Сундучок мертвеца - Дарья Сергеевна Гущина
Сосед потёр нижнюю челюсть, явно её придерживая. Кашлянул. Посмотрел неуверенно.
— Не бойся, — передразнивая, подбодрила я.
— Ты меня всю жизнь удивлять будешь? — спросил он с подозрением.
— Размечтался, — фыркнула я. — Года три. Или меньше, если усиление «ловцов» сработает.
Но вообще-то больше, если сработает. Точно больше. Но зачем ему об этом знать? Незачем. Ещё испугается или передумает, а я уже всё распланировала. Свой художник мне нужен очень давно. Смотритель — тоже, силд Кремен мне столько проектов зарубил, отказывая в знаниях и объяснениях, хотя я под клятвами... Осталось откормить до здоровой симпатичности, а противный характер поправят любимое дело и свобода.
— Размечталась, — ухмыльнулся Бреннар.
Ношт. Совсем расслабилась, если на поверхность выпустила, а смотрители так легко это читают... Ему-то другое надо, он на меня иначе глаз положил...
— Все чудеса начинаются с мечты, — заметила я невозмутимо. — Предлагаю не морочить друг другу голову и работать там, где наши мечты сходятся. А там видно будет.
— Нет, — возразил сосед и первым направился к лестнице. — Сначала поужинаем и дождёмся итогов опыта. А там видно будет.
Да, заберёт силд Кремен Тайю на обучение — уже нормально не поешь... Нет, не скажу, что нашла ремесленника, который понял суть дара Тайи и изготовит смотрителям Небытия «вкусные» зелья. Рано. Я с ним ещё не обо всём договорилась. И с силдом Кременом не свела. Надо заканчивать страдать и начинать шевелиться. Уже две седмицы прошло с той ночи, как мы поймали Серена, а я ничего толком не сделала.
Серен иногда мне снился — я подплывала к затопленному храму, заглядывала в окно и несколько минут наблюдала за тем, как туманные щупальца исступлённо обтачивают глыбы ношта, творя знаки отцов-творцов. Иначе навестить — и поговорить — пока не получалось, но тропа протоптана. Придёт в себя — пообщаемся.
Сколько город выстоит без него? Когда смотрители вычистили и трущобы, и все «зёрна» из домов, заодно замерив силу, мы выдохнули: без поддержки духа Сергород продержится лет десять точно. А смотрители костьми лягут, чтобы этого времени хватило на всё — и собрать знания, и подготовить Тайю, и наладить отношения со строптивым наследием отцов-творцов. И отдельно обсудить жизнь чужаков. Нельзя высасывать из людей все соки, особенно если они прожили в Сером городе всю жизнь. Нужен определённый срок, после отработки которого чужаки станут здесь своими.
Но меня это уже не касается. От себя я всё по Серену рассказала и сделала. Осталось обсудить с духом то, ради чего он просил о встрече.
А про Мирнара мне не говорили — я непосвящённая и лезть в тайны храмов права не имею. Вытряхнули ли из Небытия, допросили ли, узнали ли необходимое... И хорошо, что это тоже не моё дело. Нырять в смотрительское болото даже ради знаний не хочу. И не захочу.
К тому же мне страшно. Получается, за отцом охотились двое — от одного он сбежал, а второй через отраву настиг даже на Красном кладбище. Мирнар явно убивал способных создать смотрителя ремесленников. Серен, скрывая трущобы и пытаясь заполучить Тайю, держал в кулаке Управу. А третий? Кто третий?
Надо и дальше заниматься архивами отца. Страшно, но надо. Страх не спасёт ни от неизвестности, ни от неизвестного.
Бреннар на кухне уже вовсю гремел посудой. Из мастерского коридора доносился тихий голос Тайи — видимо, нужный коту древний тайник прятался где-то там. Я позвала Горюшу и попросила его присмотреть за гостем — чтобы не сбежал голодным. Вскроют тайник — вместе поужинаем. Мы подождём.
Тем более мне письмо. Бывают такие дни, когда всё в одну кучу. Хотя последние две седмицы они все такие — и разгребать ещё дела, и разгребать.
— Перекуси чем-нибудь, — предложила я, разворачивая записку. — Пока все соберу... — и запнулась.
Серые метки подмастерья на моих запястьях менялись, дополняясь новыми сложными знаками. А в письме значилось простое: «За заслуги перед городом. Завтра заберёшь в Управе документы. Старый глава и его зам в лечебнице, а новые против тебя ничего не имеют. Но подозрительно сильно жаждут знакомства — одна на встречу с ними не ходи, если не хочешь застрять в Сером городе на пару сотен лет».
Мне вдруг стало жарко и душно. К горлу подкатил ком, глаза предательски защипало. И метки горели огнём.
— Маль, что случилось? — обеспокоенно спросил Бреннар, откладывая на тарелку сырную булочку.
— М-мастера дали... — я, не сдержавшись, шмыгнула носом. — М-младшего. За заслуги. Силд Кремен написал. Вот, только что, — я подняла руки, показывая запястья.
— Только не говори, что не заслужила, — сосед улыбнулся. — Ты проделала большую работу. Я бы сильно удивился, если бы этого никто не оценил. Поздравляю! Иди обниму.
А ведь я только с ним обсуждала вероятные заслуги, и он обещал: ему — свободу от надзора, мне — мастера... Но тёмные глаза были кристально ясными и честными — если Бреннар и подбросил силду Кремену мысль, то ни за что не признается. Да и какая разница, кто? Я поняла. Я этого не забуду. А вот о чём точно надо забыть, так это об одном пережитке прошлого под названием «Я никому не нужна». Нужна.
Я осторожно потрогала вспухшие метки — не сон, нет, я теперь законный мастер! — отложила письмо, быстро обогнула стол и с разбега влетела в поджидающие руки.
Ух, я теперь развернусь...