"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

— Хороший удар, — сказал он с холодным любопытством смотря на обессиленного архимага. — Очень хороший. Ты потратил на него все свои силы. Браво.

Ортега замер. Его лицо вытянулось, побледнело, и в глазах впервые появился настоящий, неподдельный страх. Руки его затряслись, губы задрожали.

— Как? — выдохнул он. — Как ты выжил? Это невозможно… Это был мой последний козырь… Моё лучшее и совершенное плетение… На него ушли все мои силы, вся моя жизнь…

— Магия — это не просто дубина, которой можно лишь посильнее бить, — усмехнулся Кроу. — Меня тут не было, когда твой удар достиг цели. Ты уничтожил пустоту. Мою иллюзию, мою тень. Но не меня.

— Ложь! — закричал Ортега. — Я чувствовал твою ману! Я видел тебя! Я…

— Ты видел то, что я хотел, чтобы ты видел. — Кроу сделал шаг вперёд. — Ты потратил все свои силы на удар по пустоте, Ортега. Ты проиграл.

— Нет!

Ортега попытался встать, но ноги подкосились. Он рухнул на колени, тяжело дыша, вытирая кровь с разбитого лица. Его грудь тяжело вздымалась, изо рта текла кровь.

— Двадцать лет, — прошептал он. — Двадцать лет я ждал этого момента. Готовился. Копил силы. Жил только этим. И всё зря?

— Не зря, — ответил Кроу. — Ты стал отличным уроком для моего ученика. И ты дал мне хороший бой. Ты заслужил моё уважение.

— Уважение? — Ортега усмехнулся разбитыми губами. — Мне не нужно твоё уважение. Мне нужна твоя смерть.

— Её не будет, — лишь пожал тот плечами. — Ты проиграл. Смирись с этим.

— Да, я скоро умру. Но я не проиграл. Ведь я заберу тебя с собой! — резко вскинул он свои глаза на противника.

Ортега собрал последние крохи маны. Я видел, как вокруг него затрещали слабые искры — жалкое подобие тех молний, что он метал ещё недавно. Он вложил в эту последнюю атаку всё, что у него осталось — силу, жизнь, саму душу. Его тело начало светиться изнутри, кожа пошла трещинами.

Молния, тонкая, но ослепительно-яркая, ударила прямо в Кроу.

Кроу даже не пошевелился. Он просто стоял и смотрел, как разряд врезается в его защиту и гаснет, не причинив вреда. Тьма вокруг него даже не колыхнулась.

— Всё? — немного разочарованно спросил он.

Ортега упал на колени, тяжело дыша. Его глаза всё ещё горели ненавистью, но силы покинули его окончательно.

— Убей меня, — прохрипел он наконец. — Не тяни. Я заслужил смерть.

— Знаю, — ответил Кроу.

Он поднял посох. Тьма вокруг него сгустилась, формируясь в огромный чёрный клинок, направленный прямо в сердце Ортеги.

— Прощай, архимаг Ортега. Ты был достойным врагом.

— Я передам привет твоему учителю, — усмехнулся Ортега. — Когда встречу его в аду.

— Не стоит. Я и сам встречусь с ним раньше, чем ты думаешь. Но не сегодня.

Удар.

Тьма пронзила Ортегу насквозь. Он даже не вскрикнул — только вздрогнул и замер, глядя куда-то в пустоту широко открытыми глазами. Потом тело его рухнуло на оплавленную землю, и чёрная корка под ним пошла трещинами. Кровь медленно растеклась по стекловидной поверхности.

Кроу стоял над телом поверженного врага, глядя на него без всякого выражения. Тьма вокруг него постепенно рассеивалась, возвращаясь в посох. Вороны кружили в небе, их крики разносились над выжженной пустыней. Они объявляли победу.

Я смотрел на это с вершины башни и не мог пошевелиться. Внизу, на равнине, лежало то, что осталось от архимага Ортеги — одного из сильнейших магов этого мира. А над ним стоял мой учитель, даже не запыхавшись после боя.

Кроу поднял голову и посмотрел прямо на башню. Прямо на меня. И даже с такого расстояния я почувствовал этот взгляд — холодный, спокойный, безжалостный. Он не был злым или жестоким. Он был просто… пустым. Как у человека, для которого убийство архимага — обычное дело.

Вдали, на горизонте, всё ещё полыхало зарево — остатки того, что когда-то было лесами и полями. Десятки километров вокруг превратились в мёртвую пустыню, где не осталось ничего живого.

Это были последствия битвы двух архимагов — сильнейших существ нашего мира.

Я смотрел на Кроу и только сейчас, глядя на эту чудовищную картину разрушений, понял до конца, кто он такой.

Он — монстр в человеческом обличье. Да. Мой учитель — настоящее чудовище.