Фантастика 2026-190 - Роман Лукич Антропов

– Кто вы такие? – едва слышно прохрипел Иво, обращаясь к Элиону.

Его довольную ухмылку Иво чувствовал, даже не глядя на собеседника.

– Уборщики.

– Уборщики?

– Сортируем и выносим мусор. Буквально.

Что он несёт? Иво неплохо разбирался в брендах, чтобы понять, что мужчины в таких костюмах, как на Кае, к помойкам и на метр не подходят.

– Мы здесь закончили. Дело закрыто, – поставил в известность Кай, словно это решает он, а не полиция.

– Разумеется, – не стал препираться офицер, похоже мечтая, чтобы посетители свалили поскорее.

– И ещё кое-что, – выдал Кай, не двинувшись с места. – Принеси аптечку.

Офицер вопросительно изогнул брови, но под немигающим взглядом Кая поднялся и всё-таки направился к одному из шкафов. Он то и дело оборачивался, вероятно, проверяя, не пошутил ли палагеец. Выражение лица Кая оставалось отстранённо-безразличным, но за исполнением приказа он следил пристально. Все остальные с недоумением наблюдали за развернувшейся сценой.

Офицер принёс аптечку и протянул, но Кай не принял.

– Неси до машины, – коротко велел он и обошёл оторопевшего полицейского.

Элион за кашлем скрыл смех и повёл Иво на выход. После очередной заминки и с явным раздражением офицер последовал за ними. Никто не проронил ни слова, пока они выходили из здания и шли через парковку. Стояла ночь, и Иво не разобрал марку чёрной машины, у которой Кай остановился, но автомобиль был шикарный. Что за уборщики такие?

– Зачем я это несу? Это госсобственность. Если что-то надо, то берите необходимое и проваливайте, – недовольно проворчал офицер, чем наконец привлёк внимание Кая.

Палагеец забрал всю аптечку и с демонстративным пренебрежением швырнул в открывшийся багажник.

– Парень попросил у вас аптечку, вы не принесли. Поэтому я забираю её всю, а позднее пришлю медицинские счета за лечение осложнений у моего сотрудника, так как вы отказали ему в первой помощи. А теперь ты проваливай.

Офицер заметно покраснел, сдерживая желание выругаться, нервно оглядел Элиона и Иво. Кай изогнул бровь – то, что он провоцировал намеренно, не вызывало сомнений. Скрипя зубами, офицер отступил, решив не ввязываться в конфликт, и молча ушёл, проглотив угрозу и любое дерьмо про госсобственность, которое хотел сказать. Элион беззвучно рассмеялся и помог Иво забраться на заднее сиденье.

– Сдалась тебе эта аптечка? У нас своя в машине есть, – продолжая веселиться, поддел он Кая, который невозмутимо сел на водительское место.

– Это было делом принципа.

Иво никогда не жаловался на свою логику и умение анализировать ситуации, но эти двое напоминали опасную ядерную смесь, дающую уникальные результаты: не так смешаешь или не с той силой встряхнёшь, и неясно, что получишь. Загадка. Они увлекательная загадка, интерес к которой пересилил всё остальное, включая боль от выбитого плеча.

– Когда-нибудь ты устанешь быть таким принципиальным, – не отставал Элион.

– Не устану. Меня всё устраивает.

Элион фыркнул, Кай завёл двигатель и обернулся. От его оценивающего взгляда Иво невольно напрягся.

– Пристегнись.

Впервые кто-то велел ему пристегнуться на заднем сиденье. Иво замер, неуверенный, что не ослышался, но Кай даже не моргнул, явно не шутя на эту тему.

– У него пунктик на безопасности пассажиров, – с не ослабевающей ухмылкой пояснил Элион. – Лучше пристегнись, а то мы никуда не поедем.

В смешанных чувствах Иво подчинился: благо одной рукой справился самостоятельно. Только когда замок щёлкнул, Кай сдал назад, чтобы развернуть машину.

ПАНДЕЯ

Она закричала.

Думала, что закричала.

Воображаемый вопль ужаса был настолько сильным, что Пандея дёрнулась всем телом и проснулась от звенящего эха в ушах. Сердце лихорадочно колотилось, каждый поверхностный вдох отдавался болью. Несмотря на затхлость и плесень, она жадно глотала воздух, надеясь прийти в себя.

Увиденная кровь и разорванные части тел были просто сном. В первые мгновения Пандея ощутила облегчение, но после вспомнила, что реальность даже хуже.

Подёргав связанными за спиной руками, она неуклюже села. Тело, покрытое ссадинами и синяками, болело.

Перепачканные брюки и блузка были слишком тонкими, чтобы спать на каменном полу. Отойдя ото сна, она закашлялась и мелко задрожала: мышцы нервно сокращались, пытаясь согреть онемевшее тело.

Почти лето, но её засунули в какую-то дыру. От глухих стен веяло холодом. Она чувствовала, что вот-вот начнёт стучать зубами и этому не помешает заклеенный скотчем рот.

Сколько она здесь?

Час? Пять? Сутки? Кажется, что вечность.

Прежде её изводили голод и жажда. Сейчас только жажда. Сознание, истерзанное страхом и недавним кошмаром, оставалось абсолютно пустым. Она свесила голову, растрёпанные волосы упали вперёд, из-за движения правый висок отозвался болью.

Удар по голове Пандея едва помнила.

Как и первые часы похищения.

За металлической дверью послышались шум, ругань и скрежет ключа в замке. Девушка торопливо отползла к дальней стене, стараясь спрятаться в тенях своей тускло освещённой камеры.

Она напрягла мышцы, чтобы унять предательскую дрожь. Ей было страшно, но в то же время Пандея злилась, не в силах поверить, что уже второй раз оказалась в подобной ситуации. И уж этим подонкам она не доставит удовольствия своим напуганным видом.

Дверь распахнулась, и, к удивлению Пандеи, двое ублюдков лишь бросили на неё косые взгляды: девушка их не интересовала. Они втащили вяло сопротивляющегося черноволосого парня, бросили на пол и захлопнули дверь.

Пандея перестала дышать, не представляя, с кем её заперли. Парень шевельнулся, закашлялся и, опираясь на руки, медленно сел. Чёрные джинсы и рубашка были в пыли, один рукав порван. Она приметила его разбитые в кровь костяшки. Запястья незнакомца были скованы спереди наручниками, а кожа под металлом темнела. Пандея не чувствовала его гула, но, очевидно, сокамерник, как и она, из Палагеды. Край его серебряного ахакора виднелся в разорванном рукаве.

Лёгкие начало жечь, и она как можно тише выпустила задержанный воздух. Незнакомец, не поднимая головы, неожиданно тихо рассмеялся, но неуместное веселье быстро оборвал стон боли. Он схватился за рёбра и сплюнул кровавую слюну.

Спустя три удара сердца незнакомец поднял взгляд, скользнул им по сжавшейся девушке и мимолётно оценил их весьма просторную, но пустую камеру. Даже койки не было. Покачиваясь, он встал, сделал несколько шагов ближе и, прежде чем Пандея успела отползти, сел на безопасном расстоянии.

– Не трясись, малышка, – заявил он с улыбкой.

Приятный голос, высокий рост, обаятельная внешность, если не считать синяков и засохших разводов под разбитым носом. Но улыбка оставалась белоснежной. Одежда на парне была от люксовых брендов.

Пандея недовольно свела брови. Дрожь уже не удавалось контролировать, но хотя бы