Мертвые смотрят вверх - Дана Арнаутова

Енчжу вернулся в гостиную. На столе ждал скромный завтрак: вареный рис в пиале, маринованные овощи, зеленый чай в простой керамической чашке. Ничего лишнего, но все, что нужно.

– Ешь медленно, – велел Геджин, наливая чай. – Жуй тщательно. Тебе нужна энергия, но желудок не должен быть тяжелым.

Вот уж не думал, что за его питанием будет следить шаман.

Енчжу ел, стараясь не думать о предстоящем. Джувон сидел напротив, допивая свой чай. Выглядел напряженно, но собранно.

– Ты готов? – тихо спросил он.

– Нет, – честно ответил Енчжу. – Но это уже и не так важно.

– Правильный настрой, – хмыкнул Геджин, опускаясь на стул. – Слушай сюда, доктор. Сейчас я расскажу, что будет происходить. Только без паники.

Енчжу отложил палочки.

– Во-первых, – начал Геджин, загибая палец, – ты войдешь в транс. Я помогу, используя колокольчик и благовония. Это безопасно, ты уже это делал вчера. Только на этот раз пройдешь глубже. Дойдешь до второго слоя, где находится Ли Сухи.

– А если она нападет?

– Не должна. Пак Сура сказала, что она поможет. – Геджин загнул второй палец. – Во-вторых, ты возьмешь с собой печати. Шесть штук. Пак Сура покажет, куда их клеить. Клей аккуратно, не рви бумагу. Если хоть одна печать порвется, клетка не сработает.

– Понял.

– В-третьих. – Третий палец. – Когда все печати будут на местах, возвращайся. Не задерживайся, не разговаривай с духами дольше необходимого. Чем дольше ты там, тем сильнее кыгот может влиять на тебя. Иллюзии, страхи и всякая дрянь. Помни – все это не реально.

– А браслет?

– Браслет тебя держит здесь через птенца. Если почувствуешь холод, значит, ты сбился с пути. Тепло – правильный путь. Если станет совсем плохо, Джувон дернет за связь. Ты почувствуешь резкий жар на запястье. Это сигнал бросать все и выходить. Немедленно.

Енчжу кивнул, все старательно запоминая. Джувон слушал не менее внимательно, сжимая свой браслет.

– И самое главное, – сказал Геджин, посмотрев Енчжу прямо в глаза, – не бойся. Кыгот питается страхом. Если ты паникуешь, он становится сильнее. Дыши ровно, сосредоточившись на задаче. Думай только о печатях. Все остальное – иллюзия.

– Хорошо.

– Да, еще. – Геджин достал маленький флакон с мутной жидкостью. – Выпей это перед входом. Поможет сохранить ясность разума.

Енчжу взял флакон. Открыл, понюхал, понял, что пахнет травами и чем-то горьким.

– Что это? – спросил он.

– Отвар из полыни, шалфея и корня женьшеня. С добавлением секретного ингредиента, – усмехнулся Геджин. – Невкусно, но эффективно.

– У него после этого ингредиента рога не вырастут? – подозрительно спросил Джувон.

– Если только ты не решишь перевоплотиться в барышню и не изменишь ему, – поиграл бровями Геджин.

Джувон задохнулся от возмущения, а Енчжу хмыкнул и выпил залпом. Горечь обожгла горло, но почти сразу в груди разлилось тепло. Голова прояснилась, и напряжение чуть отступило.

– Лучше?

– Да. Намного.

– Отлично. Тогда начинаем.

***

Свечи горели по кругу, образуя защитный барьер. Часть печатей лежала стопкой у зеркала, часть – разложена по полу. Благовония курились в углах, наполняя воздух густым дымом.

Енчжу сел на пол перед зеркалом. Джувон устроился справа, держа свой браслет. Геджин встал позади, положив руки на плечи Енчжу.

– Закрой глаза, – велел он. – Дыши глубоко. Медленно. Вдох… выдох… вдох… выдох…

Енчжу повиновался. Дыхание замедлилось, стало ровным. Мир вокруг начал отдаляться, становясь нереальным.

Зазвенел колокольчик.

Дзынь.

Звук проник в сознание, эхом отозвался в груди.

Дзынь.

Тело стало легким, будто невесомым.

Дзынь.

Енчжу открыл глаза.

Он снова был в коридоре. Первый слой зеркального мира. Но на этот раз он был не один. В руках была стопка печатей – шесть листов рисовой бумаги с черными иероглифами. На запястье тепло пульсировал браслет.

Все на месте. Что ж, можно начинать.

– Ты вернулся, – прозвучал знакомый голос.

Енчжу обернулся. Пак Сура стояла позади. Выглядела она чуть бодрее, чем вчера. В глазах горела решимость.

– Да, вернулся, – подтвердил он. – У меня печати. Куда клеить?

– Следуй за мной.

Они пошли по коридору. На этот раз Енчжу не отвлекался на отражения в зеркалах. Смотрел только вперед на спину Пак Суры, стараясь сосредоточиться на задаче.

Она остановилась у первого зеркала.

– Здесь. Наклей в центре.

Енчжу аккуратно взял первую печать. Приложил к стеклу. Бумага прилипла сама, будто притянутая магнитом. Иероглифы вспыхнули красным светом, а потом потускнели.

– Готово?

– Да. Это первая точка. Идем дальше.

Они двинулись дальше по коридору. Второй точкой было зеркало у развилки. Третьей – стена в узком проходе. Четвертая – перед большим зеркалом-дверью, за которым пряталась тьма кыгота.

С каждой печатью Енчжу чувствовал, как воздух вокруг меняется. Становится плотнее и тяжелее, будто невидимая сеть затягивается вокруг зеркального мира.

– Еще две, – сказала Пак Сура. – Там. – Она указала на лестницу, ведущую вниз.

– Вниз? Это же третий слой?

– Нет. Это переход во второй слой, где тебя ждет Ли Сухи. Она покажет последние точки.

Енчжу сделал рваный вдох и кивнул. Браслет на запястье тепло пульсировал, значит, все в порядке. Джувон рядом и держит связь.

Они спустились по лестнице. Воздух стал холоднее, а темнота гуще. Зеркал здесь не было – только гладкие стены, отражающие слабый свет.

В конце коридора стояла женщина в белом ханбоке. Длинные черные волосы. Бледное, но красивое лицо. Над губой маленький шрамик. Интересно, как она его получила? Впрочем, такое сейчас спрашивать не к месту.

Енчжу остановился. Сердце ухнуло вниз.

– Не бойся, – шепнула Пак Сура. – Она – наш союзник.

Ли Сухи медленно повернула голову. Ее глаза казались черными, бездонными, жутковатыми. Но во взгляде не было злобы, а только усталость.

– Ты медиум? – спросила она тихим, как шепот ветра, голосом.

– Нет, – честно ответил Енчжу. – Но я… чувствительный доктор пси… В смысле, я хочу помочь.

Ли Сухи изучала его долгим взглядом, прежде чем сказать:

– Пак Сура доверяет тебе. Значит, и я доверюсь тоже. – Она указала на стену справа. – Пятая точка здесь. Шестая – там, у входа на третий слой. Но будь осторожен. Кыгот почувствует печать и попытается остановить тебя.

– Я справлюсь.

Енчжу подошел к стене. Осторожно приложил пятую печать. Бумага вспыхнула и прилипла. Иероглифы уверенно засветились.

Сделано. Теперь осталась последняя. Он повернулся к темному проходу в конце коридора. Оттуда тянуло холодом и чем-то тяжелым, давящим сознание. За этим проходом прятался третий слой. Логово кыгота.

– Я пойду с тобой, – сказала Пак Сура.