Виктор Косенков - Русские навсегда
Хвостов завертел головой.
– Где-то тут должны быть… Сейчас… Пройдемте наверх, наверное, там.
Они поднялись по винтовой и, на взгляд Иванова, жутко неудобной лестнице.
– Девочки! – позвал директор, заглядывая на второй этаж. – Девочки! Странно… Может быть, выше?…
– Может быть…
Иванов с подозрением осмотрелся.
Но девочки действительно нашлись. Они мирно спали в самой дальней комнате этого благоустроенного лабиринта.
– Девчонки, милые, – заворковал Хвостов. – Девочки, поднимаемся, тут товарищ с вами хочет поговорить… Девочки… Милочка. Риточка. Зайчики… Просыпаемся…
Он кудахтал над ними, как ласковая голубица над свежевылупившимися голубятами. Иванов физически чувствовал, как рабочее время утекает чёрт знает куда совершенно впустую.
Голубята вели себя соответственно. Они потягивались, высовывая из-под одеяла то одну, то другую обнаженную часть тела, соблазнительно выгибались, зевали и бормотали что-то типа:
– Ну, папочка, ну, хороший, ну, дай поспать… Ну, мы же на отдыхе… Ну, папочка, не хотим клиента…
Этот «папочка», в сочетании с «не хотим клиента», прибил Иванова совершенно, и он решил, что пора заканчивать комедию.
Алексей каким-то страшным тигриным рыком прочистил горло.
Девочки встрепенулись.
– Гражданочки. – Иванов сверкнул корочками, взял стул и подставил его поближе к кровати. – У Федеральной службы безопасности есть к вам парочка серьезных вопросов.
Он сел рядом и внимательно посмотрел на «гражданочек», натянувших одеяло буквально до ушей.
– Вчера ночью вы стали свидетельницами убийства гражданина Бортко.
– Кого? – робко подала голос из-под одеяла то ли Мила, то ли Рита.
– Сенечки, Сенечки, – зашептал директор.
– Так вот, – Иванов продолжил. – Мне бы очень хотелось услышать от вас подробности этого дела. Все подробности. Когда вы прибыли на квартиру, где произошло убийство? При каких обстоятельствах? Кто вас встретил? О чем говорили? Сколько было человек в квартире? И что произошло дальше? В общем, история полностью. Что не ясно?
– Так Сенечка же… – промямлила одна девушка. – Он же уволился… Давно…
– Гхм… – Иванов сделал вид, что стряхивает какую-то пылинку на брюках. В это время директор делал своим «зайчикам» яростные жесты.
– Нет? – удивилась девушка. – Так ведь…
– Говори, как было, – прошипел Хвостов. – Все, как было, говори!
– Как было?… – Девочки растерянно переглянулись. – А как было?
У Хвостова опустились плечи.
– Чего-о-о?… – заканючила, видимо, Мила. – То так, то сяк… Откуда я знаю, как все было? Как хотите, так и было, мне что, больше всех надо, я не знаю… Скажите мне уже, как надо… Ну, папочка, ну, миленький, ну, скажи…
– Говори правду, – с нажимом сквозь зубы прошипел «папочка».
– Да мне все равно…
– Зато мне не все равно, – вздохнул Иванов. – Значит, так, подружки, у вас два варианта. Либо мы мило беседуем сейчас и здесь, а потом вы заскакиваете к нам подписать свидетельские показания, и мы больше не встречаемся. Либо вы одеваетесь за сорок пять секунд и дуете со мной в Управление. Где мы беседуем в других тонах и в другом тоне. Выгоду понимаете?
Девочки переглянулись.
– Чего он меня путает? – прошептала Мила. – Я в садюшки с Тошиком играла…
– Тихо ты, дура, – ткнула ее локтем Рита. – Этот похуже Тошика будет…
– Так я не понял? Выгоды ясны? – снова спросил Иванов.
– Ясны, – ответила Рита.
– А почему в сорок пять секунд? – поинтересовалась более смелая Мила.
– Потому что товарищ служил в десантных войсках! – не выдержал директор и швырнул в Милу ажурной комбинашкой. – Отвечай, что спрашивают!
– Понятно, понятно…
– Итак, я слушаю. Во сколько вы прибыли на квартиру?
– Около двенадцати ночи.
– А точнее?
– Точнее можно в платежке посмотреть, – вмешался Хвостов. – Я распоряжусь, чтобы сделали выписку?
– Хорошо. – Иванов кивнул, и директор убежал 6 соседнюю комнату звонить в бухгалтерию. – Дальше…
– А потом. – Рита задумалась. – Потом нас встретил такой дядечка. Ну, такой… – Она развела руками, одеяло упало, обнажая полную красивую грудь.
«А у меня жена только через три дня вернется», – неожиданно и совершенно некстати подумал Алексей.
– Толстый, что ли? – спросил Леха.
– Нет! – Рита отмахнулась. – Солидный такой.
– Понятно. Дальше. – Леха открыл ноутбук, поискал в списке документов фотографию Лаптева.
– Потом он нам сказал, что не для себя приглашает, а для какого-то мальчика.
– Что за мальчик?
– Ну, мальчик такой…
– Мальчик как мальчик, – перебила Риту Мила. – Лет тридцать.
– Ничего себе мальчик, – пробормотал Иванов. – Ну-ну, дальше.
– Лет тридцать, среднего роста, волосы вот, как у тебя…
– Русые?
– Ага. Ну там… волосы на груди…
– Это необязательно. Что-нибудь особенное было?
– Ну… Да нет… – Мила задумалась. – Родинка на заднице. Слева. Круглая такая.
– Не про то ты говоришь, – вмешалась Рита. – При чем тут задница? Что, он будет каждому подозрительному в жопу заглядывать?
– А может, и будет!…
Девочки прыснули.
– Так… – Иванов сделал вид, что закрывает ноутбук. – Я так понимаю, что беседа у нас с вами не получается. Будем разговаривать в Управлении…
– Нет-нет! – Мила кинулась к Алексею. Как была, голышом, она ухватила его за руку. – Нет, нет, мы больше не будем… Давайте тут… А?… Давайте тут…
– Не уверен. – Алексей помедлил. – Дело серьезное… А ваше отношение…
– Мы будем очень серьезны, – подключилась к подруге Рита.
И они посмотрели на Иванова с видом исполнительных служаночек.
«Надо будет жене позвонить, помириться, что ли… – снова некстати подумал Леха. – Это тебе не на Директора рычать…»
– Хорошо. Поехали дальше. Особенности какие-то у этого молодого человека были? Ну что-то еще, кроме родинки на заднице и волос на груди.
– Он грустный был.
– Во! Точно! – вскинулась Рита. Иванов старательно не обращал внимания на колыхание ее груди. – Тот, который платил, сказал, что паренек в сплине и что его надо зажечь. Мол… Как же он сказал…
– Пробудить в нем мужчину! – Мила ткнула пальцем в потолок. – Он так и сказал!
– Я так и говорю, – возмутилась Рита. – Парень был в сплине. Мы ему устроили Бернские скачки.
Иванов с огромным трудом подавил естественный в этой ситуации вопрос: «Это как?»
– Хорошо, – вместо этого сказал он. – Описать его сможете?
– Ну… В общем-то да. Вас ведь лицо интересует?
Алексей со стоном посмотрел в потолок.
– Ну я так и поняла… – Рита, как показалось Лехе, слегка огорчилась. – С лицом не очень… Я как-то туда не смотрела.