Майкл Стэкпол - Кровь Керенского-2: Кровавое наследство

На экране появились результаты голосования. Ульрик победил. Ни одного голоса против. Правда, были воздержавшиеся. Это понятно, всегда найдутся люди, завидующие своему более удачливому собрату.

Сразу после объявления присутствующие в зале Ханы принялись стучать кулаками по крышкам своих небольших письменных столов, встроенных перед каждым креслом. Это были знаки одобрения. Конал Уорд подал Ульрику руку и провел его к месту, которое занимали ильХаны. Затем он поднялся по центральной лестнице и, довольно улыбаясь, устроился в кресле Ульрика.

Камера перевела объектив на нового ильХана. Тот, устроившись на новом месте, снял шлем. На лице его сияла улыбка — Наташа, Сирилла и Фелан затаили дыхание. Ульрик пригладил свою козлиную бородку и подозвал к себе одного из элементалов. Когда тот приблизился, новый ильХан провозгласил:

— Пожалуйста, проводите уважаемого Хранителя рода Волка из зала.

Кинсайд Фюрей даже с места вскочил:

— ИльХан, разве в этом есть необходимость? По обычаю, вы первым делом должны сложить с себя обязанности Хана рода Волка. Вы вправе разрешить Коналу Уорду остаться.

На лице Ульрика появилось удивленное выражение. Он несколько простовато поморгал.

— Почему?

— Потому... — решительно начал Кинсайд, потом неожиданно примолк.

Элементал поднялся до яруса, где располагались места Ханов рода Волка, и вытянулся по стойке «смирно». Когда Конал, прикусив нижнюю губу, вышел на ступеньки, гвардеец вежливо взял его под локоток. Так они и направились к парадным дверям, однако не успел Уорд покинуть зал, как Ульрик встал и громко объявил:

— Своим преемником я назначаю Наташу Керенскую.

Конал, почти добравшийся до дверей, дернулся, вырвал локоть из руки элементала, повернулся и закричал на весь зал:

— Что? Да как вы смеете!..

— Конал, — укоризненно сказал Ульрик. — Что за выражения? Имейте хотя бы каплю уважения к этому славному залу.

Фелан торжествующе глянул на Наташу. Та сильно побледнела и неотрывно следила за экраном.

— Он назвал мое имя, так, что ли, Рилла? Он не мог назвать мое имя... Сирилла рассмеялась:

— Твое, твое! У тебя что, стало плохо со слухом, Таша? Смотри, смотри...

Между тем Конал взял себя в руки, расслабился, даже спустился на несколько ступенек вниз.

— Разве вы не знаете обычай? Хранитель рода всегда замещает Хана, если тот по какой-либо причине не в состоянии исполнять свои обязанности.

Ульрик отрицательно помахал указательным пальцем:

— Не всегда, Конал, далеко не всегда. Хранитель рода не может замещать Хана в том случае, если сам отказался занять эту должность.

— Вот! Что я вам говорил! — возбужденно затараторил Фелан и со всей силой стукнул кулаком по подлокотнику. — Смотрите, смотрите!

На лице Конала появилось недоумение.

— Но я не отказывался... Ульрик жестко усмехнулся:

— Разве? Вы, вероятно, запамятовали, что во время последних выборов в роде Волка публично заявили, что не имеете намерения замещать меня на посту Хана. К тому же, если мне не изменяет память, вы назвали несколько более подходящих для этой должности кандидатур. Среди них была и Наташа Керенская. Мне непонятны ваши возражения. Я следую вашим же рекомендациям.

— Годится! — засмеялся Фелан. — В самое сердце! — Он улыбнулся Наташе. — Надеюсь, теперь ты не будешь протестовать?

Наташа поджала губы.

— Я не думала, что он так безрассуден. Я же не прошла испытания на подтверждение звания водителя. Они никогда не позволят мне занять место Хана.

В этот момент камера крупно показала лицо Кинсайда. Лицо у него окаменело.

— ИльХан, — заявил он. — Вы не вправе предлагать, тем более в приказном порядке ставить на свое место Наташу Керенскую. Она не прошла испытания, подтверждающие ее право на звание водителя. У нее нет общепринятого, необходимого для занятия этой должности статуса.

— Вы ошибаетесь, Хан Кинсайд. — Ульрик кивнул гвардейцу, стоявшему у двери. — С вашего разрешения, я хочу пригласить свидетеля.

Элементал распахнул дверь, и в зал вошел историк Наташи Керенской. Он поднялся на помост, где недавно стоял Фелан.

Историк чувствовал себя немного смущенно, однако в глазах у него поблескивали дьявольские огоньки. Он подергал свою бородку, потом опомнился, поклонился ильХану, затем аудитории.

— Для тех, кто не знаком с приглашенным мною господином, разрешите представить — Густавус Михаэлс. Он сопровождал Наташу Керенскую с момента ее выступления во Внутреннюю Сферу. В его руках история отряда Волчьих Драгун с той поры, как они оставили кланы. Он хорошо знаком со всеми поворотами в карьере Наташи. Он представит доказательства, что у Керенской есть статус водителя боевых роботов.

Кинсайд сложил руки на груди:

— Ему здесь нечего делать. Какую ценность может представлять его единичное свидетельство?

Ульрик движением руки остановил Кинсайда и дал указание Михаэлсу говорить.

— С позволения уважаемого Хана Кинсайда, — начал маленький человечек, — ильХан Ульрик вовсе не обращался ко мне с просьбой дать показания, точнее, историческую справку по обсуждаемому вами вопросу. Вместо этого он настоятельно рекомендовал мне раскрыть подоплеку тех событий, которая в конечном итоге привела к выборам нового ильХана, к той трагедии, которая случилась на звездном прыгуне. В результате широкого и пристального изучения я нашел в истории кланов четыре примера, когда члены рода, обладающие правом ношения родового имени, были выбраны или назначены Ханами, несмотря на то что военный статус был либо в стадии утверждения, либо вызывал сомнения. Более того, в двух случаях вновь назначенные Ханы были в бессознательном состоянии.

Михаэлс широко улыбнулся, затем продолжил:

— Смею вас заверить, что Наташа Керенская определенно находится в здравом рассудке. Это замечание вызвало гнев у Наташи.

— Ну, я ему покажу. Пусть он только попадет мне в руки, я его тотчас прикончу.

— Кого, Таша? Ульрика или Густавуса?

— Обоих!!

Теперь на экране вновь крупным планом появился Ульрик.

— Подобное объяснение моего решения должно удовлетворить вас, Хан Кинсайд. Я ценю ваше участие в рассмотрении этого вопроса. Однако позвольте напомнить, что это дело целиком в ведении Клана Волка, а не Дымчатых Ягуаров. Кроме того, прошу учесть, что с нынешнего момента я являюсь ильХаном и не нуждаюсь в подобных оценках моих действий. Если вы считаете, что этот поступок идет вразрез с законом и традициями, можете сместить меня, если пожелаете... Если сумеете... Вот ваши прерогативы. Не более того! Вам ясно?

Кинсайд пробурчал что-то невразумительное, тогда ильХан прямо обратился к членам Совета: