Алексей Завальнюк - Блеск и нищета Великого Инквизитора (СИ)
— Ветер несёт дурные известия, Айланделл. Знаки видны даже слепому — вызов будет брошен.
— Да, вызов будет. — Спокойно согласился Великий учитель и Криган напрягся.
— Ты уже знаешь, кто его избрал? Ожидает ли меня поражение от Его руки.
— Он сам избрал и сразу двух Хранителей, Криган. Первым Хранителем стала Дэль, дочь горного Барса и небесной Пантеры.
— Ночная охотница? Насколько необычный выбор. А кто же второй?
— Он Избранный среди легиона Избранных, Криган, ибо вторым его Хранителем стал «Золотой Лорд».
— Повелитель Разрушения. — Прошептал тёмный ментор и его глаза гневно блеснули. — Значит он жаждет Боя? Он получит бой!
Старец положил руку на плечо старого друга, хотя для этого ему пришлось прибегнуть к искусству левитации. Этот жест подействовал на Кригана успокаивающе. В конце концов они были друзьями уже долгие годы, и узы связывающие Великого Тёмного были куда сильнее чем многие могли подумать. Но это совсем другая история.
— Не спеши с выводами, старый друг, я пришёл тебя предостеречь. Над Странником запылал знак Смертельной Госпожи и это видел каждый зрячий Харакерста. Учителя один за другим отказываются иметь с ним дело и принимать его в свою ветвь. Теперь я сомневаюсь даже в Лександре. Но тебе следует знать, что Ноэль менестрель овладел наречённым Хранителем, чьё имя — Мефистофель.
— Да будут прокляты небеса! — вырвалось у Кригана, и он поспешил зажать себе рот ладонью и продолжил уже на полтона ниже. — Не могу поверить. Почему именно этот мальчишка? Я не верю, что он осмелиться.
— Я тоже не хочу в это верить. Ноэль всегда был хорошим мальчиком, к тому же, он слишком молод для камня познания. Он просто разорвёт его на куски.
— Всё в руках судьбы, Айланделл. Час нашей расплаты грядёт. Поздно плакать о сотнях и тысячах невинных, которые разделят нашу участь. Теперь иди, я слышу, что тебя зовут.
На этом разговор закончился, и меня снова призвали в коллегию.
* * *Как много времени я потратил. Меня перенесло прямиком к берегу Хрустального Озера, одного из самых чудесных мест в нашем лесу. Именно сюда неделю назад отправился Ноэль для того, чтобы познать себя…
Ноэль, Ноэль, Ноэль, какой же ты глупый мальчишка! Что же ты с собой сделал? В тебе никогда не было столько высокомерия и амбиций, скорее наоборот. Ты стал для меня настоящим другом, но почему именно так?! Эти мысли циркулировали в голове уже не один час. Ноэль никогда не был настолько страшен, и почему-то меня не покидало ощущение, что я повинен в том, что с ним произошло.
Издав полный ярости вопль я ударил кулаком прямо перед собой. Воздух оглушительно засвистел и незримая волна пронеслась через всё озеро оставив глубокую борозду. Я немного ошалело смотрел на удивительную картину, которая, ну никак не могла быть правдой. Вода никак не желала вступить в свои права заполнив пустующее пространство образовавшиеся в результате моего удара, возникало ощущение, что незримая стена мешает ей в этом. Правда продолжалось это всего несколько секунд, к моему огромному облегчению. А минутой позже я продолжил копаться в самом себе. Теперь я спрашивал себя, стоит ли мне идти на это испытание. С одной стороны я хотел вступить в ветвь Ливни и Капли, а ещё лучше в Ветер и Пламя, но после всего случившегося я превратился в угрозу.
Правда я не мог выбросить из головы один из наших с Ноэлем разговоров, во время которого он в красках описывал испытание.
«Раз в году, в самом конце лета, монахам разрешается посетить запретный лес. Учителя Великих ветвей устремляются к алтарю и приносят жертвы богам. Сотни послушников посыпают землю песком и утрамбовывают её, ибо случается так, что на арене сражаются десятки послушников. Вокруг арены испытания разбивается лагерь, устанавливаются штандарты с гербом ветвей, под навесами собираются Великие учителя готовые принять вызов каждого послушника. Когда юноша или девушка достаточно созревшие для вступления в ветвь вызывают наставника, он принимает вызов. Как правило даже самый опытный ученик проигрывал учителю, и только он решал, достоин ли послушник вступления в ветвь, или нет. Только один вызов почти всегда заканчивался для недостойного смертью — это вызов Тёмного Кригана».
Я вынырнул из воспоминаний. Меня колотило мелкой дрожью, я кажется начал понимать, кого сегодня вызовет на бой мой юный друг. Имел ли я право вмешиваться в чужие дела?
Вопросы рождались один за другим, но я не мог найти на них ответы. Я смотрел в небеса, на водную гладь озера и искал, искал, искал, не замечая, как быстро пролетает моё время. Я опомнился лишь когда солнце начало склоняться к горизонту. Я знал, что на закате Испытание закончиться и мне придётся ждать следующего года, что было для меня непозволительной роскошью.
— Со щитом, или на щите, но я вернусь! — ни к кому особенно не обращаясь воскликнул я.
Моё слово — закон. Я дал слово Айланделлу, что не войду в ветвь Кригана, и это слово сдержу. Если уж Ноэль так сильно стремиться к власти и захочет вызвать Кригана на бой, мешать ему не стану, но и убийство Ноэля я тёмному не позволю, даже если мне самому придётся сразиться с ним. Едва я принял это решение, как знакомый поток Силы подхватил меня и перенёс совсем в другое место.
Как я писал ранее, солнце клонилось к закату, неведомая мне Сила перенесла меня прямиком к запретному Алтарю. Долгое время мой взор был замутнён, но когда пелена спала, я смог рассмотреть место получше и с удивлением отметил, что Ноэль ни в чём не соврал. Всё в точности так, как он описывал: Самодельная песчаная арена, на которой я разглядел следы босых ног и очертания упавших на песок тел, монахи и новообращённые прятавшиеся под штандартами своего клана, учителя, стоящие чуть в сторонке. Я увидел среди них Айланделла, он о чём-то перешёптывался с Криганом, который мрачно поглядывал в мою сторону. Сделав первый шаг вперёд, я снова ощутил чужой страх, над присутствующими сгустилась Тишина, но не смотря на неблагоприятные знаки, я всё же продолжал идти. Напряжение всё возрастало и достигло своего апогея, когда я вышел на середину арены. Благодарю Дженналит за то самообладание, которое она мне привила, нельзя было допускать превращения Испытания в Фарс.
Полностью отрешившись от мирских забот, я сделал ещё несколько шагов в сторону учителей и с достоинством поклонился. Согласно традиции, каждый из учителей должен был поклониться мне в ответ и спросить, желаю ли я поступить в их ветвь, но в этот раз всё было совсем по-другому. Первым заговорил старший наставник ветви Ливня и Капли, я узнал его по небесно голубому кимоно с узорами изображавшими герб его ветви.