Александр Лаврентьев - Зона вторжения. Байкал

Такой реакции он не ожидал.

Твари остались стоять, как истуканы, а пули, выпущенные из «Нортона», с визгом отрикошетили от контейнера, вызвав череду ярких вспышек. В следующий миг Алексей ничком упал, услышав свист пули над ухом.

— «Тэнь»! — раздалось рядом.

— «Чмок-чмок-чмок…» — это пули били по телам мертвецов. Рядом всхлипнул Быстрицкий.

— Чтоб тебя! — выругался Алексей, прислушиваясь.

Пронесло!..

В следующий миг Карабанов вскочил на ноги и, выхватив нож, бросился к «бесам». Когда Алексей подбежал к ближайшей твари, она равнодушно взглянула на него своими черными глазами и сделала шаг навстречу. В ее глазах Алексей увидел собственное отражение. А в следующую секунду он воткнул твари нож в брюхо, почувствовал, как инопланетянин полоснул его когтистой лапой по лицу, но даже не попытался отвернуться, смотрел монстру в глаза, поворачивая нож в тугом теле, а потом вырвал его обратно и ударил тварь снизу в шею. В этом месте нож вошел в тело инопланетянина, как в масло!

Но Алексей уже не обращал на него внимания, потому что за спиной выросла вторая тварь, и на выручку товаркам спешила третья…

Он с ходу воткнул второму инопланетянину нож в брюшину, бросился на пол между длинных ног монстра и со всей силы ударил его вторым ножом в промежность. Такого визга он еще не слышал! Алексей перекатился по полу, выхватил из кобуры «Глок» и в упор расстрелял третьего инопланетника. Бил по глазам. Тварь свалилась на пол, и наступила тишина.

Алексей обвел глазами поле боя. Мертвые монстры застыли на полу, рядом, в воздухе, парил контейнер, все так же раскачивались тела на двигающемся конвейере, а на полу сидел и подвывал от страха Быстрицкий. Теперь он с ужасом уставился на Карабанова.

— Че вылупился? — спросил Алексей, и собственный голос показался ему чужим. — Давай поднимайся, драть отсюда надо, щас понабегут.

Упоминание о монстрах заставило Быстрицкого шевелиться. Он встал, кое-как доковылял до Алексея, со страхом посмотрел на убитых тварей.

— Слушай, спецназ! — прохрипел он. — Ты хоть человек? Сам-то? Или тоже? Того? Черт?

— Сам ты черт! — буркнул в ответ Алексея. — Гляди!

Черная кровь тварей вела себя словно живая: она вдруг заструилась по полу, стала подниматься по стене, темные ручейки собирались в один ручей побольше, и этот ручей направлялся прямиком в ближайшее отверстие, которое Алексей ранее ошибочно принял за систему вентиляции. Тела на полу стали медленно таять.

— Рвем отсюда! — умоляюще сказал Быстрицкий.

Но Алексей, не слушая, подошел к контейнеру, осмотрел его, увидел, что на крышке есть покрытое инеем окошко, очистил его ладонью, присмотрелся.

Внутри контейнера лежала женщина. В первый миг Карабанов подумал, что она мертва, но потом присмотрелся и понял, что она спит, — глаза под веками двигались. Она была завернута в белый саван, руки покоились поверх ткани, спутанные рыжие волосы были распущены. Возможно, это была одна из местных, из поселка, а может быть, жена какого-нибудь вохровца. И тут Алексея озарило: женщин держали отдельно! Они не шли на корм скотине и не были предметом гастрономии, их держали отдельно для каких-то других, быть может, гораздо более жутких целей!

Руки Алексея сами нашли нужные выступы на контейнере: он надавил на них, и крышка с легким шипением отделилась от контейнера и поплыла в воздухе. Алексей взял женщину за плечи, приподнял ее, несколько раз встряхнул, надеясь, что она придет в себя, потом аккуратно пошлепал по лицу.

Бесполезно! Она продолжала висеть у него в руках, как кукла.

— Да что же с тобой!

Скорее всего, она находилась в глубочайшей гибернации, из которой ее можно было вывести только медикаментами. А может быть, с ней уже что-нибудь сделали? Алексей, не церемонясь, сдернул покрывало вниз и, к ужасу своему, понял, что прав: от грудины женщины вниз, к лобку, шел кровавый свежий, умело зашитый разрез! Крупные соски маленьких грудей были ярко-розовыми, а волосы на лобке — огненно-рыжими. Алексей с сожалением опустил тело обратно в контейнер. В этот момент самое лучшее, что можно было сделать, — оставить женщину в таком состоянии.

Надо было найти Татьяну.

«Если они везли ее из какой-то операционной туда, где находятся тела других женщин, есть смысл проверить в том направлении, куда они шли», — сообразил Алексей. Он плотно прикрыл контейнер крышкой, убедился, что тот работает, — об этом сказало слабое гудение, которое Карабанов ощутил ладонями, и решительно направился налево по коридору. На Быстрицкого он не обращал внимания.

— Эй! — завопил вдруг тот, довольно резво бросившись следом за Карабановым. — Ты куда? Ты что, спец-агент, да? Суперсолдат? Ты вытащишь нас отсюда?

Алексей резко остановился, подождал, пока Быстрицкий с разбегу наткнется на него, схватил его за лацканы куртки, притянул к себе, заглянул в напуганные глаза.

— Слушай, ты, паскуда бандитская! Или ты перестанешь выть, или я сейчас сам тебе башку отвинчу. Понял?

— Понял, — вдруг тихо и отчетливо сказал Быстрицкий.

— А раз понял, то тихо шагай рядом. Не помогаешь, так… Короче, не мешай!

Алексей отпустил Быстрицкого и рысью понесся по коридору. Сзади неуклюже топал охранник.

…Через сто метров они нашли криокамеру, залитую ярким светом. В воздухе парили ряды контейнеров, подобных тому, что они только что видели в коридоре, резко воняло озоном, под потолком и по полу клубился морозный туман.

Быстрицкий отпрянул назад. Действительно, здесь было очень холодно, Алексей вдохнул несколько раз и понял — это даже не минус тридцать! Это Арктика! Все минус пятьдесят!

Он быстро прошел вдоль первого ряда контейнеров, заглядывая в заиндевевшие окошки, — искал Татьяну. Но лица, которые он видел, были ему незнакомы, более того — почти все лежавшие в этих саркофагах женщины не были людьми! И дело было не в цвете кожи или волос. Некоторые из них явно не были теплокровными! Но Алексею некогда было их рассматривать.

Некоторые контейнеры были пустыми.

Он свернул ко второму ряду, а потом к третьему. Татьяны не было! Сейчас он даже не задумывался над тем, откуда здесь взялись все эти существа?

Алексей не чувствовал ни рук, ни ног, когда дошел до самого последнего контейнера. Он в отчаянии обернулся назад, обозревая огромное белое поле, заполненное спящими в своих белоснежных гробах красавицами. Либо здесь были еще такие же хранилища, либо он пропустил Таню. Алексей заскрипел зубами. Поискать новый склад или проверить все заново?

— Сюда! — раздался крик, от которого Алексей чуть не подскочил на месте. Он уже успел забыть о существовании Быстрицкого. А тот, стоя у стены, усиленно махал руками, подзывая Карабанова.