Тимур Расулов - Боги тоже ошибаются

   - Мом опуш мА мот! - Пытался я говорить.

   - Что, что? - Убирая руку от моего рта тихо сказал Денис.

   - Я сказал: "может, отпустишь мой рот". - Поднимаясь на корточки, язвительно заявил я.

   - Прости. Кто это?

   - Ты меня спрашиваешь? Пойди и узнай.

   - Смотри они остановились, наверно думают сколько нас, что делать будем? - Облизывал губы Денис.

   - Не облизывай губы, не хватало, чтобы они у тебя обветрились. Посмотрим, что они будут делать, но сами вступать в контакт не будем.

   - Спасибо, мама, что ты заботишься обо мне. Опять какие-то приключения, разве нельзя пройти хоть раз нормально, не наткнувшись ни на кого?

   - А разве в детстве ты желал жить спокойно. Думаю нет, наверно мечтал о каких-нибудь приключениях.

   - То детство, а это зрелость и мне не хочется погибнуть на безымянной дороге по пути к безымянному городу. Думаю это нормальное желание.

   - Согласен с тобой. Что-то мы отвлеклись с тобой, где они? - Я пытался увидеть тех троих бродяг, но напрягая зрение так и не заметил ничего.

   - Что там случилось? - Протирая глаза спросил Никита.

   - Пока ничего не случилось, пока. - Выделил последнее слово Денис.

   - Ну, а зачем тут сидеть и ждать, может им наша помощь нужна. Бог нам показал свои возможности, теперь и мы должны проявить свои. - Никита стремительно начал вылезать из палатки. Я не успел его схватить, как он уже оказался на улице, закрывая нам с Денисом взор своими ногами. - Эй, вы! Если вам нужна помощь, то я готов помочь. Чего вы хотите?

   Молчание, никаких звуков не было слышно, возможно они ушли.

   - Вы меня слышите?

   Непонятный хлесткий звук и снова все замерло. Ноги Никиты затряслись, я не мог понять, что он увидел.

   -Никита, что там? Пусти меня я выйду. - Меня ужасала та дрожь, которая охватила тело Никиты и начала охватывать мое.

   - Кхрррхххр, дхэ, пФ, дхэ. - Булькающий звук раздавался со стороны Никиты.

   - Черт возьми, там что-то происходит, а мы тут как крысы сидим. - Не выдержал я.

   Я осторожно попытался подвинуть загородившую мне проход ногу Никиты, но тело осторожно под силой тяжести упало и я заметил стрелу в груди Никиты. Я направил свой взгляд примерно туда откуда пришла стрела, на этом месте стоял широкоплечий седовласый старец в капюшоне, который снова натягивал тетиву для очередного удара. Воспользовавшись моментом, я метнулся к лошадям, вскочил на нее и начал обходить старика с фланга. Я обернулся и заметил, что Денис оседлал лошадь и направился с другой стороны. Из второй палатки бежали Олег и Максим. Сергей подбежал к Никите и затащил его внутрь палатки. Двое подельников старика-лучника сначала подбирались как можно ближе, но увидев, что нас больше, чем они смогли бы убить, начали отступление. Лучник старательно прицеливался, чтобы попасть в меня, но как только его рука отпустила тетиву, я резко затормозил, предупредив полет стрелы. Даже издалека был слышен возглас неожиданности тому, что я смог увернуться от нападения. Во мне играла злость. Никита, который был наполнен в последние дни такой яркой душевной чистотой, погибает сейчас, потому что попытался узнать нужна ли помощь первым встретившимся им людям. Рука еще жестче сжала эфес меча и я увеличил скорость своего коня. Я видел, как Денис подрезает двух молодых подельников старика. Конь поднимается на дыбы. Любимый топор Дениса движется как лопасть мельницы и врезается в челюсть отчаявшегося странника. Чмокающий звук обозначил поражение противника. Он упал на землю и почти не дышал. Он был без сознания. Удар был настолько сильным, что мог бы снести челюсть, но ему повезло, он остался жив. Его напарник остановился и прижимаясь к земле, поднял руки, чтобы его не трогали.

   - Жалкая скотина! - Плюя на спину бедолаге, воскликнул Денис. - Ты не достоин жизни, смерд. Кровь за кровь.

   - Остановись. - Раздался крик Максима. - Не стоит этого делать.

   Денис, раздувая ноздри, стал успокаивать себя.

   Мне оставалось всего пару метров до старика-лучника. Я встал перед ним и внимательно начал рассматривать. На лице был глубокий, старый шрам, разделявший лицо на две неравные части. Однажды этот человек поплатился за свои поступки своей внешностью, но он не понял преподанного ему урока и встал снова на путь, который был ему не по зубам. Он стоял выпрямив спину. Это был гордый человек, который даже перед лицом смерти мог с широко открытыми глазами смотреть на меня и не убирать взгляд.

   - Бросай оружие в сторону, если дорога жизнь. - Мой голос звучал неестественно грубо. Старик даже не шелохнулся, он продолжал держать в одной руке лук, а в другой заготовленную для нового выстрела стрелу. - Ты меня слышал? - Повысил голос я.

   - Я тебя прекрасно слышу, но не могу понять почему ты просишь меня опустить оружие, если все равно убьешь меня. Если так, то я желаю умереть с оружием в руках нежели, как раб на коленях, выпрашивая пощады.

   - Твои слова наполнены гордыней, но могу ли я тебя пощадить, если ты без причины убил моего друга и пытался убить меня. Какова цена твоей жизни после того, что ты сделал? - Я старательно уменьшил громкость своего голоса, хоть мне это и было сложно давалось, так как я находился почти что в состоянии истерики. - Бросай и я обещаю, что ты будешь жить по крайней мере еще сутки.

   - Ты говоришь, что мы убили вас без причины? - Смех был настолько громким и оглушительным, что казалось он действительно верит в то, что праведно убил Никиту. Мой друг был уже наверно мертв, а он смеялся, как сумасшедший, уверенный в том, что он все сделал правильно. - Пусть моя кровь и кровь моих людей послужит уроком всему вашему бешеному созданию. Каждый из вас будет убит и ни одно ваше тело не будет предано Матери-земле.

   - Старик, ты бредишь! - Воскликнул я. - Что же в нас такого вы нашли, что рука не дрогнула?

   И снова раскатистый смех, который меня начинал выводить.

   - Да, будь ты проклят, ты даже не считаешься с вашими злодеяниями. Для вас это видимо всего лишь игры. Но нет же, забудьте о том, времени, когда вы могли безнаказанно убивать народ и глупо называться бьорнами. Теперь в этих местах есть мы...

   - Стоп, стоп, вы приняли нас за бьорнов? - Мне было бы смешно, если бы не было так страшно. - Черт возьми, вы приняли нас за бьорнов?

   Я слез с коня и ноги мои подкосились. Я упал, падение не много смягчил снег. Старик смотрел на меня и не знал, что делать. Я услышал звук приближающейся лошади. Все для меня было вверх ногами.

   - Не подходи к нему! - Услышал я голос Олега, он обращался к старику, но тот был настолько удивлен, что даже не мог и шелохнуться. - Поднимайся, Леш, что происходит?