Сурен Цормудян - Огненный зверь

— Ну…

— Так вот, там у меня вертолет хранится. Маленький такой. Тахо как узнал, что тут замешана Ост-Европейская компания, так и свистнул мне. Я и прилетел.

— Какая еще, на хрен, компания? — поморщился Ходокири.

— Ост-Европейская. — Шелкопряд вздохнул. — Очень крупная корпорация, которая на Британских островах сейчас Оазисами владеет… Так, значит, в пленном яд «Джи-двенадцать»… Я ведь знал, что эти сволочи не перестанут его использовать, даже несмотря на то, что сами инициировали межоазисный договор о запрете…

— Я что-то ни черта не понял, — перебил Булава. — А ты тут каким боком?

— А я, сынки, когда-то был одним из них. — И Шелкопряд потер лоб. — Да уж. Монти Стюарт. Не думал я, что доведется встретиться. И уж тем более врагами…

Человек был невысок, в возрасте около сорока, рано лысеющий и слегка полноватый. Он стоял, подняв руки, как и приказал тот, кто наставил на него пистолет. Свой футляр он выронил, как только увидел оружие, и тот теперь лежал у ног Элдриджа.

— Вы что же, пан эмиссар, и вправду думаете, что я киллер, которого прислали вас ликвидировать? — тихо проговорил он.

— Медленно толкните ногой дверь, и она закроется, — произнес Элдридж следующую команду, не сводя оружия с гостя.

Конечно, кто-то может усмотреть в происходящем комизм. Однако не Малколм. Его могли убить и более простым способом. Разнести машину в промзоне выстрелом из гранатомета, когда он ехал к ангару. Пробить череп пулей снайпера из дома, что напротив гостиницы. Хотя это глупо — стрелять в эмиссара ОЕК из здания, где живут офицеры спецслужб. Сопоту тогда пришлось бы ох как несладко. Но что, если убийство не должно выглядеть как убийство? Вот в этом-то случае и должен прийти человек, который инсценирует суицид. Или сердечный приступ…

Гость толкнул пяткой дверь, и она захлопнулась за его спиной.

— Что у вас в футляре?

— Пан эмиссар, я же сказал вам, что я парикмахер. Там мои инструменты.

— Оружие?

— Помилуйте! У меня нет оружия. А в футляре машинка для стрижки. Насадки, щетки. Пять разных ножниц, расчески и лосьоны. Ну и принадлежности для бритья.

— Руки не опускать. Медленно проходите в гостиную.

Гость повиновался.

— Так. Теперь сядьте в это кресло. Руки на подлокотники. С кресла не вставать.

Гость опустился в кожаное кресло, накрытое пледом, и под ним раздался щелчок.

— Не вставать! — рявкнул Элдридж, когда тот чуть подался вперед.

— Простите, но что подо мной? Что это щелкнуло?

— Это мина. — Малколм усмехнулся и сел напротив. — Если вы подниметесь, она разворотит ваш зад и оторвет ноги. Живы останетесь, скорее всего, но рады этому уже не будете. Кстати, конструкция мины такова, что меня максимум оцарапает. Будьте уверены, это не блеф.

— Но зачем?! — воскликнул гость.

— Мера предосторожности, дорогой парикмахер. Вы знали, к кому идете в гости.

— Да это вы у меня в гостях, черт вас дери! Я поляк, и вы находитесь в польском Оазисе!

— И что было бы с вашим Оазисом, если бы не мы? — Элдридж многозначительно покачал головой. — Не стройте иллюзий насчет того, кто здесь истинный хозяин.

— Но как я потом уйду, если подо мной мина?

— Если решу, что вы можете уйти отсюда живым и невредимым, я ее деактивирую. В этой комнате есть портативный пульт, который отключит электродетонатор. Так что в ваших интересах не давать мне повода думать, что вы лжете или играете со мной в какие-то глупые игры. Ясно?

— Вполне… — обреченно выдохнул гость.

— Вот и славно. — Элдридж улыбнулся. — Выпить не желаете? Виски, водка, мартини? Есть вино.

— Воды дайте…

— Как угодно.

Через полминуты перед гостем стоял высокий стакан с водой. Тот осторожно дотянулся, стараясь не шевелить туловищем, и жадно выпил.

— Ну, полегчало?

— Едва ли…

— Кто вы? Только не надо мне про парикмахера.

— Я Анджей. Анджей Мирович.

— Мирович?

Малколм сразу вспомнил фамилию. Ее ведь носит та секретарша Складковского, Берта.

— Я знаю, о чем вы подумали, — угрюмо проговорил Анджей. — Да, я ее муж.

— Чей? — Элдридж состроил недоуменную мину.

— Не притворяйтесь, будто не понимаете. Я муж секретарши Юзефа Складковского.

— И меня это должно заинтересовать?

— Но ведь вас уже интересует личность Складковского, не так ли? — Гость нашел в себе силы улыбнуться.

— А при чем тут летательный аппарат, о котором вы упомянули?

— При том, что это звенья одной цепи.

Элдридж вздохнул:

— Ну, допустим. Хотя знаете что? Давайте-ка начнем по порядку. Объясните для начала, каким образом вы следили за мной и кто вам приказал.

— Никто не приказывал, пан эмиссар. — Гость осторожно качнул головой. — И, как я уже сказал, я не следил за вами. Хотя если и следил, то самую малость, и это была вынужденная мера. Мне просто нужно было установить с вами контакт.

— Так в чем же подоплека?

— Она банальна, мистер. Но коль уж вы просили все по порядку, то начнем по порядку. Дело в том, что я действительно парикмахер. Но, знаете, клиенты бывают разные. Один просидит весь сеанс не шелохнувшись, другому охота поболтать. В массе своей мы, поляки, народ разговорчивый и душевный. Вот и слышат мои уши всякое. Это очень удобно для нештатного осведомителя службы внутреннего мониторинга. Вы ведь знаете, что это за служба?

— Знаю. Отдел, который следит за спецслужбами компании и подчиняется только высшему руководству.

— Совершенно верно…

— Значит, вы их стукач?

— Не люблю это слово, пан эмиссар. — Анджей поморщился. — Я предпочитаю термин «информатор».

— Суть одно и то же. Ладно, не об этом сейчас.

— Действительно. Ну так вот, человек, который следил за вашими окнами, да и продолжает следить, является одним из сотрудников Юзефа Складковского. И так уж вышло, что мы с ним хорошие приятели. Тем более что он тоже завербован службой внутреннего мониторинга. Был у него один прокол. Незначительный, но достаточный, чтобы его принудили к сотрудничеству. И он в курсе, что я собираю компромат на Юзефа Складковского.

— И кто вам это поручил?

— Моя ревность. — Анджей усмехнулся. — Я ведь знаю, что у него связь с моей женой.

— То есть вы руководствуетесь местью? — усмехнулся и Малколм. — И именно месть привела вас сюда? Банально как-то.

— Конечно. Банально. Но при всей своей банальности месть — одна из самых сильных мотиваций для человека. Еда, секс и месть — вот что движет людьми.

— Ну а зачем понадобился я? Сдайте весь компромат вашим хозяевам из службы внутреннего мониторинга. Отчего ко мне пришли?