Сергей Недоруб - Горизонт событий
Используя подножку «тигра» как упор, Дизель запрыгнул в кузов. Вжикнул молнией на прозрачном чехле, позволил плёнке свободно опасть вниз. Выдернул блокиратор платформы, вставил ключ в отверстие. Экран ожил, спроецировав ряд зелёных нулей.
Дизель быстро набрал цифровой код, стараясь не запутаться в узких кнопках.
Зажёгся жёлтый огонек. Установка Лебедева повышенной мощности издала жужжание от низких частот к высоким. Стержни платформы выдвинулись, подняв шестиствольник повыше.
Оставшийся Ми-28 приближался. В него несколько раз выстрелили из РПГ, одна ракета даже попала. Но на лётных качествах «вертушки» это почти не отразилось.
За руль джипа прыгнул один из «долговцев».
— Отставить! — велел Дизель, хватаясь за рукоятки пулемёта и разворачивая ствол в нужном направлении. Подняв три предохраняющих тумблера, он нацелился в кабину.
Из-под левого крыла вертолёта выскочило несколько шаров, полетевших в разные стороны. «Ночной охотник» пронёсся над машиной, зашёл на круг и вернулся к Барьеру.
Один из шаров угодил в точности на сиденье пассажира. Дизель выпрыгнул из машины, кубарем покатился в сторону, закрыл голову руками.
Взрыва не последовало. Вместо этого раздался сильный треск. Мисс Анаис недовольно заурчала сервоприводами, блок стволов опустился вниз под углом в шестьдесят градусов и застыл. В воздухе почувствовался сильный запах озона.
— Твою ж мать, — выругался Дизель. — Электромагнитные гранаты.
Он поднялся и, глянув по сторонам, снова забрался в кузов. Беглого осмотра хватило, чтобы понять: шестиствольник Гаусса превратился в бесполезный комплекс металла, артефактов и спящей электроники.
— Уходим! — сказал водитель. — «Вертушка» возвращается.
Дизель схватил гранату, вгляделся. На вид потухший шар из материала, напоминающего обсидиан. Вышвырнув его, Дизель быстро пошёл в чащу леса, по привычке хватаясь за рацию.
— Анубис, — сказал он. — Мисс Анаис накрылась полностью. Электромагнитный импульс. Теперь… Анубис, приём!
Запоздало поняв, в чём дело, Дизель сдёрнул с пояса передатчик. Так и есть. Вся техника вышла из строя.
— Мой автомат! — произнёс он, протягивая руку. Вокруг него собрались человека четыре, включая одного «свободовца». Ему подали «энфилд», и Дизель с облегчением посмотрел на тактический модуль, прикреплённый слева от подствольника. Работает. Похоже, у гранат действительно был небольшой радиус действия.
— Рацию мне, — сказал он. — Джип отгоните и спрячьте. Всем покинуть район. Идём в наступление.
— Держи его, держи! — гремел голос Хребта над ухом. Рекс по миллиметру смещал ствол гранатомёта, стараясь не потерять «охотника», спрогнозировать его траекторию. За последнюю минуту сталкер изучил действия Ми-28 достаточно хорошо, чтобы понять, что «вертушка» реагирует на обстрел одним и тем же манёвром — контратакой и укрытием, и затем выруливает с другой стороны. Из естественных укрытий были разве что верхушки особо высоких деревьев. Тех самых деревьев, которые сослужили плохую службу боевикам там, внизу, в том рыжем аду, в котором выживание зависело в первую очередь от вероятности. Вертолёт уже дважды повторил уход с линии огня, пилоты явно демонстрировали постоянство в поведении. Палец на спуске налился тяжестью, не хотел слушаться. Рекс понимал, что один промах — и конец. Летающая гадюка мигом обнаружит его, прилетит и поставит точку в странствиях собирателя артефактов. И мир не содрогнется. Сколько ещё бродяг окончили свой путь точно так же?
— Хребет, — произнёс Рекс, стараясь не менять положения головы.
Рекс не просил совета. Он всего лишь хотел объяснить, что не нужно кричать на него, дёргать, давать указания. Что все попытки помочь будут только мешать.
Хребет понял.
— Работай, — сказал сталкер и оставил Рекса в одиночестве.
Вот и всё. Надо работать.
Ми-28 ушёл от очередной ракеты, спустился чуть ниже, повернувшись к Рексу хвостом.
Сталкер потянул скобу. Под угрюмое шипение длинный стержень устремился навстречу приключениям.
С западного склона скатились двое матерящихся бродяг. Один катился в обнимку с рюкзаками, второй, с перехваченной красной лентой головой, держал оба автомата. Его камуфляжная куртка нараспашку демонстрировала два артефакта на поясе, в особых контейнерах, позволявших прижимать арты к телу, но при необходимости быстро снимать их.
— Летит, летит! — радостно сказал он. Хотя радоваться было особо нечему. «Ночной охотник» наполовину показался из-за пожухлых верхушек высокого граба.
— Аладдин, заметят! — испуганно выкрикнул его товарищ с рюкзаками.
— Тока не ссать, — сказал Аладдин, поднимая автоматы.
«Калашников» в левой руке и «абакан» в правой дружно задёргались, освобождая свинцовую энергию в почти параллельных траекториях. Ми-28 быстро опустился, начал поворот, готовясь наказать наглеца.
В следующий миг точным попаданием снаряда с холма ему снесло хвостовой винт.
— Рекс! — проорал Обама, прижимающий к себе рюкзаки, как лучших друзей. — Рекс достал с эрпэгэшки!
Будь вертолёт чуть повыше, ему бы представился шанс кое-как добраться до Барьера, натужно перевалить за стену и там, в безопасности, зализать раны. Но в лесах ему пришлось нелегко. Потеряв компенсационный приток воздуха, «охотник» повернулся вокруг винтовой оси, цепанул покорёженным хвостом древесный ствол и тяжело повалился на бок. Пять лопастей одна за другой грызнули землю, сминаясь по очереди. Цельнометаллический фюзеляж рухнул, подняв облако пыли и кружащих мёртвых листьев.
С ликующим воплем Аладдин подбежал к побеждённому военному транспорту. Откинулись люки кабины, показались всё ещё живые пилоты.
— Смотри, — сказал подошедший Обама, тыча пальцем в кабину. — Правду говорят, что экипаж «мишки» переживает падение.
Аладдин снова поднял автоматы. Стволы в обманчиво тонких руках снова пришли в движение, превратив обоих пилотов в решето.
— Врут, — коротко прокомментировал он. — Пошли дальше.
На передовой грохот стоял такой, что чуть не рвал барабанные перепонки. Лагерь наёмников был уже в пределах автоматного выстрела, чем и не преминули воспользоваться обе стороны. Анубис закрыл ладонью наушник, стараясь хоть как-то отсечь посторонние звуки.
— Ровер! — сказал он громко, стараясь не переходить на крик, зная, что в этом случае речь станет ещё более неразборчивой. — Ровер, оба вертолёта сбиты! Ещё один вчера уничтожил Борланд, а это значит, что у Коалиции осталось всего два боевых. Возможно, они отправят «камова» в бой, но это максимум. Пока они этого не сделали, нужно выбить наёмников из лагеря! У нас мало времени, так что прикажи своим двигаться вперёд прямо сейчас! Я пошёл!