Безбашенный - Арбалетчики в Вест-Индии.
Велтур хохотал долго. Отсмеётся, задаст мне очередной уточняющий вопрос, я отвечу ему — как сумею и как вспомню из давненько уже читанных и порядком подзабытых мемуаров Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» — и он снова складывается пополам от смеха. Я ведь начал-то рассказ с чего? С излюбленного нашими православными урря-патриотами повтора советской ещё версии о коварном и вероломном завоевании крестоносцами-католиками православной Византии. Типа, с самого начала вынашивали свой злодейский замысел. По-ихнему ведь, делать Западу было больше нехрен, и других забот у него не было, кроме как православие изничтожить. Ну, любили у нас всегда вешать на «не наших» всех мыслимых и немыслимых собак, и история Четвёртого Крестового похода — нагляднейший тому пример. А на самом ведь деле — сплошная цепь непредвиденных обстоятельств и импровицаций по ходу дела, о которых никто изначально и не помышлял. Да, приняли в конце концов решение завоевать и править самим, но когда приняли? Уже стоя под стенами и уже зная, что законной власти там теперь нет и быть не может в принципе. Да и решили-то сгоряча — не факт, что силёнок хватило бы, если бы случай не помог. Ну и сверхцентрализация эта византийская бюрократическая, из-за которой без указаний начальства шагу ступить нельзя, и уже на второй-третий день все дела встают намертво, если те указания поступать перестают. Тут — в такой ситуёвине — и чёрту лысому покоришься, лишь бы приказы нужные отдал и заторы те бюрократические преодолеть помог. Вот ведь в чём суть, если разобраться непредвзято. И когда вникнешь во всё это как следует, сопоставишь показушные блеск и величие империи с её реальными маразмом и бессилием, да оценишь известные исторические события с этой колокольни — как тут не ржать, схватившись за живот? Это мой шурин и делал, когда во всё это наконец въехал. Греки и в античности понтами и показухой славятся, так что представить себе этот эффект вживую ему нетрудно.
Вот так мы в основном и коротали дни нашего долгого плавания через Атлантику. А чем ещё прикажете заниматься, когда делать совершенно нехрен? Подобно матросне, что ли, в кости резаться? Так я уж лучше шурина попросвещаю о нашем современном мире и о тех промежуточных временах, которые и сделали его таким, какой он есть, а нас — такими, каковы мы и в натуре, да в глазах хренеющих с нас аборигенов. Без пяти минут один из нас, давно уже член нашей узкой компании — должен нас понимать, а для этого — знать, если не всё, конечно, так хотя бы солидную часть того, что знаем мы. Вот этим я и занят, и хвала богам, что есть с кем поговорить об умных и серьёзных вещах. Каково приходится Васькину, плывущему на другом корабле и лишённому доверенного и образованного собеседника, мне даже представить себе тошно. Кроме своей охраны, да начальника судна, бывшего акобаловского помощника, ему там вообще поболтать не с кем, а о чём с ними поболтаешь? В узкий круг посвящённых они не входят, и многого им знать категорически не полагается. Увы, всем вместе на одном корабле нам тоже плыть нельзя — на каждом должен быть хотя бы один из нас, умеюший обращаться с компасом, координатной сеткой на карте и с часами, которые тоже нельзя передавать аборигенам, да и просто показывать без необходимости тоже не стоит. Млять, это ж какое терпение надо иметь! Пока вдоль берега африканского плыли, да на Канарах останавливались, то для ночёвки хоть к берегу приставали и хоть вечерами могли втроём пообщаться, но теперь уже и Канары позади, так что халява кончилась. Сорок дней, если верить ссылающемуся на античных географов Эндрю Коллинзу, и Акобал адекватность этой цифири вполне подтверждает. Ну, применительно к собственному прежнему опыту плаваний на старом одномачтовом «Коне Мелькарта». На новом двухмачтовом судне, будем надеяться, что выйдет быстрее, но вот намного ли? Это покажет только будущее…
Обсудив тему деяний приплывших в Константинополь вместо Палестины крестоносцев, мы плавно переключились с неё на более злободневную тему — на корабли. Велтур уже понял по моему рассказу, что эта описанная мной ему эпоха отличалась от привычной ему практически во всём, и прежде всего — в оружии и технике. Оружейные отличия я ему в общих чертах разъяснил на примере наших арбалетов и мечей, и теперь парня заинтересовало, на каких же это судах такие войска — да ещё и с многочисленной конницей — переправлялись.
— Ну, если по сути, то ещё крупнее и ещё пузатее, чем нынешние, — разжевал я ему на пальцах, — Были даже и здоровенные двухпалубные со входом на нижнюю палубу через борт. Там и для пассажиров помещения были, и конюшни для лошадей.
— Разве такое возможно? — усомнился шурин, — Это же какой-то чудовищный корабль должен получиться! Он же плавать не сможет!
— Ну, «Сиракузия» же плавает. Я ведь рассказывал тебе про неё? А на якорях у александрийского порта ещё и корабль-крепость стоит, ещё крупнее. Вот они — да, чудовищные гиганты, и я хрен их знаю, как их такие плавучими сделать удалось. Но и римляне позже будут корабли-дворцы строить, а я тебе про обычных больших «купцов» говорю. Ты же видел в Карфагене новейшие финикийские корбиты — «лебедей» этих двухмачтовых? Ну, не обязательно лебедь, может быть и трафиционный финикийский конь, а может быть и вовсе статуя какого-нибудь бога или героя. Главное — не на носу, где наклонная мачта с малым парусом вперёд вынесена, а на жопе. На корме, в смысле. Если корабль нормальной величины — с большую гаулу примерно, так груза столько же возьмёт, а экипажа — десяти человек достаточно. Ну, для управления, конечно, охрана от пиратов не в счёт. Так это нормальной величины, а римляне сперва тупо скопируют этого «лебедя» один к одному, а потом уже и крупнее строить будут. Я ведь говорил тебе уже, что Рим со временем до двух миллионов населения разбухнет? Ну и как прикажешь кормить такую прорву народу? Африканского зерна давно уже не будет хватать, без египетского будет не обойтись, а его ж ещё и перевезти надо на чём-то. Вот и будут строить здоровенные зерновозы такого же типа, а на их верхней палубе — уже приличного размера жилые надстройки. Так от такого «лебединого» зерновоза до тех кораблей, про которые я тебе говорю — уже, считай, один шаг. Те, пожалуй, даже помельче в основном будут…
— Ты как раз такие отцу строить предлагал?
— Ну, не совсем. У тех сложная система парусов, здесь таких никто не знает, и нет людей, которые бы умели с ними обращаться. А никто из нас тоже сам под парусами не плавал — в смысле, не работали с ними, не управляли, так что мы сами ничего в этом не понимаем и научить этому здешних моряков не можем. Поэтому — ну их на хрен, эти сложные паруса. Я твоему отцу другое предлагал — сделать эту новейшую корбиту подлиннее, да ещё одну прямую мачту поставить. Тогда — вместе с передней наклонной — три мачты получаются. «Сиракузия» как раз так и оснащена. Только нам её гигантских размеров не надо, нам оснащение парусное нужно, как у неё. Я как увидел её на подходе к александрийскому порту, так и понял, что новые корабли для Моря Мрака как раз так и нужно оснащать. Парусов больше, и лавировать ими при боковом ветре легче, но каждый из них прост и морякам привычен, так что переучиваться им почти что и не надо. Зачем нам лишние сложности, от которых лишние ошибки?