Кирилл Алейников - Тени прошлого

— ЛОЖИСЬ!!!

Вик в молниеносном прыжке сбил Поля с ног и вместе с ним откатился в сторону. Из открытого дверного проема в коридор брызнул настоящий шквал огня. Пули выбивали снопы искр и брызги металла из противоположной стены.

— Бежим! Бежим отсюда к чертовой матери!

Вик, казалось, обезумел. Он лихорадочно вскочил на ноги, подхватил одной рукой оброненный пистолет-пулемет, а другой — Поля. Не мешкая, Вик бросился по коридору прочь от только что открытой двери.

— Доставай чертову карту, Поль! — орал Вик. — Немедленно доставай ее!!

— Сейчас, сейчас! — бормотал Поль, панически нашаривая в кармане заветный магнитный ключ.

Вик бросил свою ношу, которую продолжал тащить, рядом с дверью, и развернулся, ощетинившись сразу двумя «Питонами». На его лбу выступили крупные капли пота, подбородок слегка подрагивал, но в целом солдат выглядел весьма устрашающе. Поль достал карту и попытался всунуть ее в щель приемника, но предательски трясущиеся руки не позволили сделать это с первой попытки.

И тут он увидел то, чего так испугался Вик.

Из открытой двери в коридор выползло странное и страшное существо, похожее на огромного паука. Только это был совсем не тот паук, которые повстречались в начале Игры. Теперешний враг состоял целиком из металла, а на его теле угадывались стволы пулеметов. Оружие никогда нельзя спутать с чем-то другим…

Замок двери пискнул, и загорелся зеленым. Створка ушла наверх. Поль не стал ждать, чем кончится встреча с роботом-пауком, а быстро влетел внутрь комнаты, прилично ускоренный мощным пинком Вика. Позади прогремели выстрелы, и несколько пуль вышибли часть напольного покрытия всего в паре сантиметров от ног Поля. Вик яростно стучал по замку, крича при этом:

— Закрывайся, чертова дрянь! Живо!!

Когда дверь, очевидно, решившая не вставать поперек воли солдата, опустилась, заняв исходную позицию, Вик бросился отыскивать другой выход.

— Нам надо как можно дальше уйти от этой штуки, приятель! — приговаривал он. — Не тяни резину, двигайся быстрее!

К великому разочарованию Вика, выход из комнаты был всего один… И в него долбился металлический паук, вооруженный крупнокалиберными пулеметами. Смачно, по-солдатски выругавшись, Вик вскочил на стол и приподнял потолочную панель.

— Так я и думал! — воскликнул он. — Потолок двойной! Ну-ка, помоги мне забраться!

Поль подставил свою спину и едва не переломился пополам, когда крупное тело Вика оказалось стоящим на его спине. Впрочем, вес мигом пропал, и уже сверху Вик протягивал руку:

— Хватайся!

Через мгновение Поль уже полз позади тихо матерящегося спутника, дрожа от возбуждения и страха.

Эсминец «Лазарус».

Траектория скольжения 54-ON122 (Зелёная) — 08-NO094-ITSS (Офелия).

Завтрак проходил долго. Отведав всё, что кок посчитал нужным приготовить для начальства, капитан и подполковник убивали время сигаретами и кофе. Все их разговоры вертелись вокруг одного — внезапного нападения непонятно кого на человеческий мир. То, что Правительство Земли не простит никому такой дерзости, было понятно; война не просто была неизбежной, а уже началась. Непонятно было только то, с кем, собственно говоря, воюем. Все грибовидные корабли опустились на планету и покидать её пока не собирались.

Офицерам виделось лишь единственное правильное решение: атаковать планету с орбиты. В этом случае, конечно, с Офелией как с цельным космическим телом будет покончено — одного залпа суперкрейсеров и дестроеров будет достаточно, чтобы разорвать её на куски. И, скорее всего, Правительство пойдёт именно на такой шаг: информация, приходящая на эсминец, говорила о концентрации космических сил людей в системе Проксима-3 Индейца, и в их числе уже был дестроер.

Конечно, можно провести точечные удары по грибам, а затем послать десантные войска, но в этом случае нет гарантии того, что противник не попытается покинуть планету. Если же опять развяжется бой в космосе, то, судя по последним событиям, огневое преимущество будет не на стороне защитников.

В любом случае, что-то станет ясно, когда «Лазарус» завершит скольжение и соединится с эскадрой, а торможение миноносец уже начал.

Материя пространства в точке выхода корабля стала уплотняться, сминаться в небольшой светящийся шарик, который чем плотнее становился, тем ярче разгорался; во все стороны ударили разноцветные лучи быстрых частиц. Со стороны «выход» с торсионных полей выглядел очень красиво: как будто среди почти полного вакуума, где-то меж звезд и галактик, плоть Вселенной разверзлась; как будто некий покров космоса продырявился, и можно заглянуть в самую его суть, в его тело, и узнать, наконец, тайны мироздания. Говорят, если долго смотреть на эту пылающую «дыру», то можно ослепнуть или сойти с ума, увидев в ней лик божественного Нечто.

На мгновение лучи погасли, а дыра словно вмиг заросла, закрылась. Но тут же сияние возобновилось с новой силой, стало ещё ярче и безумнее, а из его центра, растянувшись до бесконечности, ещё одним сияющим лучом вышел эсминец. Некоторое время он всё больше и больше удлинялся, становясь так же безумно ослепительным, а затем «дыра» «захлопнулась».

«Лазарус», уже не светящийся светом изнанки Вселенной и не растянутый в струну, маневрировал в пространстве для сближения с группировкой сил Военно-Космического Флота Человечества, чьи корабли, включая громады флагмана «Европа» и дестроера «Мегал» были видны в паре тысяч километров на фоне желтоватой газовой туманности. По корпусу эсминца всё реже и реже пробегали голубоватые всполохи — побочный эффект торможения.

Мегаполис Виллмаут.

Планета Риман-2.

— Здравствуйте, — пригласил вошедших сесть красивый мужчина лет тридцати пяти — сорока. — Мой друг предупредил о вашем визите.

Раамон и Лаки сели в удобные кресла с декоративными резными спинками и ножками в виде львиных лап. Человека, к кому они пришли, звали Сергей Ливанов. По данным разведки СБС, он был чуть ли не первым лицом в «Крыльях Возмездия» после самого Рафова.

Удача сопутствовала агентам с начала их миссии.

Вызывало некоторые опасения то, что Грауно так легко согласился отправить их своему начальнику (как пить дать Ливанов — начальник Грауно), но, с другой стороны, раз разведчики пока живы и никто особо не хочет расправиться с ними (потому что никто не знает, кто они есть на самом деле), то всё происходящее можно считать чистой воды удачей.

Пусть так.