Мария Семенова - Уйти вместе с ветром

— Два, — уточнил Ловец. — Пока один на входе-выходе стоит, другой сделает дело. Если пойдёт один, в двери автоматика сработает, он даже начать не успеет, сразу на кусочки…

— Понятно. Что касается розысков всех этих каменщиков, художников и прочих персонажей, как я понимаю, воинские силы и даже военная разведка тут непригодны?

— Да уж, — ухмыльнулся Ловец.

— Ясно. Отставить. Тогда — к нашему картографу. Машина справа от входа. Я выйду через две минуты.

Приоткрытая дверь вдруг громко захлопнулась. Лежащий на дороге пук сена сам собой взвился в воздух и улетел куда-то из поля зрения. Мимо окна, громко топоча, пронёсся деревенский пёс с прижатыми к голове ушами и завёрнутым под брюхо хвостом. Бока его тяжело вздымались.

Ловец побледнел и зажмурился.

— Началось? — прошептала Тина.

Ловец кивнул и потянул её к выходу.

— Эвакуация иностранных граждан возлагается на вас. — Полковник строго глянул на Александру.

Она промолчала, не возразив.

— Персонал заповедника, это, естественно, — ваше, — кивок в сторону Игоря.

— Разумеется.

— А что вы вообще-то скажете про всё это? — не удержалась Александра.

— Если бы вовремя провели зачистку, не было бы никаких проблем, — отчеканил Полковник. Вспомнил молодого нациста — и матерно выругался сквозь зубы. — Извините, мадам, — поклонился в сторону Александры.

— Идите на…, господин офицер, — светски ответила Александра. Взяла Игоря под руку и вышла вместе с ним.

Всё смешалось.

Наверное, только два существа приблизительно понимали, что происходило: Полковник и Каменщик.

В церкви священник с амвона призывал во всём слушаться военных и дисциплинированно эвакуироваться вместе с детьми.

Секта бабы Клавы эвакуироваться отказывалась и в полном составе молилась на берегу, у часовни неизвестного инока. Сама Клавдия Николаевна жалела о том, что ей, несмотря на многолетние хлопоты, так и не удалось организовать в посёлке интернат для детей-сирот. Она уже написала письмо Федоре, которое той должны были в качестве верительной грамоты передать гринписовцы.

В природе что-то менялось.

Воздух стал суше и разрежённее. Он был насыщен чем-то едким, как рассол, и щекотал ноздри. Бурое небо потемнело, стало лилово-чёрным, горизонт словно застлало дымом. Отдалённые предметы исчезли из виду, а близкие приобрели странную рельефность. Росло ощущение отрезанности от внешнего мира. Тучи над морем неслись высокой чёрной стеной. За этой стеной словно бы непрерывно рокотали далёкие барабаны…

Альберт препирался с Эдит, объясняя ей, что выходить в предштормовое море со сломанной рукой и на костылях было по меньшей мере опрометчиво.

— Ты будешь просто обузой для остальных! — убеждал он.

— Я не марафон бежать собираюсь! — вздёргивала подбородок несгибаемая француженка. — И не на Эверест лезть! Я всё время разрабатывала пальцы — штурвал уж как-нибудь удержу!

Как выяснилось, кроме Эдит, только один человек из гринписовцев мог бы справиться с судёнышком в бурю. Но этот человек выходить в океан на поиски каких-то неведомых монстров вовсе не рвался.

Потом в комнатку Эдит, наклонив голову, втиснулся долговязый парень, похожий на ковбоя и его лошадь одновременно.

— Калифорния, девяносто восьмой год, победитель международной регаты, — странно представился он. — Вырос на побережье. Могу управлять судном практически любого класса. Я был на улице. Надвигается чертовский шторм. Всё летит к дьяволу. Я поведу ваш корабль.

— А где напарник? — Эдит узнала одного из рыболовов-американцев.

— Продолжает требовать консула, — усмехнулся мужчина.

— Я с двенадцати лет ходила в море с отцом, — сказала, входя, норвежка Тельма, плотно упакованная в сине-красный штормовой комплект. — Ловила селёдку на Лофотенах. В армрестлинге побеждаю двух любых мужиков из трёх. Вы не имеете возможности пренебречь моим опытом.

Эдит утёрла невольные слёзы и начала отдавать короткие распоряжения.

Тёмная стена надвигалась всё ближе. На её вершине светлели полосы шафранно-жёлтого цвета, как пена на гребне высокой волны.

Александра ругалась с Мариной и Зинаидой одновременно. Зинаида требовала подробностей происходившего, а также участия в походе гринписовцев или операции военных. Марина требовала, чтобы Александра немедленно села за руль «буханки» и вывезла всех, кого привезла, куда-нибудь в безопасное место. Александра ссылалась на то, что у Соболя тоже имелись права, и с «буханкой» он вполне способен был совладать.

Потом Марина накинулась на мужа, требуя, чтобы он поймал Тину, связал её и погрузил в машину. Соболь молча покрутил пальцем у виска.

Когда собрали вещи, выяснилось, что исчез Виталик.

Посреди разборок, появилась деловитая и встревоженная Брунгильда, залезла в «буханку» и улеглась на сиденье, прижав короткие уши.

— Гляньте-ка! — нервно расхохоталась Александра. — Она хочет эвакуироваться!

Тонкий синий луч прорезал мёртвое небо. Раздался калечащий уши грохот. Будто разверзся небесный свод и на один дрожащий миг из трещины сверкнул ослепительный неземной свет…

Гром грохотал теперь почти непрерывно.

— Лучше бы ты уехала! — закричал Ловец.

— Я — с тобой! — крикнула в ответ Тина.

— Хорошо. Идём… — Подумал и добавил: — Я действительно могу вырубиться в определённый момент, ты не испугаешься?

— Нет!

— Меня тогда надо тормошить, бить, щекотать — что угодно. Но потом, возможно, мне придётся оставить тебя и самому… Так будет быстрее… Понимаешь?

— Что угодно! — откликнулась Тина. Ей казалось — страшней будет навряд ли, и она действительно была готова уже ко всему. Ну нет, она не станет бестолково визжать и топтаться, когда Ловцу надо будет оказать помощь!.. Взволнованное, мокрое от дождя лицо девочки заливал синий свет молний. Ловец наклонился к ней и ласково поцеловал мокрые солёные губы.

Паники, как ни странно, не случилось. Ну не склонны к ней наши соотечественники, особенно вдали от столиц. Тем не менее слухи ходили самые разные.

Среди военных преобладала гипотеза о том, что всех собрали ради охраны летающей тарелки, приземлившейся на Кольском. А поскольку НЛО у нас проходят в тесной связке с привидениями и полтергейстом, к чудовищным капризам погоды отнеслись как к должному.

У сапёров имелась эксклюзивная версия: их батальону предстояло спешно (пока не прознали за рубежом) закапывать китов, выбросившихся на кольский берег в результате неудачного эксперимента с термоядом, произведённого на шельфе у Новой Земли.