Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

— Не угадали, Владимир Макарович, — ответил Жириновский. — Убийца_Слабых.

— А-а-а, так это вы… — произнёс бывший министр. — Значит ордер Византии — это ваших рук дело?

— Ну, так говорят… — сказал Жириновский и рассмотрел остальных игроков. — А чем занимаетесь на пенсии, Владимир Макарович?

— Иногда консультирую своих учеников, провожу время на даче, но, в основном, поигрываю в «Эпоху», — ответил тот. — Очень уж увлекательно — реакции сильно не хватает, поэтому приходится брать продуманной стратегией и тщательным планированием.

У молодых игроков есть и всегда будет одно преимущество — скорость реакции. Пожилым игрокам за ними никогда не угнаться, и понимают это далеко не все.

Жириновский понял это очень давно, поэтому свои матчи проводит с опорой на экономику и стратегию.

— Эта игра гораздо сложнее шахмат… — поделился своим мнением Величко. — Тем интереснее каждый матч…

— Да, этого у неё не отнять, — согласился с ним Жириновский. — Известно, когда начало?

— В двадцать часов ровно обещали начать, — ответил Величко и посмотрел на часы. — Нужно посмотреть на таблице, кто против кого играет.

Владимир поднял взгляд к большому табло, висящему на стене.

А на табло десятки псевдонимов, среди которых его псевдоним находится в верхнем правом краю, и биться ему предстоит против Легата, играющего практически со старта и занимающего сейчас 11-е место во всесоюзном рейтинге.

«Опасный мерзавец», — подумал Жириновский и поморщился. — «Как бы не облажаться на дебюте».

— Кофе будете, Владимир Вольфович? — спросил бывший министр Величко.

— Не откажусь, — ответил Жириновский.

Специально для игроков организована точка питания, где бесплатно наливают кофе, газировки, а также угощают кебабами, пирожками и даже серьёзными блюдами.

Отстояв очередь, Величко взял два стакана арабики.

— Наверное, они теряются в догадках, что я тут забыл… — произнёс Жириновский и отпил из стакана.

На них бросают недоуменные взгляды практически все присутствующие, включая сотрудников точки питания.

— Да… — согласился с ним Владимир Макарович, а затем сунул руку во внутренний карман пиджака. — Владимир Вольфович, не желаете ли, так сказать, укрепить кофе?

Он вытащил под свет светодиодных ламп серебристого цвета фляжку с, очевидно, алкоголем внутри.

— Не желаю и вам не советую, — ответил Жириновский. — Это же честное состязание! Применение допинга — это неспортивно!

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Величко. — Да, вы правы.

Он убрал фляжку обратно в карман.

Жириновский увидел съёмочную группу, записывающую панораму помещения для игроков. Камера проплыла мимо него, но затем оператор понял, кого увидел и резко вернул объектив на Владимира.

Журналистка, одетая в бордовый деловой костюм, отвлеклась от игрока, с которым беседовала — её окликнул оператор. Она прислушалась к его словам, а затем её взгляд упал на Жириновского.

— Ох, началось… — произнёс Владимир и закатил глаза.

— А на что вы рассчитывали, явившись на публичное мероприятие? — с усмешкой спросил Величко.

— Владимир Вольфович, здравствуйте! — воскликнула журналистка. — Юлия Бордовских, 2-я программа ЦТ!

— Здравствуйте, Юлия! — ответил Жириновский.

— Вы тоже пришли посмотреть турнир? — спросила Бордовских. — Есть кто-то, за кого вы будете болеть?

— Есть, конечно же, — ответил Жириновский и продемонстрировал идентификатор. — За себя!

Журналистка уставилась на него удивлённым взглядом и замерла.

— Мой псевдоним — Убийца_Слабых! — сорвал Владимир покровы. — И я хочу сделать официальное заявление! Оператор, камеру поближе! Я заявляю, что все игроки, которые когда-либо проигрывали Убийце_Слабых, были покараны вот этими твёрдыми руками и вот этим холодным разумом!

Юлия Бордовских, наконец-то, оправилась от изумления.

— Владимир Вольфович! — заговорила она. — Вы хотите сказать, что один из самых непредсказуемых игроков, некоторыми экспертами считающийся негласным фаворитом этого турнира — это вы?

— Да, это я! — подтвердил Жириновский. — Ордер для Византии разработал тоже я! И на этот турнир у меня есть очень много домашних заготовок, которые будут применены впервые! Я намерен унизить и уничтожить каждого, кто встанет у меня на пути! Клянусь вам — сегодня я убью всех слабых!

Он тщательно готовился к этому турниру, с упором на поздних римлян, за которых и собирается играть в четвертьфинале, полуфинале и финале, если дойдёт до них. А до этого он будет играть за гуннов, языгов, вестготов и вандалов, в зависимости от того, какие цивилизации будут выбирать оппоненты.

— А это разве не… — начала журналистка. — Вы же президент Советского Союза…

— И что? — спросил Владимир. — Вон, Владимир Макарович тоже из должностных лиц, правда, бывших, но сегодня он на турнире! Кто-то из старичков считает, что это игрушка какая-то, а я считаю «Эпоху империй» новыми шахматами, потому что она сложнее, чем шахматы и абсолютно непредсказуема.

Журналистка посмотрела на него со скепсисом во взгляде.

— Не сомневайтесь даже, Юлия! — потребовал Жириновский. — В шахматах всего 32 фигуры с неизменными характеристиками, действующие на поле 8×8 клеток, тогда как в «Эпохе империй» сотни разных фигур с динамически меняющимися характеристиками, действующих на огромном и неоднородном пространстве. В шахматах есть только один ресурс — время, а в «Эпохе империй» есть древесина, еда, камень и золото. В шахматах у обоих игроков полный доступ к информации, то есть, поле для них открыто, а в «Эпохе империй» есть «туман войны», который всё очень сильно осложняет — нужно уметь прогнозировать действия противника, а также использовать блеф и разведку. В шахматах нет никакой экономики, а в «Эпохе империй» от экономики зависит практически всё. Также, в шахматах есть время на обдумывание хода, если это не блиц, а в «Эпохе империи» всё происходит в реальном времени. И если подводить итог, то пусть шахматы и существенно превосходят «Эпоху империй» по чистой стратегической глубине, но она требует пространственно-временного и экономического планирования, реакции, умения рисковать, блефовать, а также быть способным адаптироваться к резко изменившимся условиям на поле боя. Есть, конечно, и те, кто считает иначе, например, наш известный оппозиционер, Каспаров — ну, так я готов сыграть с ним в «Эпоху империй», чтобы он смог доказать свою позицию делом! Если это «примитивная и детская игра», то почему бы ему не принять мой вызов и не попробовать обыграть меня?

— Вы