Никита Аверин - Крым-2. Остров Головорезов

Доктор Стас хотел оттереть ее за спину, но Бандеролька вошла первой: в конце концов, ее неплохо подготовили, да и боевой опыт у нее был большой, и к тому же она руководила операцией.

На стрельбу начали сбегаться пираты.

К счастью, Бандеролька давным-давно усвоила, как вести себя на лестнице: не переть вперед, а аккуратно выглядывать по секторам, контролируя несколько пролетов сразу. Пиратов, ви­димо, этому не учили. Бандеролька даже удивилась: как это ста­до умудрилось устроить в Крыму такую заварушку, победить самого Филателиста? Наверное, в Старом Крыму перебили эли­ту пиратов, а то, что осталось, было ровным счетом ни на что не способно.

Итак, пираты шумною толпою, мешая друг другу и перекры­вая линию огня, неслись вниз. Бандеролька с доктором Стасом заняли удобную позицию — он прикрывал угол — и открыли огонь. Пулю из автомата Калашникова стена не остановит, но пи­раты были вооружены всякой ископаемой и самодельной дря­нью. Они, конечно, начали стрелять в ответ, частью попадая в своих товарищей, а частью просто в молоко — пули летели куда угодно, только не в цель. Лишь бы рикошетом не задело... Банде­ролька выглянула из-за угла и сняла еще двоих. Ряды защитни­ков санатория поредели, но опасность все еще сохранялась. К тому же часть пиратов додумалась укрыться на лестничной клетке второго этажа.

Теперь в невыгодной ситуации оказались Стас с Бандеролькой.

—  Что делать будем? — шепнул доктор.

—  Стрелять будем, — ответила Бандеролька, — выхода у нас нет. Подождем, пока спустятся, и перемочим всех нафиг.

Ждать, впрочем, не пришлось. Наверху произошло какое-то движение, раздались крики и выстрелы, кто-то лупанул очере­дью — раз, другой, третий, а потом с воплем: «Отстаивайте же Се­вастополь!» — бросился, видимо, в рукопашную, потому что вы­стрелы прекратились, а крики — нет. Голос Бандеролька узнала — это Воловик мстил за погибших друзей.

Доктор Стас, взвыв обиженно:

—  Мне оставь парочку! — кинулся вверх по лестнице.

Бандеролька едва за ним поспевала.

Стас мог не спешить: драка была в самом разгаре. Воловика, мо­жет, и пристрелили бы, но он умудрился вклиниться в самую гущу пиратов, и пытаться достать его, не задев никого другого, было не­реально.

—  За Севастополь! За капитана Воронина! — заорал доктор и присоединился.

Происходящее напоминало шуточную драку на Казантипе, с одной только разницей: на этот раз все было серьезно. Бандероль­ка отступила в сторону, прикрывая спины: вдруг подвернется под­ходящий пират и можно будет его пристрелить? А в рукопашном бою от Бандерольки было немного толку: главным образом, не по­тому, что она не умела драться, а потому, что мало весила и была существенно ниже противников ростом. Ее бы просто тюкнули по голове или отбросили в сторону.

Поэтому она оставалась наблюдателем.

Воловик, казалось, танцевал. По крайней мере, он красиво пры­гал, крутил «солнышко» и бил ногами в головы. Кажется, это ис­кусство называлось «капуэйрой». Впрочем, не гнушался матрос и простыми приемами: оплеухами, например, и восходящими ударами в пах. Стас же действовал менее изящно, но столь же эффектив­но. Здоровенными кулачищами он щедро раздавал хуки, апперко­ты, джебы и кроссы, бил коленями и локтями подобравшихся со­всем близко — в общем, пираты от него так и летели. Один вылетел спиной, шлепнулся, но тут же сел, оторопело мотая головой. Он был около Бандерольки — и, не удержавшись, она зашла к нему со спины, завела правую руку так, чтобы локоть был под подбород­ком, взяла себя за бицепс левой, ладонь левой ласково положила на затылок пирату и свела локти. Пират задергался, попытался руки сорвать — но Бандеролька была девушкой очень, очень цеп­кой, и через пару минут противник затих. Подождав немного для верности, Бандеролька отпустила труп.

Драка, тем временем, перешла в ножевой бой. Вообще, когда противники берут ножи, скорее всего, могилы можно копать для обоих, но здесь был явно не тут случай.

Воловик, проворный и гибкий, как змея и неотвратимый, как смерть, попросту резал пиратам глотки, а Стас колол и рубил огромным тесаком.

Кровь заливала вытертый палас коридора. В считанные мину­ты все было кончено. Осторожно, чтобы не вляпаться в красную лужу, Бандеролька обошла трупы. Ее бойцы были в крови (Воло­вик — голый по пояс, перемазал весь торс), но живы и довольны.

—  Как ты сюда попал?

—  По стенке влез, — пожал плечами матрос. — Подумаешь, про­блема.

Путь к люксу, где держали Пошту, был свободен.

Дверь вышибать не пришлось — она была открыта, и никто не выбежал навстречу. Заглянув в первую комнату, Бандеролька по­няла, отчего: Рыжехвост валялся на полу, а на его спине, удержи­вая предводителя пиратов на болевом, расположилась Зяблик.

—  Привет, — бросила она. — Я его слегка придушила и ребра сломала, когда он на меня полез. Представляешь, только Сургуч из комнаты — а этот козел на беззащитную полоумную девочку!

—  Как — сломала? — опешила Бандеролька.

—  Как, как... Гарду закрыла. У меня ноги сильные, я же говори­ла, бегаю хорошо. Но он жив и готов дать показания. А дверь в ка­меру звуконепроницаемая, и там вооруженный пират. Я пока не заходила.

Рыжехвост неразборчиво замычал.

—  Так, — решила Бандеролька. — Поднимаем его.

Стоять пират мог, но морду имел ошалевшую, бледную и пот­ную, и постоянно пытался скрючиться то в одну, то в другую сторону.

—  Он безоружный, я проверяла, — похвасталась Зяблик.

—  Очень хорошо. Рыжехвост, ты знаешь, кто мы?

—  Листоноши, — просипел он (Зяблик, слегка придушив, по­вредила пирату горло), — проклятые листоноши! Все из-за вас! Ненавижу! Все равно вы подохнете, не могут мутанты заправлять людьми!

—  А ты кто? Не мутант? А радиация тебе тогда почему не страш­на? — поинтересовалась Бандеролька.

Сзади раздался топот ног. Она резко обернулась — и увидела Телеграфа.

—  Жив? — вместо приветствия спросил Телеграф.

—  Жив. Во второй комнате. Там вооруженный охранник. Сей­час Рыжехвост откроет дверь, прикажет охраннику не дурить, а сдаваться, и мы заберем Пошту. А потом побеседуем с этим отродьем.

—  Хороший план, — одобрил бывалый листоноша.

—  Так что повернись-ка, Рыжехвост, лицом к двери, ко мне за­дом, — проворковала Бандеролька. — И помни: если что, я тебя убью.

Рыжехвост кивнул, перекособочился и распахнул дверь.

—  Пристрели козла! — успел крикнуть пират.

Два выстрела слились в один: Бандеролька снесла Рыжехвосту половину черепа, выстрелив в затылок, а второй прозвучал в ком­нате. Пират еще падал, Бандеролька оттолкнула его и ворвалась в комнату. Первое, что она увидела — охранник. Проблему удалось решить при помощи одной пули, разорвавшей ему горло. А вто­рое — Пошта, привязанный к кровати, с красным пятном, расте­кающимся по футболке в районе груди.