напились. Оризиан и Эньяра задремали. Вдруг из-за деревьев, на западе от них, послышался какой-то шорох. Рот схватил кинжал и вскочил. Некоторое время все напряженно прислушивались. Потом послышалось отчетливое, резкое хрюканье и звук прыжков какого-то удаляющегося вглубь леса животного.

— Болотный олень, — объяснила Ивен.

Варрин вернулся один. Он отсутствовал не более пары часов.

— Пошли, — только и сказал он.

Это был другой во'ан, совсем не такой, какой видел Оризиан. Выйдя из густого леса, они пришли на берег озера, окаймленного тростником и камышом. Зимний лагерь тянулся над болотом и частью над озерной водой и представлял собой платформы на сваях и деревянные пирсы. В нем тоже было много хижин из шкур животных, натянутых на деревянные каркасы, но эти лачуги выглядели надежнее, чем куполообразные палатки, которые Оризиан видел в лагере Ин'хинир. У платформ было привязано множество плотов из бревен, на них под навесами над дымящими кострами висела на стойках рыба. Из-под навесов разносился густой запах. Создавалось впечатление, что лагерь существует здесь уже много лет и кирининов в нем, пожалуй, вдвое больше, чем на южной стороне Кар Крайгара. Несколько ребятишек бросили свое занятие и стали разглядывать странный отряд, который Варрин привел к одной из платформ, но взрослые не обратили на них никакого внимания.

— Спать здесь, — сказал Варрин.

— А где Эсс'ир? С ней все в порядке? — спросил Оризиан.

Варрин кивнул:

— Она отдыхает. Все отдыхайте.

— А завтра?

— Это завтра, — ответил Варрин, едва заметно пожав плечами. — Здесь вам никакого вреда не будет.

Темный Путь захватил старую гостиницу Дамбы Сириана. Гостиничный штат либо умер, либо обратился в бегство, как все жители деревни. Инкаллимы Шревы поставили охрану возле кладовых с пивом и вином, но разделили часть запасов еды. В жаркой и переполненной комнате, где обычно отдыхали и утоляли жажду усталые путешественники, теперь толклись воины и стоял гвалт, крики и разговоры. Настроение у воинов, даже не подкрепленное пивом и вином, было хорошее. Почти все они принимали участие в падении Замка Андуран, и победа все еще опьяняла их.