Роман Приходько - Кровавый Рейд
Ситуация резко изменилась. Остатки наёмников галопом бросились наутёк, лишь только умолк пулемёт, при смене ленты. Сергей всё же успел достать ещё двоих серо-синих, пока остальные не скрылись за гребнем долины. «Долговцы» перешли в атаку и буквально размазали поклонников Монолита по земле.
Бой закончился. Наступила тишина, нарушаемая изредка бряцаньем оружия и стонами раненых. Небо с восточной стороны побелело. Наступал новый, отмытый радиоактивным дождём, безумный день жестокой кровавой жатвы. Слабый ветерок мазнул туманное марево испарений над болотом, чем потревожил обитающих там тварей. Несколько глоток недовольно поурчали по очереди и успокоились. Словно во время перестрелки они крепко спали, а тут — на тебе, какой-то негодник ветер пронял нежнейшие мутантские задницы холодным сырым сквознячком. Хорошо ещё, что во время стычки снорки не надумали позавтракать, а то неизвестно, чьи бы комбинезоны показались им более аппетитными.
Гулко щёлкнул замок двери комплекса и оттуда донеслись радостные возгласы. Старый отлепил приставшую к костюму грязь и вернулся к мародёрству. Две единицы диковинного вида оружия в первую очередь были повешены на шею, чем сильно мешали дальнейшему процессу выворачивания карманов и перетряхивания содержимого рюкзаков.
— Какого хрена ты стоишь? — повернув голову к Сергею, возмутился ветеран. — Сходи, наёмников обшмонай — может Чёрный сдох, в конце-то концов!
Парень с невозмутимым видом отстегнул защитный клапан кармана КПК, понажимал кнопки компьютера и спокойно ответил:
— Чёрного в некрологах нет, а обыскивать уже есть кому, — он кивнул на трёх «долговцев», спешно поднимавшихся к телам на склоне.
Старый проследил головой в указанном направлении и заворчал:
— Наградила же Зона напарничком. Лодырюга, да ещё и брезгливый…, - дальше шёл поток нелитературных выражений, от которых лицо Сергея стало хмуриться и сереть от злости.
Чуть было не завязавшуюся склоку перебил невысокий моложавый сталкер, который, не доходя несколько шагов до сгорбленной в праведных трудах фигуры Старого, заорал, размахивая перед собой обветренными руками:
— Вот же козлина старая! Нет, чтобы узнать о судьбе товарища, так он быстрее грабить — обирать несчастных «трупешников». Когда ты уже нахапаешься?! Всё тебе мало и мало!
Старый оторвался от своего занятия, повернулся, скинул на землю трофейные стволы, встал и раскинул загребущие руки в стороны:
— Соболь, бродяга — ну извини подлеца! Я рад, что ты жив-здоров и в добавок не кашляешь.
Сталкеры бросились в объятья и принялись, как дети малые, отрывать друг друга от земли. Надурачившись, они наконец-то разлепились, и Соболь повернулся к Сергею.
— Это и есть твой новый напарник? — обратился он к товарищу и протянул руку для рукопожатия. — Ну, здорово, Любимчик! Рад знакомству… Наслышан о ваших подвигах. Спасибо за помощь…
— Да ладно — чё нам, тяжело, что ли. Пришли, стрельнули пару раз — делов-то…
— Хм… Слышь, Старый! А он, похоже, нормальный «чел». С юмором у него всё в порядке. Грызётесь, наверное? Ну, признайся?! Ты ж не любишь, когда над тобой прикалываются?! — Соболь ехидно улыбнулся и хлопнул ветерана по плечу.
Старый сконфузился, глянул напарнику в глаза, хмыкнул и пробурчал:
— Бывает…
— Давай тварь, двигай булками! — донеслось со склона.
Сталкеры разом обернулись на окрик.
Охаживая прикладом по спине, «долговец» подгонял раненого в плечо наёмника, который еле тащился на заплетающихся ногах и спотыкался о каждую кочку. Разбитое забрало шлема болталось на плече, словно вторая голова.
— Лейтенант, чё делать с этим козлом — может в расход пустить? — красно-чёрный сильно пнул пленника ботинком под зад, и тот боком рухнул в небольшую лужу в нескольких метрах позади Сергея.
Командир квада «отлепился» от забора комплекса, где всё это время стоял, наблюдая за действиями подчинённых, важно подошёл к стонущему от боли наёмнику, снял с головы защитный шлем, вытащил из кобуры пистолет и присел на корточки перед лицом жертвы.
— Слушай меня внимательно, — начал «долговец». — Я сейчас буду спрашивать, а ты коротко и ясно отвечать. За это ты умрёшь быстро и не больно. Если начнёшь кочевряжиться — подыхать придётся долго и мучительно. Понял?
Пленник закрыл глаза. Его тело расслабилось, и он чуть слышно ответил:
— Хорошо. Что ты хочешь знать?
«Долговец» неспеша вытащил из кармана сигарету, прикурил, сделал глубокую затяжку и начал допрос:
— Как получилось, что вы заодно с «Монолитом»? Какие у вас могли возникнуть общие интересы, что фанатики первый раз за всю историю Зоны скооперировались с другим кланом?
Сталкеры и ещё несколько красно-чёрных бойцов подошли поближе к месту дознания, чтобы послушать ответ на вопрос, который мучил не только командира квада.
Наёмник поморщился, открыл глаза, посмотрел в ствол, направленного ему в лицо пистолета и попросил:
— Дайте покурить.
Лейтенант сунул ему в губы свою сигарету. Тот жадно затянулся, выпустил дым через нос и начал говорить:
— Чёрному пришло сообщение на «комп». «Монолитовцы» хотели встретиться у ворот «Янтаря» для взаимовыгодной беседы. Тот долго думал, но потом согласился. С полчаса они «калякали» с важной «монолитовской» «шишкой», затем шеф нам сказал, что у нас с фанатиками перемирие и какой-то договор о сотрудничестве. Ещё он сказал, что нужно во что бы то ни стало взять бункер «ботаников». За это они помогут отбить у «Свободы» нашу базу…
— А на кой хрен им сдались учёные? — перебил рассказчика Соболь.
— «Шишкарь» сказал Чёрному, что Старый, — наёмник кивнул на стоящего рядом сталкера, — мог продать Сахарову какой-то редкий артефакт, который позарез нужен Хозяину Зоны.
Все присутствующие вопросительно уставились на упомянутого фигуранта занимательной истории. Старый состроил рожу безвинно оклеветанного младенца:
— Какой нахрен артефакт? У них чё — совсем радиация мозги сварила?!
— А ещё, «монолитовцы» обещали за головы Старого и его напарника пятьдесят штук зелени, — добавил пленник.
Опять вся толпа вперилась офонаревшими «зенками» в бедного сталкера, который готов был сквозь землю провалиться, лишь бы ничего никому не объяснять. Наконец, он выдавил из себя деланное возмущение:
— Ну, и чё вы уставились все, как бараны на новые ворота? Откуда я знаю — за что такая охренительная честь выпала!
Слушатели, как болванчики, снова повернули головы к наёмнику. Тот выплюнул бычок, облизал побелевшие губы.
— Дальше! — рявкнул «долговец».