Фиона Макинтош - Предательство
«А воры? Они проникли сквозь границу миров, чтобы выкрасть мальчика…»
«А, Мусорщики… Этот народец жил тем, что подбирал отбросы в разных мирах. Своей земли у них не было, они постоянно перемещались с места на место. Мелкие воришки. Сейчас они уже вымерли».
«И что случилось с мальчиком?»
Теперь вздох Лисс был полон печали.
«Он вырос, не зная о своем происхождении. Впрочем, его новые родители тоже этого не знали. Но решили не говорить ему, что он не их сын».
«Он был Чувствующим?»
«Он был волшебником, причем очень могущественным. К счастью, его приемные родители тоже обладали даром — особенно талантлив был отец. Имей в виду: это были времена небывалого согласия и терпимости. Чувствующие мирно жили рядом с обычными людьми. В те времена не было Инквизиции».
Мир без Инквизиции… Тор с трудом мог себе такое представить.
«Мальчик вырос вспыльчивым и гневливым, — Лисс заговорила быстрее, словно торопясь закончить рассказ, — но никто не мог понять, почему это произошло. Родители решили, что лучшим местом для него станет Академия в Златокамне — сегодня это селение известно как Карембош. Его приняли послушником, а учить его стал Старший Чародей Джороми. Год или два прошли спокойно. Но потом принцу стало скучно. Сила, которая жила в нем, не находила себе применения. Он даже не представлял, насколько она велика… а когда понял, стал пользоваться ею, чтобы сеять раздор в Академии, нарушать спокойствие и порядок. Никто не мог ему противостоять. Юноша становился все более непредсказуемым и опасным. И тогда Старейшины приняли решение: объединить свои силы и запрудить этот могучий, неистовый поток. Они понимали, насколько это опасно. Никто и никогда еще не делал такого — в этом просто не было необходимости. Но Старейшины обратились к древнему знанию, чтобы Связать юношу. Им нужна была передышка. Тогда они смогли бы придумать, что делать дальше. Однако молодой послушник каким-то образом раскрыл их замысел. И злоба, которая копилась в нем все эти годы, обрушилась на Голдстоун».
«Он сровнял город с землей?!» — открой Тор глаза, они горели бы благоговейным ужасом.
«И в один миг убил более двух тысяч человек, — грустно ответила Лисс. — Я слишком долго рассказываю эту историю, Тор. Позволь мне побыстрее закончить. Я посетила человека, который стал мальчику приемным отцом, и открыла ему правду. Был миг, когда я об этом пожалела: это открытие чуть не убило его. Еще бы: узнать, что ты воспитывал принца, сына богов, который был похищен и доставлен сюда, в мир смертных… Мы придумали план — рискованный, дерзкий. Отец заманил сына в местечко под названием Рьюн, недалеко от руин Голдстоуна. Там находятся Врата — одно из немногих мест, где можно напрямую общаться с Сонмом. Отец рассказал юноше его историю и настоял, чтобы тот поговорил со своими настоящими родителями. Принц еще не знал, что его обманули и никакого разговора не будет. Связь разумов была установлена, но вместо этого Сонм, используя настоящего отца юноши, Связал свое дитя. Столь крепкие и мощные путы не создавались еще никогда. Никогда не забуду его крик отчаяния — когда он понял, что происходит».
«А он не мог просто…»
«Вернуться?» — подсказала Лисс. «Да».
Ответом был печальный вздох.
«Как я уже объясняла, путешествие между мирами грозит страшными бедствиями. Сонм предпочел наложить на принца самые могучие чары, какие только можно вообразить. В каком-то смысле они защищали мальчика».
«Лисс… — Тор озабоченно нахмурился. — А ты кто такая?»
И почувствовал, как она улыбается.
«Я странствую по мирам, Тор. Я не принадлежу Сонму… но и не вхожу в число людей. В некотором смысле меня можно назвать Хранительницей. Я помогаю поддерживать равновесие миров».
И не только, хотел сказать Тор. Она слишком тщательно подбирала слова.
«Я выбрала десять стражей, — продолжала Лисс, — по одному от каждого из народов, населявших в то время Четыре Королевства. Этих людей стали называть Паладинами. Им вручили клеть, сотканную из света, в которой был заключен молодой чародей, и поручили доставить ее в тайное место».
«Ты хочешь сказать, что принц все еще жив?»
«Конечно. И Паладины все еще стерегут его. Но их силы на исходе. Вот уже много сотен лет принц испытывает на прочность чары Сонма и терпение своих тюремщиков. И медленно, но верно выигрывает эту битву. Он не знает жалости. Он черпает силы в собственной ненависти И отчаянии. Оба отца — родной и приемный — предали его, и он жаждет возмездия».
Тор сглотнул.
«Он освободится и…»
«Да. Он вернется в Таллинор, чтобы завершить задуманное».
«Но для чего ты мне все это рассказываешь, Лисс?» -Тор тяжело дышал, его охватила паника.
«Потому что ты должен остановить его, Торкин Гинт. Только ты».
Он не видел ее, но знал, что она удаляется.
«Подожди! — закричал он. — Как его зовут?»
«В твоем мире он известен как Орлак».
Ее образ задержался где-то на грани осознания. Тор просыпался.
«Лисс… пожалуйста… Скажи, как звали его приемного отца? Я должен его знать».
Шепот, едва уловимый, донесся откуда-то издалека:
«Его зовут Меркуд».
И Тор проснулся.
Кайрусу тоже снился сон. И ему тоже явилась Лисс.
«Скоро за тобой придет Солиана, мой храбрый воин». — она говорила нежно, словно любовница, но Кайруса охватила печаль.
«Я должен следовать за ней?»
«Таково твое предназначение».
«Я бы предпочел остаться с Тором».
«Нет, Кайрус. Ваше время истекло. Отныне ваши пути расходятся. Тебя ждет куда более важная задача. Это великий дар, который не каждому дано заслужить».
«Я боюсь, Лисс. Я много раз смотрел в лицо смерти, но сейчас она меня страшит».
«Твоя судьба — не смерть, Друг Леса. Ты проживешь долго. Лес принимает тебя как своего. Он любит тебя. Ты был сильным, искренним и выстоял — во имя всех Паладинов. Теперь вас осталось лишь трое. Скоро Орлак вырвется на свободу, нам надо многое успеть прежде, чем это произойдет. И главная роль отводится тебе».
Кайрус не понимал, о чем она говорит. Однако при слове «Паладин» в памяти что-то мелькнуло.
«Лисс… — он с удивлением услышал в своем голосе страх. — Кто я такой?»
«Ты — один из Паладинов. Защитник, страж». Кайрус оглядел поляну. Тор лежал на земле, свернувшись клубочком, и спал. Вокруг все было знакомо — даже Солиана, которая молча стояла рядом и дружелюбно смотрела на него.
«Ты присоединишься ко мне?»
Мягкий ровный голос волчицы вернул ему спокойствие. «До свидания, Кайрус», — произнесла Лисс. Он хотел что-то спросить- что-то очень важное… и забыл. Когда Солиана заговорила, это вылетело у него из головы. Он просто последовал за своей проводницей, едва ощущая ногами мягкую лесную подстилку. Солиана молча бежала впереди, на расстоянии пары шагов. Потом Кайрус догнал волчицу и опустил руку ей на холку, погрузив пальцы в густой серебристый мех. Кажется, она ничего не имела против.