Дмитрий Минаев - Пацифист

– Пока только на чью-то оттаявшую ногу. Даже не знаю, что это был за зверь. Какой-то местный? Дикий или домашний?

– Я же уже объяснял, Алексей, на Агрии в пищу используется лишь мясо домашних животных, выращенных под куполом. Дикие твари несъедобны: большое содержание азота и углекислоты в атмосфере, сероводород, тяжёлые металлы. Не то, чтобы местные твари были ядовиты, но в пищу их лучше не употреблять.

– Что, абсолютно все? Разве животный мир планеты полностью изучен?

– Для категорического запрета полученных результатов и нескольких десятков смертей оказалось вполне достаточно.

– Так я ж сам читал, китайцы на Гилее разводят свиней и коров, птицу…

– А ты видел этих мутантов?! От одного вида дрожь берёт!

– Но они же их едят?

– Да эти узкоглазые прохиндеи кого хочешь сожрут, и осьминогов, и каракатиц, лишь бы в рот полезло. А ты знаешь, сколько их умирает ещё в младенчестве? Думаешь, просто так?

Тут полковник, пожалуй, был прав. Детская смертность в китайском секторе… даже по официальным данным, которые журналисты и аналитики считали преднамеренно заниженными и намного… зашкаливала за все допустимые пределы, если сравнивать с более цивилизованными соседями – Содружеством и Россией.

Как уже говорил, дело было не в технической отсталости, а в оснащённости сложной аппаратурой и приборами на душу населения, которое было ниже в разы. Только благодаря тому, что представители жёлтой расы плодились, как кролики или тараканы… Это не расизм, просто констатация факта, хотя многим в Содружестве и России… не буду скрывать, и мне в том числе … такое положение дел не нравилось.

А чего в этом хорошего?! Если так пойдёт и дальше, то китайцы заполонят все обитаемые планеты. Тогда в мире неизбежно что-то поменяется. И вряд ли мирным путём. Вот это меня и напрягало!

Впрочем, всё это – геополитика, а у меня тут была конкретная тема.

– Но это же были научные статьи авторитетных учёных, не только китайских, – возразил я, – Разве им нельзя верить?!

– Эти яйцеголовые ещё не то придумают, а людям расхлёбывай. Любая теория должна подтверждаться практикой! Пусть сама жизнь расставит оценки, докажет правильность сделанных выводов, а мы подождём, посмотрим.

Ну ладно, уговорили. В конце концов, я что ли всё это понапридумывал?!

– Хорошо, выставите мне счёт за мясо, выплачу, сколько надо!

Крохоборы, за копейку удавятся!

– А у вас, господин Серебров, деньги имеются? – поддел меня горбоносый.

– Сдам экзамены – будут!

– Вы так уверены в своих силах?

– Не был бы уверен, чтоб мне тогда тут делать?

Майор хмыкнул, Дёмин дал "добро" и понеслось.

Посыпались вопросы. Начали мы с математики, потом, как-то незаметно, перешли на физику и химию. Затем снова вернулись обратно, но уже на новом витке спирали.

– Александр Сергеевич… Алексан,.. – повторил полковник.

– Что? – откликнулся "Филин", посмотрев поверх очков, смешно сдвинутых на самый кончик носа.

Такая допотопная конструкция, и это в век всеобщей коррекции зрения, когда даже те, кому она противопоказана, предпочитают удобные биомолекулярные линзы.

А забавный оказался дядечка… Так он ещё и Александр Сергеевич? Всё, решено, будет теперь "Пушкиным", а то "Филином" для такого "профессора" как-то несолидно.

– Александр Сергеевич, вы уверены, что заданная вами задача относится к курсу средней школы?

– Хм-м, возможно, я несколько увлёкся, – задумчиво протянул "проф", глядя, как я заполняю интегралами очередную строку доски, – Но мы ведь должны выяснить, насколько далеко распространяются знания этого молодого человека. Постойте-ка, юноша, что вы там накарябали? Какая степень?

– Вы сами сказали – "вогнутая сфера"… А-а, прошу прощения, – я быстро исправил двойку на тройку – альфа вместо квадрата получилась в кубе.

– Вот, уже лучше! Внимательнее надо расставлять степени, юноша, – пожурил меня препод.

– Но вы же сами понимаете, господин подполковник, я к такому не готовился, – развёл я руками.

На самом деле, благодаря имплантантам, эти долбаные формулы я мог писать одну за другой сотнями, особо не напрягаясь. Только окружающим о моих уникальных способностях знать было незачем, поэтому передо мной стояла задача не демонстрировать свои таланты направо-налево, кому ни попадя, а всячески их скрывать. И так они были явно выше среднего, что само по себе выглядело весьма подозрительно. Вот и приходилось по ходу дела что-то "забывать" по мелочи, как сейчас, старательно прикидываясь обычным парнем.

– Александр Сергеевич, – наклонившись к уху "профессора" негромко спросил Дёмин (надеялся, что я не расслышу?), – я правильно понимаю, что это задача, как минимум, второго курса инженерно-технического института?

– Скорее третьего, – задумчиво протянул "Пушкин", – именно там начинаются специальные предметы, а ведь конструирование кораблей относится именно к ним… если программа не изменилась, – добавил он, старательно протирая свои окуляры специальной тряпочкой.

– Ваша очередь, Георгий Константинович, – повернулся полковник к чернявому майору.

– Как я понимаю, – задумчиво произнёс тот, подперев щёку рукой, – базовую теорию электронно-вычислительных систем у вас, молодой человек, спрашивать не имеет смысла, вы её знаете. Верно?

Я кивнул.

– Тогда давайте сразу перейдём к программированию. Вы умеете составлять программы?

Честно скажу, я малость запаниковал. Не то, чтобы я не смог составить ни одной… Проще простого!.. в моей голове много чего хранилось, бортовой компьютер запросто можно перезагрузить… Но я – это я, а вот способен ли обычный человек на такое… Может, тут какой-то подвох?

К счастью, сами же преподы мне и помогли:

– А не слишком ли это для парня? – с сомнением протянул "Пушкин".

– Вы, Александр Сергеевич, у него и не такое спрашивали, – не остался в долгу майор, – А составить простейшую программу должен уметь каждый пилот. Возьмём к примеру ситуацию: ИИ повреждён, произошёл сбой в системе. Должен же грамотный штурман… по-настоящему грамотный… задать новый курс или проверить и скорректировать старый? Как вы считаете?

– Что, вручную? – засомневался уже Дёмин.

– А как ещё, если программа "крякнула"? – резонно заметил горбоносый офицер.

Возражений ни у кого не нашлось, тем более у меня.

– Приступать?

– Я думал, вы, юноша, уже всё написали, – подколол меня "испанец"… или кто он там по национальности.

Блин, похоже, язык у него острее бритвы, как он им до сих пор не зарезался?

Я принялся чертить формулы. Проклятье, точно помню, там были альфа, бета… а за ними что?