Алексей Завальнюк - Блеск и нищета Великого Инквизитора (СИ)
Проходя мимо меня Ноэль замедлил шаг, мне даже показалось, что он улыбнулся, но я понял, что мне просто показалось. Ментор обрушил на мальчишку громы и молнии.
— Как ты смеешь опаздывать на обряд?! Это… Ах! — Ноэль отшвырнул наставника со своего пути словно тряпичную куклу.
— Тебе, младший наставник, не пристало учить Великого Владыку мелким заботам смертных.
Ментор опешил от такой наглости, да и не он один. Мне даже показалось, что он сейчас размажет мальчишку по разным углам залы, но Ноэль уже подошёл к алтарю и стал на колени. Согласно древней традиции, никто не мог мешать монаху или послушнику в момент обряда. Геоджет был вынужден смирить свой гнев. Ноэль удивил нас всех неоднократно. Все присутствующие затаив дыхание следили за тем, как истово молиться юный послушник. Ноэль впал в религиозный экстаз. Он что-то горячо шептал, о чём-то просил, кому-то приказывал, и всё это сопровождалось, то взмахами рук до небес, то падением ниц.
Беда в том, что если послушники наблюдали за всем этим с интересом, то я со смешанным чувством восхищения и боли. В Ноэле я почувствовал свою природу, хотя в тот момент я, разумеется, не понимал всей глубины открывшегося мне чуда. Что-то изменило Ноэля, я чувствовал это всем существом, и внутренний голос подсказывал мне, что я приложил к этому свою руку. Когда пламя в жаровне вспыхнуло Ноэль исчез в клубах удушливого чёрного дыма. Я почувствовал запах смерти и весь подобрался, как готовый к броску волк, но вскоре дым рассеялся и я потрясённый сел обратно. Согласитесь, увидев то, что увидел я, вы наверное тоже присели бы. Ноэль вольготно развалился на алтаре поглаживая голову исполинского чёрного дракона. Кто-то приглушённо пискнул рассмотрев его получше. Этот монстр был настолько огромен, что из иного пласта в наш мир высунулась только голова. Чёрные драконы и сами по себе не подарок, а этот ещё и плотоядно поблескивал глазами посматривая в нашу сторону.
— Мефистофель! — в ужасе крикнул ментор. — Уже названный Хранитель. Олицетворение алчности, пороков и…
— Власти, Геоджет! Власти! Той самой власти, которую я скоро получу.
Ноэль спустился вниз и никто не осмелился заступить ему дорогу. Мой друг изменился, но отнюдь не в лучшую сторону. Он высокомерно смотрел на окружающих и лишь проходя мимо меня прошептал: — «Удачи»
Однако в глубине души Ноэль жаждал, чтобы я оступился. Усевшись чуть позади меня он с отрешённым интересом продолжил созерцать происходящее. Между тем молчание в зале становилось всё напряжённее, и я понял, чьё имя сейчас нбазовёт ментор.
— Странник. Странник пришедший из темноты.
Я медленно повернул голову встретившись глазами с подозрительно торжествующим взглядом ментора. Стараясь делать вид будто бы ничего особенного не происходит, я встал и направился к алтарю. Однако с каждым шагом мои мысли становились одна мрачнее другой. После выходки Ноэля я не мог заставить себя встать на колени перед ментором, даже для того, чтобы продемонстрировать смирение.
«Пусть всё горит пламенем»! думал я и вот с такими вот мыслями предстал перед Ментором со странным именем Геоджет. Но всё же я не хотел прослыть невеждой, поэтому поклонился ему и был несказанно удивлён получив ответную дань вежливости.
— Странник «Пришедший из Темноты», — повторил ментор, словно смакуя моё прозвище на кончике языка. — Ты не был рождён в этих стенах, и не один из менторов не ручался за тебя, но всё же ты пришёл сюда. Не являясь детищем Харакерста, ты всё же стоишь здесь в надежде призвать и обрести Хранителя. Ответь мне, Странник, что за знание ты нам принёс: Худое или доброе. Я видел тебя в тот день, когда тебя принесли. Ты пришёл из темноты по сути дела мёртвым, но почему-то выжил, хотя все законы мироздания противились этому. Что ты принёс в наш дом?
До сих пор не понимаю, чьи слова иной раз срывались с губ, когда мне задавали настолько каверзные вопросы. Я ответил ментору своеобразным каламбуром: — Я пришёл сюда с вопросом, на который только вы сами можете дать ответ. Я не знаю, что это за вопрос, но быть может я и есть вопрос?
Как я уже написал, мне неведомо, что я хотел этим сказать, однако ментор был удовлетворён моим ответом, и даже улыбнулся в усы.
— Этот ответ говорит о многом, Странник. Что ж, тогда задам вопрос, который должен задать каждому. Вы готовы призвать и принять своего Хранителя?
— Если я готов, — мне вспомнился ответ молоденькой послушницы, но я немного его переиначил, — то призвав Хранителя буду им принят, если же нет, то я сам отвергну его.
Ментор замолчал и довольно надолго. Он перебирал пальцами свою бородку, что-то прикидывая в уме. Я уже начал нервничать, когда ментор наконец-таки оторвался от самосозерцания.
— Я никогда не думал, что услышу такой ответ. Те кто приходил сюда говорили о гордости, чести, о том, что к этому нельзя быть готовым, но никто даже не помышлял о таком дерзновенном, но без сомнения правильном ответе. — Геоджет наклонился к моему лицу и горячо зашептал: — Я открою тебе один секрет, малыш. Небесные Владыки не ответят недостойному, но Хранитель придёт только к тому, кто искренне в него верит и нуждается. Хранитель — это отражение духовных качеств человека, поэтому каждый получает Хранителя подстать себе.
— Но как же тогда Ноэль? Почему именно Мефистофель? — я понял всё, что мне сказали и всерьёз забеспокоился за судьбу моего юного товарища.
— В душе каждого из нас есть тёмные пятна полные яда, Странник, — с сочувствием в голосе заметил ментор, — и никто не знает, что могло вызвать толчок яда на поверхность, но Хранители не ошибаются. Мне жаль юношу, но — это его судьба.
— Что ж, пути судьбы неисповедимы, но я готов доказать вам, что свою судьбу я строю сам. Могу я начинать обряд?
— Начинайте Странник, и да пребудет с вами благословение Небесных Владык.
Все точки над «и» были расставлены, и можно было начинать, но прежде я обернулся и посмотрел на моего друга. Для меня никогда не представляло трудностей посмотреть прямо в глаза человеку, даже если он находился на огромном расстоянии от меня. Но с Нэолом этот трюк не прошёл, его лицо скрывало незримое облако, и как я не бился, мне не удавалось рассмотреть, что с ним произошло. Единственное, что я мог увидеть — это были бездонные чёрные глаза моего друга. Я так надеялся ошибиться в том, что я увидел, и за это надежду мне предстояло дорого заплатить, но в тот момент я увидел глаза моего будущего врага. В ту минуту мне хотелось верить, что это просто юношеский задор, пыл юнца получившего могущество, и именно этот вызов в глазах подтолкнул меня к странному действию. Повернувшись к алтарю я начал свою импровизированную молитву.