Василий Сахаров - Война за Врата - 3

Затрещал прибор, до земли осталось совсем немного, четыреста метров, еще целая минута полета. Дава подтянул стропы и развернулся по ходу движения, все так, как и должно быть. Взгляд только вперед, стопы ног сомкнуты вместе, параллельно земле. Есть! Удар! Ноги Меченого на древней брусчатке Красной площади. Где-то совсем рядом идет перестрелка, надо торопиться. Дава погасил купол, отстегнул сбрую, с груди снят АКС, затвор передернут и он готов к бою.

— Дава, за мной! — окликнул его пробегавший мимо Куликов, его первый отрядный инструктор, совсем недавно, из сержантов ставший капитаном гвардии и командиром второй спецгруппы, в которой Давыдов и служил.

Приклад к плечу, весь мир в прицел, легким шагом вслед за Куликовым. Их цель — Большой Кремлевский Дворец, средоточие власти, место, где окопался президент, купивший себе место правителя страны и пригласивший в Россию интервентов. Пришел его черед ответить за все свои дела.

Казармы Кремлевского полка были блокированы, Меченые первого взвода, в своих супер-доспехах, держали их надежно, но у президента еще было, кого кинуть навстречу «акинакам». Уже на подходе их встретил кинжальный огонь из пулеметов. Как стайка испуганых юрких рыбок, собравшаяся в кулак группа, прыснула в стороны. «Пирамидовцы» не успевали за ними, ведь против них вышли не рядовые солдатики, не умеющие и стрелять-то толком, а Одаренные, воины Ордена Меченых. Петляя из стороны в сторону, как маятники, со скоростью, немыслимой для обычного человека, они приближались к крыльцу Большого Кремлевского Дворца.

— Гранаты! — крикнул один из Меченых.

Автомат перед собой, Дава прыгает вперед, кувырок через себя, он подкатывается к стене и прижимается к холодным камням. Взрывы позади, осколки барабанят по броне, он цел и здоров. Перекат к дверям дворца, впереди мелькает тень, короткая очередь, и противник, не успевший выкинуть во двор гранату, падает. Секунда, вторая, третья, внутри раздается сильный взрыв. Вперед рвутся Куликов и Евграф, следом Дава и Барин, за ними остальные: Костер, Перо и Выгор. Все они, кроме Куликова, сравнительно недавно стали «акинаками» и Одаренными, но именно им повезло стать теми, кто возьмет змеюку за горло и свернет ей шею.

Воины на первом этаже, здесь множество верных Мешкову бойцов, но «акинаки» не отступают. Куликов, как молния, мечется от одного противника к другому, убивая их короткими, не более трех патронов в каждой, очередями. Рожок пуст, ему некогда перезаряжаться и, он, выхватывая небольшой меч из голубой стали, наподобии командорского акинака, режет «пирамидовцев» как баранов. В резню включаются остальные Меченые, проходит всего несколько минут и проход наверх чист, но с парадной лестницы бьет не менее пяти крупнокалиберных пулеметов. Вниз летят гранаты, но вреда от них для Меченых нет, есть где укрыться. Складывается патовая ситуация, когда засевшие наверху не могут достать «акинаков», а те, в свою очередь, под плотным огнем, не могут пробиться на второй этаж. К ним подходит припозднившаяся первая спецгруппа, притянувшая тяжелое вооружение, а следом третья, имеющая широкие бронепластовые щиты. Они готовятся к лобовому штурму, а Куликов, заранее изучивший планы Дворца, ведет своих воинов в обход.

Переходы, коридорчики, залы и помещения различного назначения, грохочут по паркету солдатские ботинки и, вот, они упираются в стену. Куликов командует:

— Перо, заряд!

— Перов лепит на стену кусок пластиковой взрывчатки и втыкает в нее радиодетонатор.

Меченые прячутся, подрыв. Куски фальшстены разлетаются в стороны и обнажается лестничный проем служебного хода.

— Ну, давай, парни, за мной! — капитан мчится наверх, остальные следом.

Лестничный пролет, еще один, и еще, вверх, куда идти знает Куликов и он же всех ведет.

— Стоп! — новая команда вожака. — Перо, заряд! — он указывает на дверь, ведущую во внутренние помещения дворца.

Снова подрыв, служебная дверь вылетает наружу, и Меченые, прикрывая друг друга, идут по коридорам. Впереди противник, выстрелы и, надо признать, охрана президента состоит из хороших профессионалов, но они не могут соперничать с «акинаками» и ложатся замертво на красные ковровые дорожки дворца. Дверь в кабинет президента России открыта, Меченые влетают внутрь, готовые встретить ожесточеное сопротивление, но никто в них не стреляет.

Вениамин Самуилович Мешков сидит за огромным столом, перед ним кипа бумаг, он в строгом костюме и галстуке, абсолютно спокоен. Вокруг него охрана, десятка полтора бойцов, ощетинившиеся короткоствольными автоматами. Президент поднимает на Меченых мутный взгляд и спрашивает:

— Вы что-то хотели?

Дава всматривается в лицо человека, воле которого, до недавнего времени, были послушны судьбы миллионов людей, и понимает, что тот невменяем.

— Да, он же в хлам!? — вслед мыслям Васьки, раздается удивленный голос Куликова. Он смотрит на напряженных охранников, кивает на Мешкова и спрашивает их: — Под чем он?

— Героин, — откликается один.

— А вы, собственно, кто? — хихикает президент. — Я вас не знаю. А зачем у вас оружие? — Мешков водит перед собой пальцем. — Вы меня не обманете, меня никто не обманет, я самый хитрый.

— Мы забираем его, — переводя взгляд с одного охранника на другого, и подпустив в голос угрозу, произнес «акинак».

— А с нами, что будет? — раздался голос президентского бодигарда. — Мы пойдем с ним до конца.

— Нет проблем, его не убивать, а судить будут. Есть кайф в камере рядом с этим ничтожеством сидеть, всегда пожалуйста, — Куликов пожал плечами. — Кто обороной командует?

Теперь пожал плечами охранник:

— Без понятия. Президент, пока в норме был, отдал приказ держаться до последнего патрона и ждать подмоги, которая вскоре прибудет, но бойцы в большинстве разбежались и остались только фанатики из спецназа «Пирамиды». Связи ни с кем нет, командиров нет, каждый сам по себе.

— Понятно, — протянул капитан и повернулся к воинам своей группы, — как-то не так я себе победу представлял, парни, но уж какая есть.

Планета Рамина. Материк Шанти. Озеро Злыдня. 30.02.2016

«Ну, давай, давай, зарр-раза», — думал я глядя на поплавок. Есть, крупный карп заглотил наживку и я, резко дернув удилище, выкинул его на берег. Хорош, ничего не скажешь, с килограмм, точно. Выходит, что не зря гвардейцы Кости Аленина это место хвалили. На уху уже что-то есть.

— С уловом вас, — сказал сидящий неподалеку Лыков, будущий президент России.

— Благодарю, вас так же, — откликнулся я через несколько секунд, глядя, как он вытаскивает на берег хорошего карася.