Джеймс Гарднер - Отряд обреченных

— Это нелепо, Фестина! Ты дашь ей умереть, спасая собственную шкуру? Не слишком разумно с твоей стороны. — Снова послышалось постукивание щебня у него под ногами. — Знаешь, а ведь она тебе, можно сказать, напарник. Хочешь потерять еще одного напарника, Фестина?

«Ну, ты и ублюдок», — мелькнула мысль. Однако я разведчик, и ему не заставить меня сделать глупость. Гнев — это непрофессионально.

«Станнер» зажужжал снова. Весло застонала и потом крикнула:

— Мне всего лишь щекотно, проклятый разведчик! Ты глупый, надоедливый, и от твоего оружия никакого вреда!

В горле у нее дребезжало; перед моим внутренним взором возникло зрелище застрявших там осколков стекла. В конце концов, звуковые удары убьют ее. Может, она уже умирает? Я поползла со всей возможной скоростью: Ламинир вот-вот должен был появиться в поле моего зрения.

Он снова переместился; видимо, чтобы лучше было целиться в Весло, и я снова его увидела. Джелка, наверно, думал, что я все еще в той части леса, где тропа появляется из деревьев. В том направлении скалы хорошо прикрывали его; он был уверен, что находится в безопасности.

Ничего, скоро поймет, что дело обстоит иначе.

Я медленно закинула назад руку, готовясь бросить камень. Джелка полностью сосредоточился на Весле, он ничего не заметит. Однако прежде, чем я успела сделать бросок, Весло с криком вскочила на ноги и замахала топором. Уклоняясь от ударов, Джелка вскинул «станнер». Я отчетливо представила себе, как он вот-вот нажмет на спусковой крючок… и со всей силой бросила камень, целясь уже не в голову, а в тело, потому что боялась промахнуться. Кто знает, выдержит ли Весло еще один акустический удар?

Камень попал ему в предплечье — не той руки, в которой он держал «станнер», но я молилась, чтобы удар заставил его промахнуться. Без промедления я рванула вперед, схватила еще один камень из своего арсенала и снова швырнула в направлении Джелки. Он повернулся ко мне, хотел сделать выстрел… но летящий камень заставил его пригнуться, и тут Весло с криком кинулась к нему со своим топором. Он снова выстрелил в нее, практически в упор, и вздрогнул, когда камень попал ему в плечо. Я метнулась в сторону, стараясь переключить его внимание на себя; Весло все еще держалась на ногах, все еще сжимала свой топор.

Ламинир вскрикнул и помчался к лифту. Я держала камень наготове, на случай, если он обернется, но этого не произошло. Он добежал до входа; дверь открылась, потом закрылась. Все еще настороже, не выпуская из руки камень, я подошла к Веслу.

— Фестина… — прошептала она, — плохо.

И упала мне на руки.

Я оттащила ее в укрытие на случай, если Джелка схитрил; вдруг внезапно выпрыгнет из лифта и застрелит нас обеих? Безопаснее всего было на краю леса: «станнеру» нас там не достать, а лифт остается в поле зрения на случай, если противник высунется наружу.

Как только мы оказались в безопасности, я осмотрела Весло. Ей серьезно досталось. Из ушей текла жидкость — тонкая струйка с запахом уксуса. Дышала Весло с хрипом. Потеряв сознание, она вся вспотела; я, как могла, обтерла ее, набрав мягких сосновых иголок.

Снаружи ран не было; значит, в перевязке она не нуждалась. Я достала из поясной сумки «аптечку» первой помощи и перерыла ее в поисках чего-нибудь, что могло помочь. Ничего. Антибиотики и дезинфицирующие средства предназначались для человеческого метаболизма.

И скальпель, конечно, тоже.

Я пожалела, что при мне нет Тугодума — по крайней мере, можно было бы отсканировать Весло на разных длинах волн. Пока ее тело оставалось прозрачным, как и внутренние органы.

«Ох, нет, — подумала я, — больше никаких операций».

Не в силах помочь Веслу, я решила вернуться к прежней проблеме под названием «Ламинир Джелка». Соблюдая все меры предосторожности, я подобралась к прикрывающему вход скальному выступу… Джелки не было, он вернулся в город.

Я приложила ладонь к пластине, но дверь не открылась. Я предприняла новую попытку. И еще раз.

Без толку.

Джелка, видимо, заблокировал вход. Не хотел, чтобы я бросилась в погоню за ним. И, что гораздо важнее, не хотел, чтобы Уллис или поисковый отряд смогли выйти наружу, нашли меня и узнали правду.

На протяжении нескольких минут я колотила в дверь камнями, пыталась открыть ее с помощью палки, хотя с самого начала понимала, что все это впустую. Дверь была сделана из прочного металла, а дверная коробка утоплена глубоко в скалу, мне ее с места не сдвинуть.

Когда я вернулась в лес, Весло все еще не пришла в себя, но дышала. Под деревьями сгустилась тень; только горные пики еще отражали солнечный свет. Вскоре нужно будет разжечь костер, чтобы не замерзнуть… может, тепло костра поможет и Веслу. Может, инфракрасное излучение для нее все равно, что внутривенное вливание питательных веществ.

На случай, если Джелке придет в голову напасть на нас ночью, я разложила костер прямо у входа, завалив дверь грудой камней. Если дверь начнет открываться, грохот камней привлечет мое внимание.

Я подтащила Весло к костру, погрелась немного сама и направилась к нашему «жаворонку», всего метрах в пятистах от входа. Если он все еще цел, я смогу отвезти Весло к ней домой, а там положить в Башне Предков, где она получит возможность впитывать энергию по всему диапазону спектра. Ничего лучшего, чтобы помочь ей, мне в голову не приходило; если она как следует пропитается энергией, может, тело само исцелит себя. Тем более что в этой башне была и мать Весла… да, она спала, но наверняка проснется, если поймет, что Весло серьезно ранена. И сможет рассказать о чудесных медицинских агрегатах, способных исцелить Весло в считанные секунды.

Добравшись до «жаворонка», я поняла, что больше он не полетит никуда. Ателрод с помощниками содрали с него все монтажные платы, оставив свисающую проводку; даже срезали часть одного крыла. Самолет напоминал жертву вандализма; возможно, так оно и было. Я постепенно проникалась мыслью, что Высший совет обошелся преступно не столько с разведчиками, сколько с жителями Мелаквина. Мы выступали по отношению к девственно чистой здешней среде в роли загрязняющих агентов. Достаточно вспомнить о Тобите с его напитком… или о тех, кто покинул этот город из-за бурной деятельности разведчиков… или о «жаворонке» передо мной, который простоял целехонек четыре тысячи лет и превратился в груду бесполезного мусора, как только попал в руки моих товарищей.

И это не говоря уж о том, что задумал Ламинир Джелка.

Когда я вернулась к костру и села рядом с Веслом, наступила ночь. В сумке у меня еще сохранился белковый рацион — самая ненавистная еда, удовлетворяющая потребность в питании, но вызывающая запор, если есть ее больше двух дней подряд. Я сжевала кубик, спрашивая себя, не нужно ли попытаться покормить и Весло… растворить кусочек в речной воде и влить в рот… Не стоит, наверно; кто знает, как подействует на ее организм питание, рассчитанное на людей? Кроме того, я вспомнила дребезжание ее голоса перед тем, как она упала в обморок. Не хотелось заставлять ее глотать; вдруг в горле полно стеклянных осколков?