Александр Афанасьев - Время героев ч4
— Бык один всем быкам — противник слева! Дистанция — около трех!
Много… Но все равно можно попробовать кое-что сделать.
— Управляемый!
Далеко… очень далеко до прямого выстрела. Хотя в отличие от танка — возможности гаубицы сильно расширены и она может стрелять и навесом, в том числе управляемыми снарядами. Если в группе Росомаха у кого-то хватает времени наводить на цели…
Если нет — то драгоценный снаряд уйдет зря.
— Есть управляемый!
— Противник обозначен, дистанция три, огонь!
Пушка ударила — резко, гаубицу шатнуло на ходу. Зазвенело в ушах…
— Сближаемся!
Было или нет попадание — непонятно. Непонятно пока даже — кто перед ними, то ли старые танки, списанные из основных сил в части территориальной обороны, то ли новейшие самоходки «Кромвель».
— Осколочный!
Британская техника пока выглядела черными, едва заметными коробочками. Но они — стреляли, это было видно. Один из снарядов ударил совсем рядом, подняв столб земли.
— Есть осколочный!
— Мотоциклисты! Мать твою, мотоциклисты! Всем Быкам…
— Движущиеся цели, дистанция три!
Крик одного из офицеров, первым заметившего мотоциклистов — оборвался…
— Ракеты! Ракеты!
— Дым! Противодействие!
Не сбавляя хода, штурмовые гаубицы окутались клубами дыма, вспышками имитаторов. Помимо этого — плотного, с частицами металла в нем — дыма, сбивающего головки наведения — гаубицы были прикрыты специальным материалом, похожим на резину, который снижал сигнатуру боевых машин не давая их опознать как цели. У британцев было полно очень опасных боеприпасов, которые били в цель не прямой наводкой, а сверху, в крышу. У гаубиц было слабее бронирование, чем у старых танков, крыша была забронирована — но современный боеприпас одним бронированием не остановить. В ночной прицел — были видны вспышки в воздухе.
Теперь поняли — зачем осколочный боеприпас?
— Осколочным, воздушный подрыв на пятьдесят! Дистанция два — семь! Огонь!
Пушка снова ухнула, выпуская снаряд — где-то впереди, в установленной лазером точке он подорвется на пятидесяти метрах от земли, осыпая ее осколками.
— Бронебойный! Сближение! Дистанция два — шесть! По головному!
Баллистический компьютер пересчитал точку прицеливания, британский Челленджер резко остановился, окутался клубами дыма, сбивая прицел.
— Стоп! Ручное наведение! Дистанция два — шесть! Огонь!
Глухо ахнула пушка, маленький светлячок полетел куда-то вперед, туда, где заполыхали вспышки.
— Бронебойный! Наведение! Дистанция два — шесть! Огонь!
Выстрел — и впереди, там где на грани видимости стоят британские танки и боевые машины — вспыхивают три или четыре фонтана огня. Попадание. Вспыхивают и машины рядом — это не видишь, это чувствуешь, слышишь по крикам в эфире…
— Попадание, горит!
— Всем Быкам — разворот влево двадцать — исполнили! Держать строй!
Русский строй не остался беззащитным. Вопреки общепринятому построению, полковник выдвинул вперед штурмовые гаубицы, а противотанковые поставил вторым эшелоном. По уставу надо было наоборот, противотанковые гаубицы во встречном бою выбивают бронетехнику противника — но полковник сделал наоборот и сейчас это себя оправдало. На пути британского танкового клина — они пустили старые Челленджеры территориалов вперед, прикрывая их огнем идущих во втором эшелоне Матильд — встали Кабаны.
Кабан — это специализированная самоходная пушка — истребитель танков. Она приземиста, у нее рациональные углы наклона брони, а сама броня, особенно на лбу — не уступает старым танкам. У нее нет поворотной башни, грубая наводка производится путем поворота всего корпуса, точная — путем поворота всего орудия. Кабан совершенно неприспособлен для действий в урбанизированных районах, там ему просто нечего делать. Он не может вести огонь непрямой наводкой. Все, для чего он создан — это встречать танки и иную бронетехнику противника в лоб. Но именно это — он умеет делать лучше, чем любая другая тяжелая бронемашина. Вместо сто тридцати или сто пятидесяти двух миллиметровой гладкоствольной пушки — гаубицы — она вооружена специальной пушкой калибра сто пятнадцать миллиметров, нарезной и с очень высокой точностью. В боекомплекте — три четверти составляют бронебойные боеприпасы, у них сердечник — из обедненного урана, самозатачивающийся при попадании в броню. C расстояния в два — три километра такой снаряд шутя пробивает броню любого бронеобъекта. Танка, гаубицы… неважно…
Несколько приземистых машин — двинулись вперед, двинулись медленно, маневрируя всем корпусом и стреляя на ходу…
РазведчикиПустыня под колесами — внезапно обрывается — и они начинают карабкаться в гору. Пока склон не крут, восемь… ну десять градусов подъем. Но камни, настоящие валуны, которые надо объезжать и просто камни, которые подбрасывают машину как бык — незадачливого наездника — тут были, и их было немало. Почва стала тверже, колеса уже не пробуксовывали.
— Росомаха главный всем Росомахам — доложить потери по личному составу и технике.
Они карабкались в гору — а командир с помертвевшим лицом выслушивал… погиб… тяжело ранен. Они сколько раз отрабатывали все на учениях… но никто не думал, что все будет — всерьез.
— Росомаха — Громобою, Быку. Выходим на исходную, видимость девяносто. Концерт по заявкам.
— Громобой — принято! Где-то впереди козлы с дальнобойной артиллерией, на меня крепко насели! Буду работать по возможности!
— Бык главный — Росомахе! Давайте концерт, уцелевшие — будут работать по указаниям. Нас крепко потрепали, что по фронту!
— Бык главный, до черта чужой техники! Вы крепко потрепали их первую линию — но они концентрируются на второй! Предположительно — ударят справа!
— Дети шайтана! Росомаха, тебя понял, давай заявки, за мной концерт!
— Росомаха главный — всем Росомахам! Работаем индивидуально. Обозначить цели для Быков. Росомаха-три, прикрой нас справа.
— Росомаха-три — принял, начал движение!
С холма, на который продолжают карабкаться машины — картина боя, грандиозная и зловещая — видится все лучше и лучше с каждым метром. Вот — непоколебимой стеной стоят приземистые, угловатые противотанковые самоходки… горит только одна из них, остальные выжили и продолжают методично бить британцев, продвигаясь вперед. Вот — место основного боя, встречного боя русских и британских самоходок, а так же устаревших, но все еще опасных танков территориальной обороны. Русские самоходки выделяются тем, что у них башня отнесена максимально назад, а не по центру, как у британцев, двигатель впереди и это улучшает защиту экипажа. Русские самоходки более массивны из-за того, что у них — автомат заряжания, причем двухпоточный. И с той и с другой стороны, из-за пределов прямой видимости — летят огненные кометы — ракеты и светляки — артиллерийские снаряды с газогенераторами.