Константин Мзареулов - Капитан Багровой Тьмы

— Завтра начнется новое Сошествие Мрака, — предупредил Тарх. — Будьте наготове — Небесная Раковина подойдет еще ближе, чем десять дней назад.

— Ты нас обрадовал, — пробурчал малиновый демон и недоверчиво осведомился: — Хочешь сказать, что ваше племя точно знает, как движется Планета Проклятых Сущностей?

— Умеем рассчитывать. И еще мы знаем, как отбросить космическую дрянь, но сделать это непросто… — Тарх коварно добавил: — Если бы мы с вами заключили союз…

— Подумаем. — Демон понял намек. — Встретимся после завтрашней битвы.

Цветные пятна разлетелись, исчезая, в трещинах куполита. Кабурина с облегчением вздохнула и обессиленная уселась на сырой камень, вытирая пот со лба.

— Погодите, — крикнул оборотень. — Вы должны знать, где поблизости место давнего сражения.

Посовещавшись, эфирные сгустки показали направление. По их словам, там обосновалась очень опасная древняя магия, которую они, демоны, предпочитают обходить стороной.

С почтением оглядев поле, где разыгрался неизвестный эпизод Последней Битвы, ведьма пренебрежительно заметила:

— Не такая уж опасная здесь магия. Совсем слабенький фон.

Спорить оборотень не стал — Кабурина была права. Оно и к лучшему, решил он, легче работать будет. Недолго порыскав среди скелетов, Тарх обнаружил топор, вонзившийся в глыбу куполита. Теперь, став почти четверочником, Тарх был решительно настроен овладеть бесценным оружием из черного транспараза.

Взявшись за ставшее хрупким топорище, он потянул, вложив все силы — физические и астральные. Топор слегка поддался — сущность и мышцы откликнулись обжигающей болью, но Тарх продолжал дергать, и вдруг топор освободился из куполитовой ловушки. Очнувшись, оборотень сообразил, что лежит на спине, сжимая в ладони труху рассыпавшейся рукоятки. Зато сам топор остался цел и валялся неподалеку.

Подоспевшая Кабурина с ужасом воскликнула:

— Ненормальный, что ты натворил?! Ты же упал на три ранга!

Он и сам чувствовал, как много Силы отдал, извлекая древний артефакт. Только дело того стоило и никаких потерь не жалко. Завернув топор в запасную рубаху и уложив в мешок, Тарх просипел слабым голосом:

— Сообщи Рашону, что мы нашли, чего искали.

— Уже сообщила. Обещал скоро прилететь.

Нахмурившись, Кабурина смотрела, как он мучается в полузабытом статусе седьмого ранга. Поняв, что Тарху плохо, сердобольная ведьма посоветовала ему глотнуть настойку драконьей ягоды. Тарх отмахнулся, так как на ногах держался, а все прочее не имело значения.

Они немного посидели на камушках, но корабль все не появлялся, и мысли Тарха вернулись к прощальной фразе кого-то из демонов.

— Помнишь, они говорили, будто рядом есть сильные чары? — сказал оборотень. — Давай поищем, пока не совсем стемнело.

— Давай, — без охоты согласилась Кабурина. — Хоть какое развлечение.

Без ее помощи Тарх вряд ли нашел бы загадочное место. Магия здесь оказалась столь необычной, что даже Кабурина, хоть и была Темной пятого ранга, запросто могла пройти рядом и ничего не заметить. Однако волшебная палочка ведьмы вдруг затрепетала, показывая на не слишком примечательную глыбу желтоватого куполита.

Походив вокруг холмика, они обнаружили отверстие с аккуратно подрубленными краями. Кто-то хорошо постарался, оборудуя вход в подземелье.

— Там — старый клад! — загорелась Кабурина. — Или арсенал, или библиотека, или просто сокровища Властителя!

— Никогда не слышал о таких схронах…

— Что вы у себя в провинции вообще слышали! Давай за мной.

Кабурина легко проскользнула в темную пасть пещеры. Неловко протиснувшись вслед за ней, Тарх обнаружил, что предмет его вожделений исчез. Глаза оборотня прекрасно видели в этой полутьме, но ведьмы не было — убежала, наверное. Тарх двинулся по узкому коридору, нюхом чуя, что Кабурина где-то рядом.

Чем дальше он шел, тем плотнее становился фон собравшихся здесь магических Сил. Оборотень начал беспокоиться — он не понимал природу колдовства, заполнявшего подземелье. Сила, укутавшая Тарха, была лишена цветовых оттенков, и он, Темный, не мог ею воспользоваться.

Внезапно перед ним возникла невидимая завеса чар — очень древних, но не опасных. Оборотень шагнул, погрузившись в магический заслон, и в тот же миг пришло знание: впереди находятся пещеры Откровений.

Вроде бы он слышал когда-то прежде легенду о месте, где каждому гипернатуралу дозволено увидеть истинную свою сущность и постичь свое предназначение. А может, никогда прежде не ведал он ничего об этом, но магия построенного под Куполом сооружения заботливо вложила в голову Тарха необходимые знания.

Сделав несколько неуверенных шагов, он очутился в пещере. Стена напротив входа тускло сверкала и, как зеркало, отражала Тарха. Это и было зеркало, понял оборотень, зеркало Сущности. Он подошел поближе, вглядываясь в мерцающую грань кристалла, способную показать истинный образ его внутреннего мира. Тарх собирался увидеть волка или другого хищного зверя, но вместо этого зеркало показало ядовитую змею, превращающуюся в зайца. Он грустно подумал: «Таков я и есть. Трусливый, слабый, но иногда бываю смертельно опасным и злобным».

Всегда интересно узнать о себе такие подробности. Печально посмеиваясь, Тарх зашел в следующую пещеру, заглянул в установленное там зеркало и услышал холодный лязгающий голос: «Смирись, ты перед зеркалом Пророчеств».

Оборотень увидел грандиозную битву, в которой он, Тархошамрахудан, принимал активнейшее участие. Изображение не было непрерывным — лишь набор бессвязных эпизодов. Он рубил кого-то мечом и топором, хлестал магией, колол и резал кинжалами, стрелял из громобойника, клыками гиенокошки впивался в глотки врагов. Иногда на этих картинах Тарх был одет в броню, иногда — сражался в повседневной одежде.

На мгновение появилась ярко освещенная пещера, два великана медленно вставали с каменных ложей, а Тарх ринулся на них, размахивая топором. Потом, совершенно неожиданно для себя, Тарх обнаружил, что снова стоит в коридоре перед другой пещерой, в глубине которой мерцает совсем иное зеркало. Делать было нечего, и он шагнул, пригнувшись, под низкий свод.

Под темной полированной поверхностью снова шевелились призрачные контуры. Сформировались образы. Масса знакомых лиц — в основном женщины, по которым он когда-то страдал.

Оглинда училась с ним в первых классах гимназии. Его первая любовь. Разумеется, безответная.

Кинара училась на том же факультете, на три года старше — высокая блондинка безупречной красоты. Недавно Тарх встретил парня с ее потока и спросил про Кинару. Бывший сокурсник красавицы поведал, посмеиваясь, что у Кинары была навязчивая идея — выйти замуж за военного. Теперь вроде бы живет с пьяницей мужем и тремя детьми в далеком гарнизоне где-то на севере.