Анатолий Дубровный - Битва в кружке пива
- Вот, совсем другое дело, - удовлетворённо проговорил Хранитель. Он, пока Инэллина лежала в лилии, тоже занимался с детьми, и многому их научил, благо они схватывали всё буквально на лету, а сил и способностей у них было с большим избытком. Мальчик посмотрел на Хранителя и тот его похвалил:
- Молодец, всё правильно сделал, - а потом на правах хозяина сделав приглашающий жест, обратился ко всем, - Прошу.
И вся компания пошла, осматривать избушку. Снаружи чуть покосившаяся избушка, перекос был оставлен для того, чтоб не выходить из образа, внутри была совершенно ровной и больше размерами. На середине стоял стол, накрытый белой, вышитой скатертью, под окнами широкие лавки, тоже накрытые вышитыми покрывалами. Один угол занимала большая печь, очень похожая на русскую. Пахло свежеструганным деревом и сдобой.
Старшая девочка принялась переделывать скатерть и покрывала на лавках, изменилась ткань и вышивка - они стали более нарядными. Остальные с интересом осматривали окружающую обстановку. Мех заинтересовался печкой, она была очень похожа на печки стоящие в сельских домах большинства планет Империи и назывались "русскими", он вспомнил, что сам рассказывал про её конструкцию и устройство Дени. Увидев интерес Меха к печке, Дени пояснил:
- Это из реактора и кухонного комбайна, правда, здорово получилось?
(Экипаж среднего боевого шагающего робота типа зэт одиннадцать "Туарег", составляли четыре человека. Поэтому робот, рассчитанный на длительные переходы комплектовался санузлом, с душевой кабиной, кухонным комбайном, правда, маломощным.)
- Вот дочка, у тебя в Лесу есть собственный дом, - сказал Хренитель и, обращаясь уже не только к Инэллине, но и к детям продолжил. - Вам теперь есть куда возвращаться, и здесь вам всегда будут рады, а я буду вас ждать, - голос Хранителя дрогнул.
- А я? - Обиженно спросил Мех.
- И ты тоже, куда уж без тебя, тебе тоже дом построим, - улыбнулся Дед.
За окнами зала с камином уже занимался рассвет. Хранитель леса задумчиво щурился на огонь.
- Интересная история, Алекс, - задумчиво проговорила Тейлиарра, - Теперь понятно, откуда у тебя дочки и внуки.
- Дочка, - поправил Богиню Хранитель, - Альма и Наки тоже внучки.
Заметив вопросительно поднятые брови богинь, он сказал:
- Тоже интересная история, но в другой раз, - и он указал на светлеющее небо. Потом посмотрел на спящих рыжих демона и эльфийку. Малкираз лежал в той же позе, что и заснул, с целомудренно сложенными руками лодочкой под головой, а вот Мора сама его обняла руками и ногами. Хранитель вопросительно поднял бровь.
- Им так удобнее, - улыбнулась Богиня. - Я специально не стала создавать второе кресло, ведь они не пошли в выделенные им покои, а остались здесь.
- Да, - тоже улыбнулась вторая Богиня, - даже если бы было лишнее кресло, они бы всё равно устроились в одном.
Хранитель, также молча, одними бровями выразил свое согласие с мнением Богинь. Некоторое время сидели молча, просто глядя на огонь, потом Тейлиара спросила вторую Богиню:
- Энна, а ты видела храм, который построили тебе в городе, очень красиво. И верующие не только анкарры, а и простые люди, и их количество всё увеличивается. Если так пойдёт дальше, то на Рее ты станешь главным божеством. После потери кланов служивших тебе, такая поддержка не помешает.
- Посмотрим, посмотрим,- задумчиво ответила Богиня Равновесия, - Основу нового клана я себе уже заложила.
И отвечая на невысказанные вопросы Тейлиарры и хранителя, пояснила:
- Анкарры, многие из них, прибывших сюда, попросили принять их на службу. Здешняя королева тоже не прочь. Но я отговорила, не пристало замужней даме, да ещё королеве...
И Богини тихонько рассмеялись. Альма понравилась им обоим, и они искренне желали ей счастья. Они видели, что Марат её искренне любит, и Анариэнне не хотелось мешать счастью двух любящих сердец. Богиня тихонько и печально вздохнула. В зале повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине.
- Куда угодно только скорее, - закричал Скунс. Операторы лихорадочно защёлкали клавишами, рассчитывая траекторию прыжка с максимально быстрым уходом корабля в гипер. Натужно выли генераторы, преобразующие межмировые линии силы в энергию, необходимую кораблю для разгона и прыжка. Изношенные генераторы еле давали шестьдесят процентов номинальной мощности, но у второго корабля дела были ещё хуже. Он сорвался с орбиты без команды Требухи, там тоже увидели приближающуюся эскадру, и так же как на "Белом пламени", увидели слишком поздно, сказалось устаревшее оборудование. Теперь оба корабля стремились как можно быстрее разогнаться, причём траектория ухода была выбрана так, чтоб заслонится от приближающейся эскадры астероидным поясом. Пираты не питали иллюзий, вражеские корабли будут видеть их и сквозь пояс, в этой системе астероидный пояс был очень слабым, но астероиды и камни этого пояса помешают стрелять по пиратам. Корабль Требухи уже значительно опережал второй корабль пиратов, когда того настигли фрегаты передового охранения неприятеля. Настигли и сделали ошибку, сразу открыв огонь. Хотя капитан фрегата возглавившего погоню просто не рассчитывал, что улепётывавшие корабли находятся в столь плачевном состоянии, и их защита не выдержит даже предупредительного выстрела. На месте предпоследнего корабля пиратской эскадры Требухи вспухло облако взрыва. Воспользовавшись этим, Скунс резко поменял курс, уходя в тень большого астероида. Облако раскалённых газов прикрыло манёвр пиратского корабля, и фрегаты погони пронеслись мимо. Они, конечно, обнаружат смену курса преследуемого и начнут сканирование пространства, но время будет упущено. Скунс направил корабль почти в притирку к большой глыбе, стремясь использовать её слабое поле тяготения для увеличения своей скорости, но тут мигнули датчики детекторов массы, сигнализируя о преграде на пути корабля, и завыла сирена, предупреждающая о критической перегрузке генераторов защитного поля. Откуда тут что-то может быть - успел удивиться Скунс, как произошёл срыв защитного поля и страшный удар потряс корабль.
Очнулся Скунс оттого, что кто-то бил его по щекам. Стерев с лица кровь, он в тусклом свете аварийного освещения увидел опухшую рожу своего адмирала. Сначала Скунс удивился - когда это адмирал успел напиться до состояния такой опухлости, а потом вспомнил, что произошло. Он резко попытался сесть, но всё тело отозвалось болью, его сил хватило только прохрипеть:
- Погоня! Где погоня, они сейчас возьмут нас на абордаж!
- Не возьмут, они нас пока не видят. И у них есть чем заняться, кроме обследования вашего корабля, разумеется. А вот мы благодаря вашим героическим усилиям не можем отсюда скрыться.