Джон Миллер - Кеноби

— Я обращался ко всем, — сказал Оррин, глядя на нее снизу вверх. В лунном свете, лившемся из окна, он напоминал раненого зверя. — Никому нет дела до фермерских невзгод! Но к Джаббе я сам и не обращался. Когда мне предложили деньги, я взял…

— Не задавая лишних вопросов, — закончила Эннилин.

Оррин пристыженно повесил голову:

— Да, без лишних вопросов. И теперь мне нужна твоя помощь. — Он устремил взгляд за спину женщины, к сейфу и планшетам. — Я знаю, ты всех спасаешь. Ты можешь спасти и меня. Спасти мой мир…

Ошарашенная Эннилин привалилась спиной к раковине.

— Тебе нужны мои деньги. Чтобы расплатиться с хаттом!

— Нет, — замахал руками Оррин. — То есть да. Но все будет не так, как ты думаешь. Это будут наши деньги, а мои поля станут твоими. Как только мы поженимся!

Эннилин потерла виски:

— Меня сейчас удар хватит. — Она искоса поглядела на гостя. — Ты все еще носишься с этой идеей?

— Да. Нам суждено быть вместе! — На лице Оррина возникла улыбка, но под взглядом Эннилин быстро увяла.

Она покачала головой:

— Не понимаю. У тебя финансовые трудности, но притом хватило денег купить лендспидер, чтобы завоевать мое сердце? Он стоил, должно быть…

— Несколько тысяч. Но тысячи роли не играют. Мои проблемы гораздо серьезнее. Чтобы Джабба отстал, понадобятся все твои сбережения.

— Откуда ты знаешь, что он отстанет? Он же хатт!

— Не знаю, — согласился Оррин. — Может, и не отстанет. Но банк точно никуда не денется, и банку я должен намного больше. — Он снова подошел к прилавку, стараясь держать себя в руках. — С ними я тоже сегодня разговаривал, — уже спокойнее сообщил фермер. — Они готовы пересмотреть условия выплаты долга… и вот тут-то в игру вступает магазин.

Эннилин в шоке огляделась по сторонам:

— Я не отдам им мой магазин!

— Это будет наш магазин, — напирал Оррин. — Если добавить Надел к моей земле в качестве залога, они предложат другие условия погашения кредита. На твоем счету достаточно денег, чтобы рассчитаться с Джаббой. Далее оборот магазина поможет мне вернуть ссуду, пока мы не соберем хороший урожай. — Он жестом указал на темные полки у себя за спиной. — Они знают, сколько стоит эта недвижимость и какой доход приносит. Они хотят, чтобы магазин работал!

Эннилин отпрянула — от услышанного у нее закружилась голова.

Оррин, нервничая, оперся о прилавок.

— Они только хотят железной гарантии того, что Надел всегда будет залогом, всегда будет работать, чтобы погасить долг.

— Я не могу этого гарантировать, — отрезала Эннилин. Бросив взгляд на гостя, она на миг почувствовала жалость. — Сам знаешь, если бы ты попросил как нормальный человек, я бы попробовала помочь. Но и тогда я бы не смогла приковать себя цепью к магазину на годы… на годы! Просто чтобы помочь другу!

— Потому-то мы и должны пожениться, — заявил Оррин, подойдя к прилавку и подняв створку. — В банке сказали…

— Так ты сначала посоветовался с банком, а уже потом пошел делать мне предложение? — Эннилин чуть не лопнула от гнева. — Как романтично! И что же, дали они благословение?

— Они будут удовлетворены. — Оррин зашел за прилавок и взял ее за руку. — Мы расскажем им, что давно с тобой сотрудничаем, поэтому и ферма, и Надел будут приносить доход. — Он снова попытался выдавить улыбку. — Они не отберут залог. И Джабба тоже не станет. Все будет хорошо.

Эннилин попыталась вырваться. Она не была согласна на эти условия, но и Оррину беды тоже не желала. На миг она задумалась, а знает ли что-нибудь Джейб об этих замыслах. Приехал ли он вообще с Оррином?

Тут ей в голову пришла совсем другая мысль, и она яростно выдернула руку.

— Минуточку, — сказала она, подходя к сейфу и планшетам. — Откуда ты знаешь, сколько денег у меня на счету? И каким образом банк выяснил, сколько стоит мое имущество?

В тусклом свете было видно, как Оррин повесил голову. Он вздохнул:

— Утром, когда ты уехала, я сделал копии бухгалтерских отчетов.

— Что-что ты сделал? — разинула рот Эннилин.

— И несколько голографий.

Эннилин стукнула кулаком по прилавку. Теперь было понятно, зачем ее спровадили в город. Семейная поездка в Мос-Айсли за новым лендспидером — все было затеяно ради этого.

— Это Тар Лап помог тебе залезть в мои файлы?

— Нет-нет. Но ты же дала мне коды, чтобы он мог работать. Я зашел в систему еще до его прихода.

— Убирайся, — велела Эннилин.

— Энни…

— Не называй меня Энни. — Она повернулась к нему спиной. — Я не собираюсь решать твои проблемы. Выметайся вон.

Оррин приблизился к ней:

— Энни, они убьют меня.

Хозяйка, встав у дальнего конца прилавка, промолчала. Слов не находилось.

— Энни, прошу тебя, — задыхаясь, прошептал фермер. — Ты должна выйти за меня. В банке сказали…

— Просто уйди, — с трудом сдерживая слезы, приказала Эннилин. Она чувствовала, что он стоит за спиной, слышала его учащенное дыхание. Этот человек разрушил свою жизнь и явился сюда — в единственное место, которое принадлежало только ей, — чтобы отнять его. — Уйди.

— Ладно. — Оррин опустил руки. Развернулся и направился к выходу. Но спустя секунду шаги затихли: Оррин остановился у прилавка, размышляя. — Может быть, есть другой способ, — произнес он.

Хозяйка обернулась, но промолчала.

— Магазин должен стать семейной собственностью. — Оррин приблизился к ней, глаза его пылали безумием. — Возможно, дети…

Эннилин поморщилась. Нашел время ломать комедию!

— Сомневаюсь, что Маллен годится в женихи!

— Нет, — сказал фермер. — Но я мог бы жениться на Келли.

Женщина приподняла брови:

— Что?

Оррин вскинул руки:

— Ей скоро двадцать…

— Через три года!

Хрясь! Прежде чем Оррин успел ответить, кулак Эннилин врезался в его челюсть.

Прижав ладонь к окровавленному рту, Оррин уставился на нее. В глазах читались обида и недоумение.

— Вон отсюда! — заорала Эннилин, силясь выпихнуть его из-за стойки. Но мужчина был сильнее и сжал ее плечи как в тисках. Глаза его полыхнули гневом.

— Мне все равно, как это произойдет! Но просить я больше не буду! Я должен спасти свою шкуру, понимаешь ты или нет?

Эннилин дернулась:

— Пусти!

Они боролись в тесном пространстве. Бутылки летели на пол. Оррин, разъярившись еще больше, сильно встряхнул Эннилин. Она закричала.

— Энни, послушай…

Крр-фьюу-у-у!

Осветив темноту, в стену возле самого плеча Оррина ударила голубая вспышка. Тот обернулся, по-прежнему сжимая Эннилин в объятиях. В лунном свете стояла Келли в ночной рубашке, и ружье дрожало у нее в руках.