Николай Петри - Зеркало в руках

  Далее. В момент взлёта Клязьмин пытался привлечь внимание пилота, указывая куда-то вверх. Сейчас, анализируя тот отрезок времени, Валерий сумел восстановить в памяти подробности, и увидел сгущение на светлом небе. Оно не походило на кучевые облака, раскручиваемые чудовищным миксером урагана. Однако в тот момент Валерий не придал им особого значения, больше удивившись открывшемуся сверху виду небольшого хранилища, из которого незадолго до этого вынули тяжёлый груз.

  "Лабаз" не был стандартной ракушкой из веллметалла - твёрдого как сталь гофрированного картона, достаточно лёгкого и теплостойкого для сооружений подобного типа. Нет. Он оказался выложен двойной стеной фибремакса! Но ведь блоки из тугоплавкого поликристаллического муллита используют для футеровки горячих поверхностей: нагретые изнутри, они остаются холодными снаружи. Что это за геологические образцы, которые по теплотворной способности можно сравнить с доменной печью?!

  Цепочка странностей упирается своим следующим звеном в бокс-зеро - небольшой модуль, куда стекается вся без исключений информация о протекании полёта. Стерильность и чистота внутреннего выстилающего слоя выглядели безукоризненными, однако натренированный взгляд пилота заметил необычный матовый налёт на подводящей шине - там, где через эластичную муфту она переходила в грузовой отсек.

  И, наконец, сами ячейки, в которых до минуты сброса в надёжных захватах покоились ящики с грузом. Когда фонарь осветил их серебристое нутро, Валерий заметил всё тот же матовый налёт. Но не он поразил пилота. Невероятным было то, что туба с кассетой поисковых маячков-маркеров осталась на месте, не сдвинувшись с места ни на миллиметр и не истратив ни одного чипа!

  Подобного просто не могло быть, потому что пневматический толкатель срабатывал только после маркировки. Это как причина и следствие: второе не может случиться раньше первого (если вас не угораздило оказаться в мире неевклидовой геометрии). В принципе, Валерий допускал крошечную, почти равную нулю возможность, что один ящик мог не получить маячка. Но чтобы подобное произошло сразу со всем грузом, и при этом контрольный блок ничего не заподозрил, - вероятность подобного стечения обстоятельств выходила за рамки статистики. Объяснение было одно: кто-то целенаправленно выводил автоматику из строя, чтобы груз был сброшен в труднодоступном месте и никогда больше не найден...

  А вот это - едва ли! Завтра Валерий обязательно найдёт злополучные ящики и на месте разберётся, кто затеял непонятную игру...

  К утру от костра почти ничего не осталось. Лишь дымились выеденные жадным огнём полумесяцы в теле двух топляков.

  Быстро организовали завтрак, при этом Нок дурашливым голосом упрашивал Аришу поискать поблизости траву с кофеином или сахарозой. Палеоботаник обещала найти.

  В половине восьмого Валерий покинул лагерь.

  Прежде чем уйти, прошёл к винтолёту и долго изучал хвостовую часть в надежде найти место удара, послужившего причиной аварии. Ничего достойного внимания не обнаружил.

  Подошёл Нок, поинтересовался:

  - Может, пойти с тобой?

  - Я не против, - отозвался Валерий, - но с девушками обязательно кто-то должен остаться.

  Нок понимающе кивнул.

  - Когда тебя ждать?

  - Трудно сказать, - задумался пилот. - Если я правильно определил скорость и время после сброса, то груз должен находиться километрах в десяти-пятнадцати. Значит, часа за три дойду.

  - Твоя прогулка напоминает старую сказку: иди туда, не знаю куда...

  - Это не про меня, - улыбнулся Валерий. - Груз опечатан специальным идентификационным чипом. Для матрицы в комбинезоне полтора десятка километров - не расстояние.

  - Тогда до встречи! - Нок поднял руку.

  Валерий махнул в ответ и размеренным шагом двинулся в лес.

  Когда Валерий скрылся за деревьями, Нок спросил у Ариши:

  - Что ты думаешь о нашем храбром пилоте?

  - Он везунчик, - неожиданно сказала она.

  Нок удивлённо посмотрел на девушку.

  - Везунчик? После всего случившегося!?

  - Конечно, - ответила девушка, внимательно разглядывая стебли, лежащие на её ладони. - С другим пилотом мы бы давно стали питательной средой для бактерий на дне водоёма. К тому же регенерация тканей у него просто фантастическая. Представь себе, рана на ноге затянулась всего за несколько часов!

  Нок выгнул бровь:

  - Ариша, я тебе говорил, что ты удивительный человек?

  - Каждый раз, когда прячешь своего каменного бога в мой багаж! - рассмеялась девушка.

  Наедине с самим собой Валерий выглядел менее уверенным. Это только звучит громко: субмолекулярная идентификационная матрица, а на деле - обыкновенное наноустройство, вшитое в воротник форменной куртки. Принцип действия простой: являясь пассивным приёмопередающим устройством с мономолекулярной антенной, принимающей сигнал от идентификатора в корпусе ящика, матрица работает постоянно, причём длительность её работы не ограничена - в ней нет источника питания. Чего не скажешь о корпусном блоке: мощности в нём должно хватить для возбуждения в матрице электрического тока. Поисковым индикатором служит лёгкое покалывание в области шеи - подобный сигнал едва ли пропустишь!

  В теории, действительно, всё выглядит тривиально, но практика нередко преподносит сюрпризы, недоступные самому буйному воображению изобретателя. Поэтому Валерий больше полагался на собственную память и видимые детали катастрофы.

  К счастью, в случае с пилотом конструкторы не ошиблись: около одиннадцати часов Валерий впервые почувствовал лёгкое пощипывание в области шеи. Увлечённый собиранием поздней малины, он попытался сбросить с воротника несуществующую крапиву и не сразу понял, в чём дело. Слабое покалывание не обрадовало, а, скорее, - насторожило. Тягостное, сосущее чувство ожидания беды обволокло разум и надолго поселилось в сердце. Теперь Валерий шёл медленно, раз за разом прокручивая в памяти всю известную ему информацию о грузе...

  Именно излишняя задумчивость и подвела его.

  Секунду назад под ногами усыпляюще шуршала прошлогодняя листва, изредка всхрустывая лопнувшей веткой, к рукам липла густая паутина, а ноздри щекотала сыпавшаяся с деревьев мельчайшая пыль. И вдруг...

  - Фиор-р-р!

  - Кьяр-чур-чур!

  Словно из ниоткуда выпорхнуло несколько птиц. Вели они себя довольно странно: закладывали виражи почти у самой земли, при этом то и дело врезаясь в дерево, куст или кочку. Оправившись от чувствительного удара, они тут же с непонятным упорством снова взмывали на метр или два, чтобы повторно огласить лес гортанным испуганным криком: