Александр Лаврентьев - Зона вторжения. Байкал
Передышка была секундной, в следующий миг Космократор перенес всю тяжесть тела на ногу, Алексей захрипел, отчетливо услышал хруст ребер, в груди полыхнула боль.
«Отбегался!» — мелькнуло в голове, но тут на Космократора из тумана с разбегу прыгнул расхрабрившийся Быстрицкий. Вохровец, видимо, преодолел страх и решил, что он так же, как Алексей, может противостоять пришельцу!
Он прыгнул на инопланетянина сзади и сразу же вцепился Космократору в странные суставчатые космы! Космы встали дыбом, пришелец взвыл, как Самсон, над которым занесли ножницы! Он отшатнулся в сторону, стараясь дотянуться до вохровца, выронил оружие, и Алексей очутился на свободе.
В следующий момент Космократор сорвал с загривка Быстрицкого и отшвырнул прочь! Охранник, вскрикнув, отлетел далеко в туман, а Алексей, откатившись в сторону, задохнувшись от боли, сумел подняться на ноги и выбежать вон, в коридор! Оружие, которое попало ему под ноги, он схватил совершенно автоматически.
Очутившись в коридоре, Алексей сгоряча отбежал от криокамеры метров на двадцать, опомнился, замедлил бег, взглянул на предмет, который держал в руках. «Нортон» болтался у бедра, а в руках было продолговатое ружье с очень узким стволом, заканчивающимся практически шилом, с тонким, почти ажурным прикладом. Рука машинально легла в углубление, пальцы нащупали спусковой механизм. Спуск оказался таким мягким, что в следующий момент оружие выстрелило, и Алексей, не удержавшись на ногах, упал. Выстрел ушел вдаль по коридору, кажется, спугнул каких-то тварей вдалеке. Алексей вскочил на ноги, повернулся к входу в криокамеру, и вовремя!
В коридоре уже показался Космократор: его «паучьи лапы» были вздыблены от боли и ярости, лицо искажено гримасой, зубы оскалены. Алексей уже осмысленно уперся правой ногой в пол, вызвав этим вспышку света, и, вскинув оружие, нажал на курок!
Неведомая сила, о физической природе которой Алексей мог только догадываться, ударила пришельца в грудь и отбросила по коридору сразу метров на пятнадцать! Отдача крепко ударила Алексея в плечо, но на этот раз он был к ней готов и на ногах устоял! Не дожидаясь, когда противник опомнится, он бросился вперед и, как только Космократор зашевелился, снова вскинул оружие и еще раз выстрелил. На этот раз тварь протащило прямо по полу коридора. Космократор оставил за собой святящийся белым след, а Карабанов снова бросился вперед и встал уже напротив входа в криокамеру. Но Космократор приподнялся, что-то нажал на еле видневшейся в стене панели, и в тот самый момент, когда Алексей снова нажал на курок, перед пришельцем выросла, скрывая его, белая стена. Ударная волна атаковала ее, но стена выдержала удар!
Алексей поднялся на ноги, добежал до стены. Она оказалась глухой, неприступной. Как открыть проход, Алексей так и не понял, сколько ни вглядывался — ни рычагов, ни панелей с этой стороны переборки не было. Он бросился назад, в криокамеру, поднял «Нортон», заметался, отыскивая контейнер с Татьяной. Споткнулся о Быстрицкого. Наклонился, ощупал в ледяном тумане тело охранника. Пульса не было — Быстрицкий был мертв!
Алексей пожал плечами — может, и к лучшему! А то катать ему вагонетки до скончания веков не в этом месте, так в другом!
Контейнер, в котором находилась Татьяна, был на стене во втором ряду, и Алексею пришлось буквально ловить вывалившееся вниз тело. Поймал, аккуратно завернул в покрывало, поглядывая на вход, — ждал очередного сюрприза от «оккупантов», но никто не появился, разве только электрическое гудение, которое Алексей слышал все время, постепенно усиливалось.
Алексей взвалил девушку на плечо и побежал вон. Он с трудом представлял себе, как выбраться с корабля, но совершенно точно знал, что двигаться надо на юго-восток, где-то там, в районе Козьей пади, наверняка был выход.
Ему пришлось задержаться у конвейера с мертвыми телами. В коридоре никого не было, и Алексей аккуратно положил девушку на пол, оттащил в сторону вохровца пониже, быстро стащил с него свитер, штаны, ботинки, связал все в узел, узел закинул на плечо. Попытался растормошить Татьяну, но ничего не вышло, голова девушки безвольно моталась, глаза не открывались.
— Живая, и то ладно!..
Алексей снова поднял девушку на плечо и побежал по коридору.
…Он быстро сориентировался в устройстве корабля: в одном направлении шли основные тоннели, поперек или наискосок — вспомогательные. Иногда тоннели пересекали коридор под необычным углом, например сверху вниз или сверху и наискосок, но это-то как раз было понятно, кто ж его знал, где на самом деле у этого корабля верх, а где низ. Почти в каждом коридоре по стене шли одинаковые темные отверстия.
Это был целый город с мастерскими, вентиляционными шахтами, лабораториями и жильем. Алексея никто не преследовал, и это показалось ему странным. То и дело в коридорах мелькали «бесы», но вели они себя осторожно, сразу же прятались, и Алексею, несколько раз вскидывающему свое новое оружие, ни разу не удалось выстрелить в них.
Вскоре он вышел в один из тоннелей, по-видимому идущих через весь корабль. Тоннель был темным, освещение появлялось только там, где ступал Алексей. В конце коридора сгущалась тьма. Карабанов шел вдоль странных шевелящихся образований на стене, отдаленно напоминающих череду небольших вагонов, сцепленных между собой. «Вагоны» то и дело дергались, передвигались то вперед, то назад, и Алексей старался держаться от них подальше. Было холодно. Тоннель шел под наклоном вверх, и Алексей интуитивно решил, что находится на верном пути.
Это произошло, когда он миновал половину коридора, и впереди уже маячил выход в какой-то более светлый тоннель. Неожиданно один из вагонов отделился от стены, крутанулся вокруг продольной оси, одна из его граней откинулась, и на пол в коридор выпало нечто шевелящееся. Алексей шарахнулся в сторону, глядя на сверток, плотно упакованный в ту самую полупрозрачную пленку, которой он сам был связан, когда висел на конвейере. Пленка тем временем начала таять, стала прозрачной, и вскоре Алексей разглядел: в глубине свертка шевелился «бес»! Перед Алексеем был очередной конвейер — только здесь не разделывали людей, здесь создавали «бесов»! Собирали ли их по частям, как роботов, или же клонировали, как жутких гомункулусов, — Карабанову не хотелось даже знать это! Он прикончил тварь выстрелом в упор и двинулся было дальше, стараясь держаться противоположной стены.
Но чем дальше он продвигался в глубь коридора, тем сильнее зудел шрам под лопаткой. Несмотря на свою ношу, которая с каждой минутой казалась все тяжелее, Алексей убыстрил шаги, надеясь выбежать из опасного места, но «вагоны» вдруг стали распахиваться один за другим, и на пол коридора на всем его протяжении, и в том числе под ноги Алексею стали выпадать все новые и новые «бесы». Они бились в своих прозрачных плотных коконах, разрывали их и на четвереньках по-обезьяньи быстро кидались к человеку.