Альфред Ван Вогт - Империя атома
Высоко над ним вдруг что — то шевельнулось. Пауки. Он отчетливо увидел их — огромные существа со множеством ног — и оцепенел от горечи. Итак, племя паукообразных существ оказалось высшим разумом всех времен, подлинным властелином Вселенной…
Внезапно, как молния, его мозг пронзила волна чужих мыслей:
«…Результаты негативные… Между теми существами не было физической связи… только энергия…»
«…Но напряжение было усилено энергией. Связь была установлена на …[2] расстояние…»
«…Я обнаружил, что здесь не было физической связи… Не соответствует истине…»
«… Я просто выражал удивление, всемогущий …[3]* Здесь, несомненно, был феномен, близко связанный с посещением этой расы. Давай спросим его…»
«ЧЕЛОВЕК!!!»
Мозг Хедрука, и так изнемогающий под тяжестью этих титанических мыслей, застонал от нового страшного удара.
— Да? — наконец смог ответить он. Его голос произвел лишь слабый звук в этом темно — голубом пространстве и мгновенно угас в тишине.
«ЧЕЛОВЕК, ПОЧЕМУ ОДИН БРАТ ПРОДЕЛАЛ ДЛИННОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ, ЧТОБЫ УЗНАТЬ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ДРУГИМ БРАТОМ?»
На мгновение это озадачило Хедрука. Казалось, вопрос относился к тому факту, что Дэн Нилан вернулся с далекого астероида на Землю, чтобы выяснить, почему оборвалась чувственная связь с его братом Гилом. Вопрос казался бессмысленным, потому что ответ был очевиден. Они были братьями. Выросли вместе. У них было особенно близкое родство. Прежде чем Хедрук смог объяснить эти простейшие вещи, в его мозгу опять раздались раскаты титанического грома:
«ЧЕЛОВЕК, ПОЧЕМУ ТЫ РИСКНУЛ СВОЕЙ ЖИЗНЬЮ, ЧТОБЫ ДРУГИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ СУЩЕСТВА СМОГЛИ ОТПРАВИТЬСЯ К ЗВЕЗДАМ? И ПОЧЕМУ ТЫ ХОЧЕШЬ ОТДАТЬ ДРУГИМ СЕКРЕТ БЕССМЕРТИЯ?»
Несмотря на растерянное состояние, Хедрук начал прозревать. Эти паукообразные существа пытались понять эмоциональную природу человека, сами лишенные эмоций. Подобно слепому, просящему объяснить, что такое цвет, или глухонемому, желающему узнать, что такое звук.
Теперь прояснилась суть их экспериментов. В сцене с Императрицей он рисковал своей жизнью ради альтруистической цели. Таким образом и по той же причине была установлена чувственная связь между Ниланом и им самим. Они хотели измерить и оценить эмоции в действии.
Поток мыслей извне прервал его:
«…К сожалению, один из братьев умер, разорвав связь…»
«Это не является препятствием, как нет необходимости в его брате на Земле теперь, когда мы установили прямую связь между нашим пленником и мертвым братом. Главный эксперимент можно начинать…»
«Что нужно сделать сначала?»
«Дать ему свободу, конечно…»
Возникла непродолжительная пауза, затем все вокруг заполнилось судорожным мельканием. Хедрук непроизвольно закрыл глаза. Когда он открыл их снова, то увидел, что находится в одной из своих секретных лабораторий на Земле, — в той, где гигантская крыса чуть было не убила его.
Глава 12
Хедрук вскочил на ноги и осмотрел себя. На нем был защитный костюм, полученный от Гриера, который он надел перед выходом из спасательного судна, чтобы прогуляться по «городу», созданному для него паукообразными существами. Он внимательно оглядел комнату, ища мельчайшие несоответствия, указавшие бы на очередную иллюзию.
Нельзя быть ни в чем уверенным, хотя, когда они манипулировали им, он чувствовал себя по — другому, ощущая нереальность происходящего. Он был подобен человеку под гипнозом. Сейчас этого ощущения не было.
Он стоял, нахмурившись, вспоминая последние мысли, которые он уловил. Одно из существ определенно указало, что ему должна быть дана свобода для следующей фазы их эксперимента. Хедрук не знал, что они подразумевают под свободой, ясно только, что они все еще изучают его эмоциональную сферу. Но Хедрук настолько свыкся с опасностью, что, в конечном счете, не позволил страху завладеть им. Тем не менее он хотел проверить реальность своего теперешнего состояния.
Хедрук подошел к пульту связи и включил канал новостей. Комментатор говорил о каких — то новых законах, обсуждаемых в Императорском Парламенте, и многом другом. О межзвездном двигателе и не упоминалось. Если и было какое — то волнение по поводу корабля Кершава, оно, очевидно, уже утихло. Попытки заставить Императрицу выдать секрет, казалось, были прекращены.
Он выключил пульт и переоделся в «деловой» костюм. Затем тщательно выбрал четыре кольца — излучателя и, наконец, готовый к битве, прошел через передатчик в одно из своих помещений в Столице. Он начал чувствовать себя намного лучше. В глубине его сознания уже рождались планы эксперимента, который он собирался поставить, если паукообразные существа снова возьмут контроль над ним, но он беспокоился по поводу точных границ «свободы», которая была предоставлена ему. Он торопливо подошел к большому окну и несколько минут пристально смотрел на знакомый мегаполис, затем вернулся к пульту связи и вызвал Службу общественных новостей.
Служба новостей была связана с оружейными магазинами и обеспечивала свободное распространение информации. Девушка, вышедшая на связь, ответила на все его вопросы, не спрашивая об имени. От нее он узнал, что Императрица публично опровергла все слухи о межзвездном двигателе и что оружейные магазины после двух недель интенсивной пропаганды внезапно прекратили свою кампанию.
Хедрук угрюмо выключил пульт.
Итак, Иннельда отбилась. Он понимал, почему оружейные магазины прекратили оказывать давление на нее. Это привело бы к росту их непопулярности, ведь у них не было никаких доказательств. Можно считать само собой разумеющимся, что девяносто процентов населения давно потеряли интерес к этому делу. Остальные же, даже если они поверили в существование двигателя, разве не смогли бы принудить правительницу Солнечной Системы раскрыть секрет?
Хедрук стал еще мрачнее. Необходимо время, чтобы организовать свою кампанию, и начало его действий должно быть отложено до Дня Отдыха.
Что касается паукообразных существ, то они являлись тем неизвестным фактором, который он не мог контролировать. Необходимо просто действовать, как будто их не существует вообще.
«Давай, посмотрим сейчас, — пробормотал он сам себе, — сегодня первое октября, значит, завтра День Отдыха…»
Это потрясло его, так как означало, что в запасе всего один день, чтобы подготовиться к самому трудному делу в своей жизни. Тревожило, что приготовления были совсем непростые. Но сейчас не время было жалеть, что сложилась именно такая ситуация.