Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

То есть, у Чейни и Буша есть обоснованные причины сильно переживать и решаться на решительные меры — финансовые элиты, которые они представляют в Белом доме, тоже осведомлены обо всём происходящем в советской экономике, поэтому они могут пойти на такое.

— Ладно, понаблюдаем, как всё пойдёт в ближайшее время, — сказал Жириновский. — Если введут драконовские налоги, то это будет значить только одно — они готовятся к полномасштабной войне.

— И что мы тогда будем делать? — спросил Гаськов.

— Начнём «Пятилетку», — ответил Владимир. — Другого выбора не будет. Если не начнём, то встретим неизбежную войну с приспущенными штанами.

Всесоюзный «Пятилетний оборонный план» — это, как ясно из названия, пятилетний план подготовки страны к полномасштабной войне.

Государственная координирующая организация, на этот период, «сменит пол» — то есть, будет преобразована в Государственный комитет обороны, в состав которого войдут руководители высших органов власти — руководитель временно упраздняемой ГКО, президент СССР, а также члены Совета обороны СССР.

Съезд Народных Депутатов и Верховный Совет СССР, на время действия плана, временно лишаются части полномочий, а страна переходит в режим чрезвычайной ситуации сроком на пять лет, с возможным переходом на военное положение.

Всё проработано уже давно, потому что сценарий возможной войны против Запада прорабатывается в Союзе ещё с лета 1943-го года, после того, как стало очевидно, что Третий рейх перешёл в период доживания…

— Слишком категорично, — покачав головой, произнёс Гаськов.

— Время есть, поэтому подключай своих аналитиков и требуй у Штерна, чтобы его аналитические центры тоже начали проработку сценария, на основе имеющихся у нас вводных, — ответил на это Жириновский. — Если окажется, что да, эта милитаризация США, с высокой вероятностью, приведёт к эскалации и полномасштабной войне против НАТО, то начинаем «Пятилетку». А если нет, то продолжаем жить дальше, будто и не было ничего…

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, зал заседаний Съезда Народных Депутатов СССР, 19 марта 2001 года*

Жириновский сидел и смотрел на Бориса Немцова, вещающего свою сермяжную правду с трибуны, немигающим взглядом.

— … трагична ситуация на селе — очень много заброшенных селений, в которых доживают свой век несчастные старушки! — продолжал он.

Стоящие рядом с ним Гарри Каспаров и Валерия Новодворская, своим присутствием старающиеся придать веса его речи, кивают в такт.

— Куда смотрит советская власть⁈ — патетически вопросил Немцов. — Село умирает! Как мы можем забывать о селе?

«Не знал, что он заделался эсером и сердечно переживает о крестьянском вопросе», — подумал Жириновский. — «Мягко говоря, это сейчас неактуально».

Степень урбанизации Советского Союза, в начале этого года, согласно статистическому справочнику, достигла отметки в 87,5%.

Из этого следует, что в сельской местности сейчас проживают лишь 12,5% населения, то есть, примерно 39 миллионов человек.

Все эти люди — это, в абсолютном большинстве своём, специалисты аграрного сектора и их семьи, кормящие всю страну, опираясь на сильно автоматизированное сельское хозяйство.

По расчётам ГКО, один сельский житель, работающий в агроблоке, производит пищу, достаточную для прокормления 95 человек. Потребляется лишь малая часть из произведённого, а излишки перерабатываются и аккумулируются на складах Госрезерва СССР.

Побочным эффектом тотальной автоматизации сельского хозяйства, естественно, стали более ненужные деревни, сёла, посёлки, аулы и кишлаки — жители их, в большинстве, переезжают в города, чтобы присоединиться к бесконечной армии рабочих, а остаются только старики.

— Обезлюдевшие поселения стали призраками и ветшают! — продолжал Немцов. — Города высосали из них жизненную силу! Людей!

А Владимир всё никак не может понять, что в этом плохого. Бывшие сельские жители получили лучший доступ к высококлассной медицинской помощи и иным благам цивилизации, которые ранее были на селе в ограниченных количествах.

— Мы теряем целый культурный пласт! — воскликнул Немцов. — Нужно что-то делать!

«Вот так вы отчаялись — взываете к культурному наследию?» — подумал Жириновский. — «Измельчал нынче оппозиционер…»

Он думал, что «Оппозиционная платформа», сумевшая в прошлом году получить некоторое количество мандатов на Съезде Народных Депутатов, в этот раз предложит что-то конструктивное и осветит какие-то реальные проблемы. Но у них не нашлось ничего, кроме высосанной из мизинца проблемы вымирающего села.

«Село не вымирает, дебилы умалишённые, а переезжает!» — подумал Владимир с раздражением.

— Нами зафиксированы случаи, когда бедных старушек насильно перевозят в города, прочь из родных краёв! — заявил Немцов. — По каждому такому случаю мы подали заявления в Генпрокуратуру и получили ответы о якобы добровольном характере переездов! Ложь, подлог, фальсификация! У нас есть убедительные доказательства! Внимание на экран, товарищи народные депутаты!

На экране за спиной Немцова началась видеозапись с невидимым интервьюером и какой-то пожилой женщиной в платке. Происходит это во дворе многоквартирного дома, на лавке у подъезда.

Жириновскому это было глубоко не интересно, потому что этот эмоциональный спич Немцова не приведёт ни к чему — никто не будет возвращать никого обратно в село, так как для этого придётся применять насилие.

Абсолютное большинство бывших сельских жителей вряд ли захотят возвращаться туда, где нет никакой работы, чтобы сменить комфортабельные квартиры на сельские дома хоть какой степени комфортности.

Концепция микрорайонов[68] и без того была очень удачной, но, стараниями Жириновского, её значительно усовершенствовали и теперь советские города считаются одними из лучших в мире по комфорту проживания. В связи с этим, селяне, распробовавшие городской комфорт, просто даже не думают возвращаться в сёла, где их, в любом случае, никто не ждёт.

Это неизбежный процесс, который, по расчётам ГКО, должен привести к тому, что в сельской местности будут проживать 5–7% населения, которые и будут обеспечивать городское население продовольствием.

Экологи уже сейчас фиксируют, что в регионах, где сёла вымерли почти полностью, появляются дикие животные, которые ранее там не встречались. Чтобы ускорить этот процесс, на более не обрабатываемых полях высаживаются деревья, что в далёком будущем даст полноценное восстановление лесов.

«Долго он ещё будет продолжать свой плач Ярославны?» — задался Владимир вопросом, наблюдая за потугами Немцова.

Он перестал вслушиваться в его слова, а вместо этого думал о том, что делают американцы.

Оказалось, что нелегальная агентура не ошиблась — команда Буша-младшего собирается внести в Конгресс законопроект не просто о каком-то «суровом налоге», а о прогрессивном налогообложении, которое продвигается, как «временный патриотический налог».

Чейни, в свойственной ему манере, практически не выступает на публике, а отдуваются за него президент Буш-младший и госсекретарь Пауэлл.

Жириновскому особенно не понравился нарратив, который продвигает президент США: на одном