Михаэль Драу - Форма жизни

Внезапно Джейк закричал и отшатнулся, зажимая себе рот грязными руками в драных митенках. Он едва не оступился и не покатился вниз по неровной поверхности прямо в густые воды канализации, но Хром подхватил его.

— Тише ты!

На самом деле он тоже невольно прикрыл нос и рот.

На дне импровизированного кургана, сложенного небрежно и в явной спешке, было свалено около десятка трупов. Несколько женщин, но большинство мужчины. Судя по одежде, некоторые были не только из Нижнего города, попадались и члены коммуны. Некоторые мертвецы среди жары и мириад бактерий достигли консистенции буро-зелёного киселя с прожилками плесени и жирных земляных червей. Кисель лениво сочился из воротников, а недовольные вторжением черви зашевелились, отчего казалось, что мёртвые подёргиваются в незатихающих спазмах.

Иные несчастные упокоились на дне мира недавно, синеватые лица еще хранили выражение ужаса — запредельного, почти мистического, точно самый этот ужас послужил причиной смерти.

Почти у всех были выгрызены глаза и проломлены черепа.

Точно так же, как у Лиз.

— Дерьмо, — негромко выругался Хром. А затем заорал, рассеивая плотную завесу смрада и оцепенения:

— Кто бы ни сделал это, он вторгся на нашу территорию! Убивал наших братьев и сестёр! Убьём эту сволочь!

Дружный одобрительный ор разметал тяжёлый воздух. От братской могилы взметнулся рой мух, одна села на мокрое от пота лицо Хрома, и он с звучным щелчком прихлопнул насекомое.

— Убьём! Убьём! — выкрикивали байкеры.

Джейк уткнулся в плечо Хрома, его мутило. Руки дрожали, и не сразу удалось поддержать коммуну щёлканьем затвора.

— Держись, — шепнул ему Хром. И громче добавил:

— Ну, может, кто ещё скажет, что мой пацан всех этих уложил, а?

В толпе заворчали. Отмахивались. Обвинения с Джейка сняты. Дайана хлопнула Джейка по спине:

— Всё нормально, парень. Никто на тебя теперь не думает. А этому сукину сыну… — она кивнула на трупы, — я сама яйца оторву.

Решено было устроить засаду неподалеку от кургана, наверняка убийца приходил сюда регулярно, складируя новые жертвы. Байкеры расположились за горами мусора и на тропинках, по которым мог бы пройти убийца.

— Хром, — Джейк тряхнул длинными волосами, — а вдруг убийц много? И вдруг это какие-нибудь мутанты?

— Дурень, — оборвал Хром, — нету никаких мутантов. Враньё для сосунков.

— Тогда кто это может быть? Кто мог так зверски растерзать столько народу?

— Да хрен его знает, — угрюмо сплюнул байкер. — Когда поймаем, тогда и глянем.

Время тянулось медленно. Гнилостный океан поблескивал в лучах тусклого солнца. Кривые изглоданные временем столбы и останки каких-то заброшенных зданий теснились, словно нищие на паперти, не пытаясь даже прикрыть зияющие язвы. Изредка падали хлопья ржавчины или проседала под собственной тяжестью очередная трухлявая балка.

Джейк скучал. Пару раз стрельнул у Хрома сигарету, лениво пофлиртовал с засевшими неподалеку девчонками, был невежливо отшит и вернулся на место. Хром цыкнул на него.

— И долго торчать тут? — пробурчал Джейк. — Может, вообще никто не придёт.

— Может, и не придёт, — передразнил Хром его нытьё. — Но ты заткнись всё-таки. На всякий случай. И не высовывайся.

Джейк обиделся и отвернулся. Неподалёку деловито сновали три крупные крысы, елозили голыми хвостами по кучам мусора, изредка присаживались на задние лапы, озирались по сторонам, блестя лакированными красными глазками, похожими на крупную смородину, и пожирали что-то подозрительно напоминающее содержимое давешней братской могилы. Чесались руки пальнуть по тварям. Джейк стоически боролся с искушением.

Темнело. Джейк заметил, как из соседнего «окопа» выскочили двое. Смуглая девушка с гладко выбритым черепом, на котором в полумраке мерцали фосфоресцирующие татуировки, и приятель Хрома — косматый громила, Джейк запомнил его по способности зараз выпить полбочонка кислого самодельного пива.

— Хром, — Джейк пихнул его в бок, — мне, значит, нельзя, а они вон вылезли!

Хром выругался сквозь зубы.

— Идиоты, — он вытянул шею, — А! Рик и Белла. Ну Белле-то пускай Дайана, — кивок на мужеподобную блондинку, — задницу надерёт, а с Риком сам разберусь… потом.

И не больно щёлкнул Джейка по затылку.

— Эй, меня-то за что?! — обиделся мальчишка.

— А чтоб не стучал на своих.

Джейк собрался снова обидеться, на сей раз всерьёз и надолго; он принялся строить длинную и чрезвычайно умную фразу, где встречались слова вроде «несправедливости» и «я не твоя собственность», но тишину в клочья разорвали крики.

Женский и мужской.

Впрочем, хрип мужчины оборвался почти сразу. Но засевшие в засаде байкеры и панки уже неслись в сторону, откуда доносились вопли.

Джейк сорвался вместе с остальными, от неожиданности позабыв взвести курок. С обрезом наперевес он мчался за Хромом. Быстроногий мальчишка первым вылетел на небольшой уступ среди низких холмов слежавшегося промышленного мусора.

И едва не свалился — ноги его подкосились, как будто по коленям ударили битой.

Господи Боже…

Белла слабо попискивала, закатывая глаза и валясь на землю, но её галантно поддерживал под лопатки невысокий мужчина хрупкого сложения, с длинными собранными в хвост волосами, которые струились волнами по чёрной одежде и сливались с нею по цвету. Его лицо показалось Джейку смутно знакомым.

Казалось, будто этот элегантный красавец изысканно ухаживает за Беллой, или танцует с ней старомодный вальс, целуя жилистые руки, страстно припадая губами к запястью.

К сожалению, было ещё достаточно светло, и Джейк чётко видел правду.

По губам и подбородку длинноволосого текла кровь, много крови, а запястье Беллы было изогнуто под неестественным углом, матово мерцала кость, заголённое мясо мокро поблескивало в лучах вечернего солнца. Сломанная кисть покачивалась, когда длинноволосый делал очередной глоток — медленный, мерный, аккуратный, в такт пульсации ещё полуживого тела.

Белла уже не шевелилась и не подавала признаков жизни. Вероятно, болевой шок и огромная кровопотеря.

Упырь был так занят, что игнорировал Джейка, и тот попятился, но вдруг замер.

Узнал.

«Чёрт… тот тип, с плаката Сида! Певец…»

Обрез мигом взметнулся к «типу с плаката». Но выстрел не прозвучал. Джейк успел поразиться — до чего быстро передвигается этот певец-вампир. А затем мир закувыркался, блики от стекла, куски железа, исполинская медуза океана-канализации смешались, и мальчишка захрипел — его горло сдавили гибкие холодные пальцы с острыми ногтями. Обрез покатился по пригорку, поблескивая, а Джейк видел собственные бледные руки, ноги в массивных ботинках словно издалека, весь мир — за гранью острых ногтей — неразличим, дышать невозможно, больно…