Слепые к звёздам - Ярослав Маратович Васильев
В итоге от старта до финиша получалось больше месяца в одном и том же рециркулированном воздухе, с одними и теми же лицами за одним и тем же обеденным столом в одно и то же время — или питайся в каюте, или соблюдай график, потому что столовая не рассчитана на такое количество народу разом. Они убивали время книгами и фильмами. Занимались спортом по графику. Ели по графику. Спали. И находили всё более изощрённые способы раздражать друг друга, особенно учитывая, что для простоты планирования смены разбили по секциям: так что видел ты всё время очень небольшой круг одних и тех же людей.
— Вот объясните мне ещё раз, зачем мы это делаем? — эта фраза Андрея Сивцова стала его визитной карточкой за каждым завтраком уже в конце первой недели.
— Мы делаем это, — отвечал ему его приятель Дин, — потому что это самое важное открытие последних лет.
— Те же стены. Тот же воздух. Тот же... — Сивцов неопределённо махал рукой.
— Ты говоришь нам об этом каждое утро. Это стало ритуалом, — насмешливо отвечал Максим.
— Ритуалом. Вот что нам нужно. Больше ритуалов. Больше структуры. Больше...
— Больше твоих разглагольствований? — отвечал кто-то из геологов постарше.
— Больше смысла. Мы участвуем в важной миссии. Но я уже не понимаю зачем…
И чем дальше, тем сильнее это Максиму не нравилось. Проблема была не в том, что остальные были недовольны. Проблема была в том, что всем было скучно, а скука — опаснее страха и разъедает человека сильнее, чем гнев. Со страхом можно справиться. Гнев можно направить в нужное русло. Скука — это медленный яд, который проникает во все клеточки тела, в каждую мысль, в каждое мгновение сознания. Скука делает людей глупыми. Скука делает людей жестокими. Скука заставляет людей делать то, чего они никогда бы не сделали при обычных обстоятельствах. И чем дальше, тем сильнее это Максиму не нравилось.
Особенно его встревожил конфликт между двумя биологами в конце первой недели, который чуть не кончился плохо. К счастью, там обошлось, причём опять случайно не без участия Максима. Он как раз шёл с каким-то вопросом к начальнику экспедиции, когда нос к носу столкнулся с двумя парнями, уже почти начавшими драться.
— Это ещё что такое? Сил девать некуда? — рявкнул Максим на остолбеневших парней. — Сейчас, мне как раз размяться хотелось.
И уволок растерявшихся от его наглости парней в спортзал, при этом нахально попросил занимавшихся там девушек:
— Извините, можно мы вас минут на пять подвинем? Спасибо, — ответа он дожидаться не стал. — Короче, кулаки чешутся? Отлично, нападаете оба на меня.
— Ты чего? — попробовал было возразить один из разом поникших драчунов.
Потому что оба биолога были типичными «ботаниками», а Максим от природы имел внушительную фигуру.
— Вы хотели подраться? Я вам это обеспечу. Или вы нападаете на меня — или просто получите в ухо.
— Сам напросился, — покосившись на девушек, скривился другой парень.
И кинулся в атаку.
Бить дуралеев всерьёз Максим не собирался, тем более хорошо поставленным боксёрским ударом. Но когда он высказал желание учиться на планетолога, отец отправил сына в секцию древнего вида единоборств — самбо, со словами: «Драться не научит, а хорошо поставит координацию движений. Для работы в скафандре очень важная вещь». Отец оказался прав, пригодилось при освоении скафандра. Пригодилось и сейчас. Первого нападавшего Максим кинул через бедро, хорошо добавив локтем по хребту. Второго сбил подсечкой, попутно дав хорошую затрещину.
— Понравилось? — посмотрел он на лежавших и стонущих парней. — Нет? Так вот, запомнили, ещё раз поймаю за дракой — считаю, что вам понравилось. Будете тогда у меня спарринг-партнёрами на тренировках, это я вам обещаю. Поняли? Если да, то бегом отсюда.
— Сурово ты их, — сказала одна из девушек, провожая взглядом ругавшихся себе под нос ретировавшихся парней.
— Лучше так, чем идиоты получат выговор. С занесением в личное дело. Понятно, с корабля их уже не выгонят, но будут на планете весь год пробирки мыть, а к серьёзной работе их не пустят, — буркнул Максим.
И чертыхнулся: влип. Потому что из пяти девушек в спортзале одной была Вега! Ещё решит, что он перед ней красуется.
— Настоящий рыцарь, — восторженно сказала одна из девушек, полненькая невысокая брюнетка.
— Скорее дракон, — буркнул Максим. И мысленно добавил: «Или слон в посудной лавке».
— Значит, у нас будет свой дракон, — весело сказала Вега. — Девочки, позовём дракона с собой? Изучим поближе редкую рептилию?
— Позовём.
— Куда?
— Тебе понравится.
Они впятером делили одну большую общую каюту: отдельная, как у Максима — это, оказывается, была привилегия начальства. Зато сейчас в такой комнате и поместились все, и посидели хорошо. И сюрприз действительно понравился, у одной из девушек дядя был механиком в экипаже межзвёздного сухогруза, вот и возил племяннице чай из других миров, где биосфера была нормальная, а рос он под открытым небом. По сравнению с продуктами гидропонных теплиц Металики — небо и земля. Особенно в компании симпатичных девушек, вдобавок шутливо предложивших поиграть в карты, причём не в примитивного дурака — девушки быстро обучили его правилам игры в вист, пояснив, что это очень древняя игра, придуманная аж в восемнадцатом веке. А главное — командная, потому что игроки делились на пары и играли двое против двоих.
Позволив себе налить ещё одну чашку, помимо предложенной «Гостевой», и смакуя каждый глоток, Максим вздохнул и сказал:
— Завидую. И хорошей компании, и тому, что есть чем заняться. Эти два дуралея ведь просто от безделья чуть драку не устроили.
— Они в самом деле дураки. Тут столько сделать можно, пока летим, — фыркнула Вега. — А им «делать нечего».
— Например?
— Ну… например, мы можем посчитать разные биологические модели. Да, они будут ошибочные, но зато дадут готовые шаблоны, это сэкономит нам время уже там… — Вега вздохнула. — Ли Юань этого не понимает, считает ерундой. Потому и сидим вот так, для себя…
— Вега, ты гений! А я тормоз, и как мне эта идея в голову не пришла? Как раз сейчас, пока мощности свободны.
Следующее утро Андрей Сивцов начал со своей привычной фразы:
— Вот объясните мне ещё раз, зачем мы это делаем?
— Сразу после завтрака объясню — зачем, — оборвал его Максим. — Так что предлагаю не откладывать.
Сразу после столовой Максим собрал секцию планетологов в конференц-зале корабля. Тот обычно пустовал, кроме редких совещаний руководителей секций,