James Swallow - Немезида

Келл стоял у подножия посадочного трапа "Ультио" и вглядывался в дождь через глазную прорезь своей шпионской маски, позволяя встроенным сенсорам делать свою работу и в очередной раз размышляя о повстанцах. Как они отреагируют, когда обнаружат, что команда Келла исчезла? Подумают ли они, что их предали? Возможно, да. В конце-концов,в каком-то смысле их действительно предали. И когда миссия достигнет своей заключительной точки, Капра прекрасно поймёт, кто за всем этим стоял.

– Есть что-нибудь? – сверху вниз просочился голос Тариэля. – Мозг-пилот докладывает, что пассивные датчики только что зарегистрировали короткий всплеск, но с тех пор больше ничего не было.  

Келл не поднял глаз, чтобы на него посмотреть.

– Статус?

Тариэль издал вздох:

– Гарантин так наточил свои ножи, что может рассекать надвое капельки дождя. Я отслеживаю публичную и военную вокс-сети, а также подготовил и загрузил туда все свои информационные вирусы-фаги и прерыватели связи. Койн находится в процессе имитации внешности захваченного нами войскового командира. Я так понимаю, что Кулексус и Вененум пока ещё не появились?

– Твоя проницательность тебя, как обычно, не подвела.

– Сколько ещё мы можем позволять себе ждать? – ответил Тариэль. – Так получается, что нам уже почти пора выдвигаться.

– Они придут сюда, – сказал Келл. Одновременно с этим в потоках ливня за открытой дверью что-то блеснуло.

– Я тут, – сообщила Йота, возникая из серого дождя. Её голос из-под маски-черепа имел необычный гулкий тембр. Шагнув под крышу, она сняла свой боевой шлем и потрясла головой, освобождая тонкие хвостики заплетённых в косички волос. – Меня задержали.

– Кто? – требовательно спросил Тариэль. – Снаружи никого нет.

– Сейчас снаружи никого нет, – мягко поправила его Йота.

– Где Вененум? – спросил Келл, играя желваками.

Йота бросила на него взгляд:

– Твоя сестра не придёт.

В глазах Келла вспыхнули шок и раздражение:

– Как..?

Тариэль поднял руки в защитном жесте:

– Не смотри на меня. Я ничего не говорил!

Лицо Виндикара исказилось:

– Не берите в голову. Это неважно. Объяснись. Что ты имеешь ввиду под тем, что она не придёт?

– Дженникер приступила к миссии, которая имеет для неё большее личное значение, чем эта, – сообщила ему Кулексус.

– Я дал ей приказ! – рявкнул Келл, моментально вскипая от гнева.

– Да, дал. И она ему не подчинилась.

Келл сгрёб девушку-ассасина за ворот и злобно уставился на неё. Он чувствовал, как чёрная тень ауры парии, от которой душа уходила в пятки, вздымается исходящей от неё волной, но был слишком разъярён, чтобы об этом беспокоиться.

– Ты видела, как она уходила, да? Ты видела, как она уходила, и не сделала ничего, чтобы её остановить!

На лице Йоты мелькнул проблеск эмоции, но  было сложно понять, какой именно. Её тёмные глаза превратились в сплошные шары пустоты. 

– Ты не будешь ко мне прикасаться.

Кожу Келла как будто закололо иголками, и его руки стали ледяными, словно он окунул их в замерзающую воду. Он рефлекторно отпустил Кулексус, и его пальцы скрючило от боли.

– О чём ты только думала, девочка? – требовательно спросил он.

– Она тебе не принадлежит, – сказала Йота негромким голосом. – Ты отказался от своей роли в её жизни.

Замечание прозвучало как гром среди ясного неба, и Келл был по-настоящему им поражён.

– Я... Это я про миссию, – продолжил он, стремительно приходя в себя. – Не про неё".

– Рассказывай себе это, и притворяйся, что веришь, – Йота выпрямила спину и обошла вокруг него.

Он обернулся. К Тариэлю, стоявшему на вершине трапа, присоединился Гарантин. Эвёрсор покачивался взад и вперёд, его увесистые кулаки сжимались и разжимались от едва сдерживаемой энергии. Возле него, поигрывая ядовитым кинжалом, стоял мужчина средних лет в непромокаемом плаще, которые производили для СПО. Выражение лица, позаимствованного Койном, было неправильным, неподходящим, но Келл не мог чётко сформулировать, в чём именно.

– Сколько ещё? – прорычал Эвёрсор. – Я хочу убивать Астартес. Я хочу понять, каково это на вкус, – его беспокойные пальцы игрались с ремнями его маски-черепа, а зрачки налитых кровью глаз были чёрными булавочными головками.

Келл принял решение и шагнул вслед за Кулексус:

– Йота. Ты знаешь, куда она направилась?

– У меня есть догадка, – раздался ответ.

– Найди Соалм. Верни её.

– Сейчас? – произнёс Тариэль, его лицо вытянулось. – Сейчас, именно в этот момент?

– Выполняй! – напористо сказал Келл. – Если её разоблачат, то вся наша миссия будет засвечена.

– Не по этой причине, – произнесла Йота. – Но если ты хочешь, мы можем ей её назвать.

Виндикар указал наружу, на ливень, который становился всё сильнее:

– Просто иди.

Он отвёл глаза. В его груди что-то шевелилось – что-то, что, как он думал, уже давно исчезло. Опустошённость. Сожаление. Он задавил эти эмоции прежде, чем они смогли им овладеть, и обратил их в злость. Будь она проклята за то, что эти чувства снова выплыли на поверхность! Она была частью прошлого, которое он оставил далеко за своей спиной, и он хотел, чтобы так и оставалось. И всё-таки...

Йота кивнула ему, и её шлем поднялся, скрывая её лицо. Не оглядываясь, она сорвалась на бег, и вскоре её поглотил ливень.

Кипящий Гарантин, топая, сошёл вниз по трапу.

– Ты что творишь, снайпер? – выплюнул он в лицо Келлу. – Эта бесхребетная отравительница бежит с поля, а ты делаешь вещи ещё хуже, отсылая за ней ведьму? Ты спятил?

– Неужто прославленный Гарантин признаёт, что ему нужна помощь женщины? – сказал Койн голосом войскового командира. – Чудеса, да и только.

Убийца-психопат Эвёрсор навис над Виндикаром:

– Ты не пригоден командовать этим отрядом, и никогда не был. Ты слабак! У тебя отсутствуют лидерские качества, и из-за этого мы все находимся под угрозой!

– Ты ничего не понимаешь,  – прорычал в ответ Виндикар.

В его грудь упёрся палец со стальным когтем.

– Ты знаешь, что не так с твоим кланом, Келл? Вы боитесь запачкаться кровью. Боитесь её вони, хотите, чтобы всё было сделано опрятно и чисто, с почтительного расстояния, – Гарантин дёрнул большим пальцем в сторону Койна. – Даже этот бесполый урод лучше, чем ты!

– Прелестно, – пробормотал Койн.

Эвёрсор продолжил, шипя каждое слово и брызгая слюной сквозь оскаленные зубы:

– Вальдор, должно быть, пошутил, назначая тебя руководить этой миссией! Ты думаешь, никто не замечает, как ты смотришь на эту стерву Вененум?