Стив Паркер - Охотники на ксеносов: Омнибус

— Нужно добраться до Карфакса, — настойчиво произнес Саламандр во встроенную комм-бусину на воротнике.

— Да, — согласился Зэвс, снова берясь за цепи, обмотанные вокруг Фестарона. При этом он не отводил глаз от объемистого контейнера боеприпасов на спине Вортана. — Только мы до него не доберемся.

— Что? — тут же повернулся Ар’ган. — Объяснись, технодесантник.

— Эти летуны атакуют не просто так — они ослабляют и замедляют нас. По такому ландшафту, — Медный Минотавр обвел рукой пустыню, скрытую яростной песчаной бурей, — и в таких условиях, орда настигнет нас, самое позднее, на полпути до Карфакса. И тогда…

Замолчав, он резко провел ребром ладони по горлу.

— Не думал, что ты фаталист, Зэвс, — в голосе Саламандра прозвучал небольшой упрек, на который технодесантник не обратил внимания.

— Вовсе нет. Я реалист, и всегда думал, что вы, ноктюрнцы, такие же.

Ветер донес ухающие крики преследователей, их блеющую охотничью речь.

— Слышал? — спросил Медный Минотавр. — Отправили новый авангардный отряд замедлить нас. Снова летуны, но на сей раз у них будет поддержка. Пустыня принадлежит чужакам, Ар’ган — тут они становятся быстрее, умнее и смертоноснее. Будь уверен, жертвы здесь мы, и начальный отрыв уже почти исчез.

Саламандр шагал в ногу с Зэвсом, чуть меньше, чем в десяти метрах позади Злобного Десантника. Ему захотелось ускориться, но Полино и без того ковылял на пределе сил; вспомнив, что говорил Вортан об Имперском Кулаке, ноктюрнец отверг эту идею как недостойную.

— Откуда ты знаешь, что задумали враги, или на Красной Планете тебя учили ещё и ксенолексографии?

— Так действовала бы любая охотящаяся стая, — пояснил технодесантник. — Сковывала бы добычу небольшими отрядами до прибытия основной орды. Как только чужаки окружат нас, мы примем последний бой и погибнем, уничтожив меньше половины неприятелей.

Остановившись, Зэвс проделал какие-то манипуляции с панелью, закрепленной на одном из наручей доспеха.

— Вортан! — позвал он затем.

Тот едва повернулся, почти не замедляя целеустремленных шагов в направлении «Громового ястреба» и эвакуации.

— Ты что творишь? Мы должны двигаться, я не собираюсь умирать в этом пылесборнике!

На запястье Медного Минотавра располагался гололит-модуль с подключенной к нему небольшой параболической антенной. В воздухе появился крохотный экранчик; Зэвс повел рукой, и перед ним возникли зернистые, колеблющиеся контуры пустыни в зеленых тонах.

— Составляю карту района, ищу слабые места, трещины в грунте, всё, чем можно воспользоваться.

По-прежнему обеспокоенный Ар’ган быстро перевел взгляд с раненого Полино на бурю, бушующую теперь позади Караульных Смерти. Где-то в глубине песчаных вихрей скрывалась орда преследователей.

— Что бы ты ни задумал, Зэвс, делай это быстро.

— Безумие! Мы должны двигаться! — снова потребовал полностью остановившийся Вортан. — Если поспешим изо всех сил, то, может, ещё доберемся до Карфакса и корабля.

— А что с нашими раненым и мертвым? — даже из уст Саламандра это прозвучало, словно намек. Внутренние сомнения раздирали Ар’гана с такой силой, что он не мог смотреть в глаза Злобному Десантнику.

Решение Вортана оказалось простым и жестоким.

— Бросим обоих.

Полино, почти ничего не замечавший вокруг, все же уловил достаточно, чтобы взвесить варианты самому.

— Я пожертвую собой ради остальных, — кивнул Имперский Кулак, — и нанесу тяжкий урон чужацкой погани.

— Вы мужественны до самого конца, капитан, — отозвался Зэвс, подпустив в голос немного машинных ноток, — но едва можете поднять оружие.

Услышав это, Полино попробовал доказать обратное, но его рука задрожала по всей длине.

— И, кроме того, — добавил технодесантник, — это ничего не изменит. Мы всё равно не успеем добраться до штурмового корабля, и, кроме того, есть ещё одна проблема.

— Да их полно на этой забытой Троном миссии! — прорычал Злобный.

— А именно? — вопросительно поднял бровь Саламандр.

В этот момент Зэвс прищурил глаза, под ретинальными линзами. Медный Минотавр нашел, что искал, но пока умолчал об этом.

— Я уже больше часа не получаю сообщений от брата Карфакса. Вермилионовый Ангел, скорее всего, мертв.

— Как и мы — без корабля, — бросил Вортан, грузно подходя к Ар’гану, наблюдавшему за фронтом бури. — Значит, остаемся здесь и ждем конца? Убьем столько ксеносов, сколько сможем?

— Ты, судя по тону, не против подобного сценария, — высказал предположение Саламандр.

— Я хочу жить, но, если уж обречен, то хотя бы сам выберу свою смерть.

— Сколько у нас взрывчатки? — неожиданно спросил Зэвс.

— У меня пара крак-гранат и мелта-бомба, а что? — ответил Ар’ган, поворачиваясь к Медному Минотавру, который наводил антенну на точку где-то впереди. Внизу гололитовой проекции появилась раздробленная помехами надпись: «5.3 км».

— А у остальных? — уточнил технодесантник, глядя на Полино. — И, кто-нибудь, проверьте снаряжение Фестарона.

Злобный Десантник нашел на теле павшего крак-гранату.

— Четыре зажигательных, — пересчитал он собственный боезапас.

— Две мелта-бомбы, — произнес по-прежнему шатающийся капитан.

— Считая мою — четыре, плюс крак-гранаты… — с этими словами Зэвс отключил сканер.

Новые птичьи вскрики разрезали воздух, будто ножи. Теперь они звучали громче, стадо ксеносов понемногу выступало из бури.

— У тебя есть план, технодесантник? — спросил Вортан.

— Да, — Медный Минотавр указал рукой на цель. — Впереди, на расстоянии примерно трех километров, наблюдается дефект тектонической структуры. Сейчас это не более чем трещина в основании пустыни, но, соответствующим образом применив взрывчатку, можно превратить её в расселину — так я думаю. Линия разлома окажется длинной и достаточно широкой, чтобы задержать всю орду.

— А что насчет жалокрылов? Их-то расселина не замедлит, — возразил Злобный Десантник.

— Сомнительно, что они будут атаковать без подкреплений, особенно учитывая, что мы им устроили в прошлый раз.

Вортан хмыкнул, то ли насмешливо, то ли одобрительно.

— Куда идем? — спросил он, подтверждая правильность второй догадки.

— На север.

И они отправились на север.

Над пустыней прокатились раскаты грома — череда взрывов за спинами Караульных Смерти разрушила край котлована, свалив грунт в глубокую карстовую воронку многометровой ширины и намного большей длины.

Как и обещал Зэвс, трещина превратилась в расселину.