Светлана Тулина - По чужим правилам
Мелкую звали Жанной.
И ломка у нее проходила нестандартно — даже для эриданца.
— Талгол. Ты же сама хотела.
— Да… конечно… Просто — дёргает… Знаешь, а я даже один раз сама вела… не на имитаторе, правда-правда! Смешно, правда, я угнала шлюпку, настоящую шлюпку, а в ней не оказалось автопилота…
Она металась по тесному помещению, каким-то чудом умудряясь при этом не задевать за кресла и пульт, то скрещивала руки на груди, то хватала себя за плечи, словно мёрзла, хотя в каюте было жарко. Хватала из холодильника пузыри с соком, потом, недопитые, забывала на пульте, кресле, полу…
И — говорила, говорила, говорила, не умолкая ни на секунду, лихорадочно блестя глазами, почти бессвязно, перескакивая с темы на тему…
— А потом я сошла с ума, это бывает… И даже почти не испугалась… Я умела водить, правда-правда… И боль переношу неплохо. Обычно… Обычно в таких случаях говорят — не справилась с управлением… Враньё! Я справилась… Просто… Просто не ожидала, что это будет — так долго… Мне потом говорили, что меня тормознули принудительно, и даже уже мёртвой посчитали… Это тоже удачно сложилось, иначе сидеть бы мне там до скончания веков, штраф отрабатывая… Там кошмарные штрафы! Заметь, мне вообще ужасно везёт, вот и с тобой… Но тогда я так не думала, тогда я подумала — всё, девочка, допрыгалась, это уже серьёзно… понимаешь, это было лишь наше… Наше с Аськой… Наша игра, понимаешь, её Аська придумала… Это только наша игра была, её не могли знать другие… был такой роман, исторический, про инженера… Аська читала мне вслух… а потом мы играли в Зою… Ловили друг дружку вопросами… обосновать, почему именно так, а не иначе… это была наша книжка, наша игра… Зоя тогда загадала «Чёт», и старик на лодке ответил «ЧЁТ», но был ли этот «ЧЁТ» правильным решением, ведь в гостинице их ждала засада… Я ничего не понимаю, это просто какое-то безумие, когда в сумке обнаруживаешь живого сцинка, а абсолютно посторонняя девушка вдруг спрашивает тебя… Она сказала, что умерла в пятницу, и подарила мне билет до Деринга, но там уже никого не было… я еще на полпути вдруг поняла, что не надо мне туда… Ты проверяла курс?
— У меня хороший автопилот. Я тебя с ним как-нибудь познакомлю… потом.
То, что температура у неё далеко за сорок — это нормально. Ну, почти нормально, организм эриданца к наркотикам относится немножко иначе, чем организм любого другого человека. Болтливость эта повышенная — тоже естественно. И обезвоживание, и метание по каюте…
Неестественно только то, что длится это её состояние вот уже шестой час.
— … Почему вы такие жадные?.. Вы же продаёте информацию, любую информацию, это каждый знает… Не может быть, чтобы эту штуку знала лишь ты одна, то, что знает один эриданец — известно всем эриданцам, это тоже все знают… Почему же вы никому… Нет, не то, не то… Мне же вот… Ты не боишься, что я всем расскажу?.. Почему? Ты ведь меня совсем не знаешь… кровная солидарность? Чушь собачья! Я не ощущаю себя эриданкой… Да, я немножко не такая, как другие, но мы ведь все разные… у кого-то нос курносый, у кого-то волосы чёрные… Почему я должна сразу всё бросить и начать жить по каким-то чужим законам?.. Только потому, что у меня обнаружились лишние гены? Чушь… собачья… К чему эти тайны предрассветного двора? Что за дрянь ты мне вкатила, это от неё меня так выкручивает?..
Метание — ладно. Его можно счесть естественным. Даже шестичасовое. Но…
Вот именно, что но…
Вот эта манера неожиданно замирать, замолкнув на полуслове и уставившись в пустоту… Это ведь совсем не похоже на ломку. Это куда больше похоже на…
— Та дрянь, которую я тебе вкатила, просто немножко перестроит твой обмен веществ и поможет справиться с ломкой. И благодари судьбу за то, что ты всё-таки эриданка, а эриданца практически невозможно сделать наркоманом. Хотя ты и старалась изо всех сил.
— Ты! А какое право ты имеешь осуждать?! Ты мне кто?.. И не надо меня жалеть, не надо, ясно?! На фиг!!! Ты знаешь, каково это было — лежать всю ночь, уставившись в потолок, тихо так лежать, чтобы никто не обеспокоился… Лежать и думать, что никогда, никогда, никогда… Я ведь лучшей была, на имитаторе со мной даже из старших групп не справлялись… И всё равно, их возьмут… Даже самых тупых… Даже Руди, который не мог отличить квазара от двойной переменно-циклической в радиодиапазоне… А меня — никогда… Смешно… Я даже в медицинский не могла поступить, потому что его не было на Хайгоне… Пошла на пищеблок, там хоть химию и биологию нормально дают… У тебя закурить не найдётся?
ПОИСК…
Режим активного поиска — вот на что это похоже больше всего. Фильтры называют это зовом, школлеры — настройкой координации, а эриданцы — поиском. И учатся входить в такой режим, между прочим, довольно-таки долго…
— Не курю.
— Я тоже… — Жанка поёжилась, передёрнула плечами. Добавила виновато, словно сама себе удивляясь, — Просто что-то вот… захотелось… Сама не понимаю… Куда мы летим?..
Точно.
Мама дорогая, ПОИСК, пробы не ставить!
Классическая симптоматика смены направления, словно картинка из учебника… И останавливается она, между прочим, всё время в одной точке, слева от пульта. А Талгол у нас где? Пра-авильно, Талгол у нас прямо по курсу…
Раннее созревание, стало быть. Акселератка чёртова, чего ей на своем Хайгоне не сиделось?
Жаль.
В кои-то веки в руки сами падают ажнак три бастарда, а поймать удаётся лишь одного, да и то — левого. Но не бросать же уже пойманный куш ради куша возможного, семья не поймёт…
А начатый ПОИСК должен быть обязательно завершён, так уж этот режим устроен. К тому же ПОИСК этот, похоже — тот самый ПЕРВЫЙ ПОИСК, который официально приравнивается на Эридани к чему-то вроде торжественного вручения аттестата зрелости, первого, так сказать, совершеннолетия… Вряд ли у этой акселератки было нечто подобное раньше, иначе не удивлялась бы она так.
— По-прежнему на Талгол. Как заказывали.
— Да… конечно… Талгол… конечно… Не знаю, хреново мне что-то… Впрочем, чего уж… я же столько всякой дряни… было бы странно… куда мы летим?!!
— На Талгол.
— Я… я не хочу. Я не хочу на Талгол!
— А куда ты хочешь?
— Не знаю… — её трясло. Она рухнула в кресло, обхватив себя руками за плечи, сидела, раскачиваясь взад-вперед. Зажмурилась.
— Так лучше? — спросила Аликс, осторожно смещая курсор в том направлении, куда оказалось повёрнутым незрячее лицо мелкой. Чип недовольно пискнул, но курс пересчитал мгновенно и спорить не стал.