Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

— Тебе нести эту ношу, — усмехнувшись, произнёс Орлов.

— Ну, не надо драматизировать, — попросил Владимир. — Плюсов больше, чем минусов.

— Ненамного, — сказал на это Геннадий. — Веришь или нет, но как только закончатся мои полномочия, вздохну с облегчением. Может, не пойду в ГКО, а вернусь в Комитет — соскучился я по чекистской работе…

— Да зачем? — спросил Жириновский. — У нас закладывается красивая традиция, что бывший президент сразу же идёт работать в ГКО. А там, через пять лет, можешь снова баллотироваться…

— Вынужден отказаться от второго срока, — покачав головой, ответил Орлов. — Я курсантом так не метался по поручениям старшаков, как президентом мечусь по поручениям Верховного Совета…

— Всё, шашлык подоспел, — сказал Владимир и снял защитный кожух с шашлычницы. — О-о-о…

Мясо отлично прожарилось — 1200 Ватт сказали своё веское слово.

Жириновский снял шампуры с креплений и сложил их на большую тарелку, а Орлов, тем временем, открыл две бутылки пива и разлил их содержимое по кружкам.

Галина и Наталья сидят на кухне, едят первую партию шашлыков и попивают вино, а больше дома у Жириновских никого нет.

— По Индонезии что-нибудь известно? — спросил Владимир, взяв с тарелки шампур с истекающей соком бараниной.

— Да всё, как всегда, неопределённо, — пожав плечами, ответил Орлов, отпивший из своей кружки. — Демсоциалисты договорились с руководством полицейских, а социаллибералы договорились с военными, тогда как госбезопасность стоит в стороне и не может определиться, с кем выгоднее дружить и против кого. Хаос, разруха, неразбериха — погромы продолжаются, армия грабит города и сёла, полиция не отстаёт…

Президента Сухарто расстреляли по приказу некоего «Совета генералов», который никто не видел, но о котором все слышали — это точно не дело рук просоветской агентуры.

Это может значить, что в Индонезии действуют ещё какие-то акторы, со своими корыстными интересами.

Демократические социалисты и социальные либералы не знают о том, что они, вообще-то, делают одно дело, но КГБ постарался организовать всё так, чтобы они могли договориться по ходу революции. Но…

«… не договорились», — с сожалением подумал Жириновский.

Военные получили от демсоциалистов гарантии привилегий и расширения финансирования, поэтому теперь почти открыто сражаются против сил полиции, получивших гарантии привилегий и прочих преференций от социал-либералов.

А где-то на юго-востоке, в Восточном Тиморе, сидят три батальона наёмников из ЧВК «Тайфун» — они ждут дальнейших инструкций, а инструкций нет, потому что ничего непонятно.

«Играя в революцию, можно и проиграть…» — подумал Владимир, жуя сочное мясо.

Такое развитие событий не входило в планы КГБ, но теперь это данность — торговый трафик через Малаккский пролив, на всякий случай, сокращается, потому что бои полиции и армии иногда происходят и в акватории.

Особую перчинку в эту бурно кипящую кашу добавили местные исламисты, усиливающиеся за счёт прибывающих иностранных собратьев по религии. Они выступают за Исламскую Республику Индонезия, которую очень хотят создать.

А ещё восточнотиморцы бьют копытами об землю — они хотят освобождения, обещанного оперативниками ГРУ, подпольно тренирующими из местных жителей силы самообороны.

Из-за всего этого мировая экономика начинает чувствовать себя не очень, а этого советскому руководству хотелось бы избежать.

— Будем работать с агентурой, — произнёс Орлов. — Нужно объединить демсоциалистов и соцлибералов, чтобы они прекратили грызню и сконцентрировались на борьбе против исламистов и старых элит. Есть у Гаськова несколько идей…

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом правительства СССР, 15 января 1999 года*

На столе перед членами Совета обороны СССР разместили большой макет, представляющий собой разрез среднего подземного бомбоубежища.

— Перед вами, товарищи, усиленное среднее бомбоубежище I-й категории, — сообщила Марина Георгиевна Федорович, главный конструктор ЦНИИ Гражданской обороны. — Согласно техзаданию, мы повысили устойчивость всех моделей бомбоубежищ нового проекта — они защищают от прямого попадания фугасной бомбы массой до 925 килограммов. Оптимальная вместимость бомбоубежища — 800 человек, но предусмотрено максимальное наполнение до 1600 человек, но только на короткий промежуток времени. При оптимальном наполнении люди могут находиться в бомбоубежище до 7 суток, а при максимальном — до 2 суток.

В эру расцвета высокоточного оружия, которым «болеют» военные НАТО и СССР, глупо ожидать, что противник не будет бить по подземным объектам из железобетона, о строительстве которых он знает. Да, это может быть гражданское бомбоубежище, но может быть и военным штабом…

— Выглядит дорого, — произнёс Жириновский, внимательно рассмотревший макет.

На макете видно, что предусматриваются основной и резервный генераторы, хранилище продовольствия и медикаментов, отдельные санузлы, а также отдельный медпункт.

— Да, государственному бюджету, согласно смете, такое бомбоубежище обойдётся в 22 миллиона рублей при строительстве в западной части страны и 26–28 миллионов рублей при строительстве в Зауралье и дальше, — подтвердила Марина Федорович. — Но наш план предполагает, что бомбоубежищами такой категории защищённости будут оснащаться заводы ядерно-топливного цикла и производства стратегического вооружения, крупные предприятия по сборке ракет, самолётов и электроники военного назначения, центральные и резервные командные пункты, узлы правительственной и военной связи, а также ключевые административные центры. Всего, согласно плану, будут построены 180 таких бомбоубежищ, которые позволят сохранить особо важный персонал и, возможно, дадут ему частично восстановить работу.

— А остальные? — спросил Орлов.

— Переходим к следующему макету, — сказала Федорович и стянула ткань со второй части стола. — Это малое бомбоубежище II-й категории, не способное защитить от прямого попадания бомбы, но зато превосходно защищающее от давления примерно 1 килограмм на квадратный сантиметр, то есть, от близкого разрыва 500-килограммовой фугасной авиабомбы. В них установлены фильтровентиляционные установки, запас воды, туалеты, минимальное освещение и медицинский пункт. Оптимальная вместимость — 400 человек, а максимальная — 850 человек. При оптимальном срок автономности равен 4 суткам, а при максимальном он сокращается до 1,5 суток. Стоимость одного такого бомбоубежища II-й категории — 4,2 миллиона рублей в западной части страны, и 4,7 миллиона рублей в Зауралье и дальше.

— Это, как я понимаю, основной тип бомбоубежища? — предположил маршал Язов.

— Да, именно такими бомбоубежищами мы и планируем застроить все основные оборонные и гражданские заводы, жилые районы и муниципальные учреждения, — подтвердила Федорович. — Согласно нашим расчётам, проведённым на примере Калининского района города Москва, в случае массированного ядерного удара, выживаемость населения без бомбоубежищ составит 15–25%, а с массовыми бомбоубежищами она составит 50–65%. В случае среднего или смешанного ядерного