Андрей Стригин - Тайная каста Ассенизаторов

— Оно в районе Херсонеса, он сам так сказал, — Рита явно взгрустнула, тревога её бабушки передалась ей.

— Теперь, то я понимаю, почему вчера такой ураган пронёсся, даже природа восстаёт против этих существ. Ты, внучка, оставь гарнитур у себя. На это случай кое, что у меня есть. Пойдёмте, дети, — она, сокрушённо вздыхая, ковыляет к своей каморке.

Чёрный кот прыгает под ноги, доброжелательно нас осматривает, трётся о Ритины ноги, прыгает на большой сундук.

— Э, нет, дружок, придётся тебя потревожить.

Кот, словно понимает, спрыгивает вниз, валится на спину, подставляет пушистый живот, хочет, чтоб его погладили. Рита садится на корточки, чешет мягкий живот, урчание кота наполняет комнату уютом.

Дарьюшка откидывает тяжёлую крышку, вытаскивает многочисленные свёртки, затем, что-то достаёт, завёрнутое в брезентовый холст, с характерным металлическим звуком кладёт на стол, разворачивает. Глазам своим поверить не могу! Она поднимает малогабаритный автомат СР-3 "Вихрь".

— Автомат специального назначения, для боёв в замкнутых пространствах, используется в диверсионных отрядах. Мне его очень хороший человек дал, генерал, я с ним в начале двухтысячного года познакомилась, — очень обыденно говорит Дарьюшка, словно речь идёт о кастрюльке или сковороде, — к нему прилагаются пару магазинов с патронами и серебряными пулями.

— Так он из будущего, как же так, бабушка, ты, что, в двухтысячном году была?! — в потрясении поднимается с корточек Рита.

— Ой, внучка, где я только не была. Бог даст, и ты увидишь другие Реальности, — со вздохом говорит она, — но не всегда это приятно.

Я встрепенулся, где-то уже слышал определения будущего и прошлого, как другие реальности. Ага, так размышлял Пастух из Отстойника! "Вечность бесконечна, но у Вечности есть свои Реальности и их бесконечное множество".

— А можно мне его взять? — неуверенно протягивает Рита руки к автомату.

— Почему же, конечно, ты, внученька, возьми его себе, твой кавалер за себя сам может постоять, — Дарьюшка хитро улыбается, она мигом вычислила, что нас связывают не только деловые отношения.

Смотрю на оружие, нечто ревности кольнуло сердце, но, с разумным доводом старушки соглашаюсь.

— Я не умею им пользоваться, — Рита осторожно берёт автомат.

— Всё очень просто, вот так снимается с предохранителя, здесь, переключаются режимы стрельбы с одиночного на очередь. Затем, просто нажимаешь на курок, остальное, автомат сделает за тебя, — показываю я.

— Здорово! Кирилл, ты не обижаешься, что автомат будет у меня? — она чутко уловила моё состояние.

— Уже нет, — сознаюсь я, — Дарьюшка права, тебе он нужнее.

— На счёт, права я или нет, не знаю, просто внучку очень сильно люблю. Не перенесу, если она погибнет вслед за своей матерью, — откровенно говорит она, её взгляд становится жёстким, даже злым.

Рита пытается засунуть автомат в свою сумочку, но он, хоть и миниатюрный, заходит только на четверть.

— Что ты делаешь? — смеюсь я.

— Видно косметику придётся выложить, — сокрушённо поджимает она губы.

— Пальто расстегни, повесь через плечо и со стороны незаметно будет, затеряется в складках одежды.

— Верно, как сама не додумалась, — пожимает плечами девушка.

Прощаемся, поторапливаться надо, нас, наверное, уже ждут Эдик с Катей. Едем в центр города, Рита уцепилась за поручни, погрузилась в свои размышления. Какой-то мужчина её заприметил, бестактно строит глазки, вроде как имеет намеренье с ней познакомиться, Рита фыркает, разворачивается боком, от её движения из-под складок пальто выныривает ствол автомата. У мужчины челюсть едва не падает на пол. Быстренько запихиваю автомат обратно, приветливо киваю, обалдевшему человеку, выпихиваю Риту в дверь, благо наша остановка.

— Ну, ты даёшь, подруга, следи за оружием, — с укором говорю я.

— Не привыкла как-то, — весело хохочет она.

— Смотри, влипнем с тобой в неприятности.

На часах полдесятого, опаздываем, бегом перемахнули горку, озираюсь по сторонам, ищу глазами Эдика с Катей. Эдик нас замечает, встаёт со скамейки.

— Где Катя?

— Звонил с таксофона, второй глаз докрашивает, скоро будет, — в улыбке растягивает бородку от уха к уху Эдик, он уже привык к её женским странностям.

— Ох, и досталась мне напарница! — всплёскиваю руками я.

А вот и она, идёт, словно плывёт по улице:- Привет, ребята, — машет нам ручкой, я показываю ей кулак.

— Собиралась как ураган, даже напудриться не успела.

— Катюша, беда с тобой! — хочу сердиться я, но не получается.

— Будто сами не опоздали, — окидывает нас профессиональным взглядом рыжеволосое чудо, от неё не укрылись наши с Ритой, происшедшие изменения.

Рита гордо повела глазами, поняла, что Катя нас раскусила.

— Посмотри, что у меня есть! — с озорством говорит она и приоткрывает полы пальто.

— Ого! Откуда? — действительно удивляется моя напарница, увидев автомат.

— Бабушка подарила.

— Хорошая у тебя бабушка!

— А то! Она у меня прогрессивных взглядов. В магазинах патроны с серебряными пулями.

— О как?! Из этого следует, живые мертвецы появились, — хмурится Катя.

— Вчера с рижским упырём познакомились, — вздыхает Рита, глаза темнеют, вот-вот колыхнётся над ней призрачный контур питбуля.

— Интересная у вас беседа. Я не ослышался, вы так обыденно говорите об упырях, словно они существуют? — Эдик смотрит на нас, а глазах разгорается азарт.

— Мне кажется, это только цветочки, ягодки впереди. К сожалению, они есть и кое-что другое, — внимательно смотрю на друга, пытаюсь найти в глазах следы скепсиса, но он принимает эти сведения спокойно, компьютерная программа в голове сбоев не даёт, всё расставляет по полочкам.

— Что за автомат, никогда подобного не видел, — Эдик в удивлении качает головой.

— Это СР-3 "Вихрь", он только в начале девяностых будет разработан, он из будущего.

— Интересный факт, — у Эдика слегка глаза ушли на конус от удивления, но, затем, включил свою компьютерную программу, уходит в мысли.

Заходим в отдел, дежурный в строгом костюме неприветливо смотрит на нашу разношёрстную команду, особенно на меня в белой индийской куртке.

— Это со мной, — показываю своё удостоверение.

— В журнале пусть распишутся. А ты, старший лейтенант, похоже недавно на службе, снял бы вражью куртку и надел нормальный костюм.

— Куртка индийская, вражьей являться не может, с Индией у нас дружеские отношения, — огрызаюсь я.

— Всём равно не положено, — поджимает тонкие губы суровый дежурный.