Кровь Древних Королей - Ким Сониль

Тут Лоран вспомнила об оставшемся легионере и взглянула в сторону повозки. Знаменосец валялся на земле, а Гвахарад, навалившись сверху, душил его собственными путами. И как только смог снять с врага шлем?

Лоран подошла ближе. Солдат пытался бороться, но потом его тело обмякло. Гвахарад оглянулся, бросил веревку, подался назад и рванул в сторону, пытаясь сбежать. Повозка дрогнула, и мужчина упал – забыл, что все еще привязан. Лоран приблизилась к нему и махнула рукой, давая понять, что не желает зла.

– Кто ты такая? – испуганно спросил Гвахарад.

Лоран на мгновение замешкалась с ответом.

– Меня зовут Лоран, я из Арланда. За что имперцы схватили вас, Гвахарад?

Принцесса не знала, что лучше сказать. Она старалась держаться с достоинством, но не высокомерно.

Гвахарад не ответил, только смотрел на нее, выпучив глаза. Он машинально дотронулся до своего лица, и Лоран, удивившись, повторила его жест. Щека оказалась странно шершавой на ощупь. Лоран потерла ее и увидела, как на землю упали две красные пластинки-чешуйки. Удивившись еще больше, принцесса ощупала уже все лицо. Ото лба до подбородка ее лицо покрывала чешуя, создавая подобие шлема с забралом. Чешуйки не проросли из кожи, а будто налипли на нее сверху. Лоран еще раз провела рукой по лицу. Осыпалось еще несколько чешуек.

Казалось, это немного успокоило Гвахарада. Пока Лоран торопливо стряхивала чешую, он встал и почтительно поклонился.

– Принцесса, я прошу прощения за непочтительное поведение. На самом деле я не король Гвахарад, а его младший брат Эмер. Обстоятельства заставили меня ненадолго притвориться королем. Это было необходимо, поскольку мы боремся с Империей, я вовсе не собирался обманывать вас, принцесса.

Лоран подумала, что раз Гвахарад – король Камори, то Эмер как его брат равен ей по положению. Абсурдная мысль рассмешила ее. Империя завоевала Камори, поэтому там не было своего короля. И в Арланде не было короля, и в Редоне – нигде в мире не осталось королей. По крайней мере, по мнению Империи. Наверное, Гвахарад такой же, как она сама, подумала Лоран. Она вспомнила, что в вулкане дракон упоминал каких-то людей, продолжающих упорно сопротивляться…

– Мой брат скоро прибудет. Вы освободили меня и помогли выполнить задание. Я прошу вас встретиться с Гвахарадом и сообщить ему вашу волю, – сказал Эмер учтивым тоном.

Лоран согласилась, подхватила с земли Урмас и осторожно разрезала путы. Эмер поднял руку ко рту и коротко свистнул три раза.

Лес вокруг зашумел. Из зарослей вышли люди в зеленых и коричневых одеждах. Они почти сливались с листвой. Все с оружием, и у каждого за спиной висел лук. Увидев, как слаженно и невозмутимо они двигаются, Лоран поняла, что это не простые разбойники.

Вскоре на поляне Деханского леса на фоне тлеющей бревенчатой заставы собралось чуть больше десятка воинов из Камори. Последним из леса вышел длинноволосый мужчина средних лет. В отличие от спутников он и не думал о маскировке. На голове сияла золотая корона, с плеч спускался серый плащ, отделанный серебряной вышивкой. Из-под плаща виднелись доспехи, и на нагрудной пластине Лоран увидела изображение зеленого льва, вставшего на задние лапы. На поясе мужчины висел длинный меч. И рукоять, и ножны были черными. Черты лица казались мягкими, но человек не улыбался. Очевидно, это и был Гвахарад.

Эмер подбежал к брату, торопливо встал на одно колено.

– Ваше величество.

– Ты хорошо потрудился, Эмер, – ответил Гвахарад. – Это сделала она?

Он бросил взгляд в сторону Лоран, затем вновь посмотрел на брата.

– Да.

– Я собирался последовать за тобой сразу же, как ты оказался в Деханском лесу, но дым и огонь помешали. Кто эта отважная женщина?

– Меня зовут Лоран, я принцесса Арланда, – ответила Лоран, мимоходом отметив, как непривычно звучит титул.

Эмер тут же добавил:

– Она одна уничтожила заставу и убила четырех легионеров в магической броне.

Все собравшиеся тут же посмотрели на Лоран. Она растерялась. Гвахарад прошел мимо брата и своих людей. Они как по команде расступились. Гвахарад остановился перед Лоран и раскинул руки.

– Меня зовут Гвахарад, я король Камори. Рад тебя видеть, Лоран, принцесса Арланда.

– Благодарю. Для меня честь встретиться с вами, ваше величество.

Она говорила искренне, пусть и услышала о короле Камори только сегодня.

– Не хотите присоединиться к нам? Уничтожив имперские заставы, вы спасли жизни нескольким моим товарищам, и я не могу не отблагодарить вас за это. К тому же мне весьма интересен ваш меч.

Эмер подал знак, и воины в зеленом подошли к повозке. Они начали выгружать из нее какие-то вещи, самой крупной оказался длинный металлический ящик, по форме похожий на гроб. Потребовалось десять человек, чтобы поднять его, таким тяжелым он был.

Гвахарад снова обратился к Лоран:

– Скоро имперцы заметят дым, и их станет больше.

Лоран кивнула.

Бой утомил ее, однако идти за Гвахарадом и Эмером оказалось очень легко. Дракон не ошибся: нашлись те, кто решился бросить вызов Империи, и сегодня она встретила их. Лоран больше не была одна.

Лавка оливкового масла, в которой работал Кейн, располагалась возле рынка, в самом начале ряда прилавков с овощами. Когда Кейн пришел, было уже раннее утро. Старая Агата, торговавшая с хозяином таверны, обернулась и нахмурилась. Кейн понял, что волновали ее не синяки, не свежая царапина у него на подбородке и даже не его опоздание.

В одном углу лавки лежали свежие ароматные оливки. Их везли из Далосии, путь занимал четыре дня на лодке. Агата складывала оливки внутри лавки и, когда они портились, велела Кейну выбросить их. Потом она покупала новые плоды и снова складывала в угол. В другом углу магазина стояли кувшины и бутыли с оливковым маслом – свежим и старым вперемешку.

Кейн молча выбрал сосуд, полный прогорклого масла, обеими руками схватился за ручку, с трудом поднял. В лавке оставалось около двадцати старых кувшинов и бутылей, которые следовало вынести еще вчера, но дело Пиены отвлекло его от работы.

– Поди-ка сюда, – негромко велела Агата, когда покупатель ушел.

Кейн притворился, что не услышал, и вынес кувшин с маслом за дверь лавки.

– Никогда я не считала тебя таким, как другие провинциалы.

Слово прозвучало впервые за пять лет, которые Кейн успел проработать здесь.

– Я взяла тебя с улицы, потому что ты показался мне смышленым и честным, я научила тебя всему, даже платила так же, как платила бы местному мальчишке. Куда и зачем ты впутался?

Кейн