Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

— Ну ты меня немного успокоил. А то я подумала, что Ведищевой и ее группе достанется всемирная слава, а я пролечу мимо… — вновь заплакала Лида.

— Переходи в «Самоцветы», будешь петь с ними. Со временем подберем тебе репертуар. Есть у меня задумки на голос меццо-сопрано, как у тебя. Развивай его, бери дополнительные уроки у преподавателей Гнесинки. Через год-два посмотрим, что можно тебе предложить — улыбнулся я.

— И правда, чего горевать по поводу Англии! — вздохнула Лида. Ясно было, что она горюют по этому поводу — ну куда деваться от реалий нашей жизни? Надо воспринимать такую, какая она есть.

Я поцеловал свою подружку и предложил прогуляться по парку.

— Нафиг этот парк! Хочу напиться! — категорично заявила Лида.

— Ну пошли напьемся! — согласился я и мы пошли в мою столовую.

Мы с Лидой выпили по бокалу вина, она продолжала жаловаться на жизнь — ну куда деваться, обидно же! Я предложил пойти в бассейн и сауну, развеять там печаль. Лида неохотно согласилась, но я запарил веники и сделав влажный пар, напарил ее как следует, «выбил» из нее всю хандру, она блаженно улыбалась после парилки, вкушая «Бархатное» пиво из бокала. После сауны мы переместились в спальню и проспали как убитые до позднего утра.

Телефонизация

Наша IP-телефония заработала! Первый серийный коммутатор пакетов КП-1 с ИКМ-адаптером телефона занимал объем как небольшая книжка, плюс блок питания, но зато качество связи было гораздо выше обычного телефона. Тестировали качество связи между Киевом и Москвой, для этого была проложена оптоволоконная линия связи — связисты были удивлены результатами. Такое качество при обычных средствах телефонной связи недостижимо. Теперь надо было разрабатывать и изготавливать аппаратуру для массового производства, переводить все компоненты в специализированные интегральные схемы. К этой работе подключились три министерства, и к сентябрю планировался выпуск оптоволоконных модемов, как мы их привыкли называть, уже для подключения КП-1 и далее компьютеров и аналоговых телефонов. Одновременно Рижский ВЭФ начал готовить производство цифровых телефонов собственной разработки, которые могли подключаться в компьютерный порт коммутатора пакетов КП-1.

В середине мая пришла Альбина и таинственно улыбаясь, сообщила, что мы продали в институт программного обеспечения Академии наук СССР двенадцать ЭВМ «Электроника-32» и заработали еще два миллиона рублей.

— Отличные новости Альбина! — улыбнулся я. — Лет на пять теперь денег хватит и без моих песен!

— Ну Валерий Иванович, теперь мы миллионами ворочаем, надо мне штат бухгалтерии увеличить как минимум в два раза! Ну оклад главного бухгалтера должен быть побольше — потупила взор Альбина.

— Хорошо, у тебя оклад будет пятьсот рублей, остальные на твое усмотрение. А для всех наших сотрудников с этого месяца будут ежемесячные премии в размере половины оклада — сказал я.

Оклады поднимать было проблемно — финотдел горисполкома на это косо смотрел. А вот премии можно было выплачивать без ограничений, но только из прибыли, и после уплаты налогов с нее.

Лидия встроилась в концертную деятельность «Самоцветов», Маликов дальше Москвы ее не отправлял на гастроли из-за меня. Она солировала в разных концертах, брала уроки вокала у преподавателей Гнесинки, совершенствовала свое мастерство. Я занялся ее репертуаром на будущее — решил попробовать песни Уитни Хьюстон — голос у нее был как раз для этих песен.

Мы сели с моими помощницами и за неделю прокатали один альбом Уитни. Даша аккомпанировала, а Женя и Лена старались точно пропеть мелодию, обучение у лучших преподавателей Гнесинки сказывалось на их пении. К концу мая альбом был готов, и в субботу я продемонстрировал его Лидии. С ней мне не хотелось его отрабатывать, с моими помощницами этот процесс был отшлифован.

Лилия была впечатлена, первый голос был у Жени — меццо-сопрано, Лена украшала песни вторым голосом сопрано.

— Отличные песни!!! Можно с ними выступать! Девушки отлично поют! Им надо петь на сцене! — радовалась Лидия. — Отрепетировать, конечно, для эстрадного исполнения.

— Это песни для тебя. Девушки поют в самодеятельности, они же у нас инженеры — пояснил я. — Они мне помогают готовить музыкальный материал для передачи исполнителям. Все песни зарегистрированы в ВААП.

— Спасибо… Буду репетировать с «Самоцветами» — сказала Лида. — Как я понимаю, английские версии предназначены для гастролей?

— Ну да, будем надеяться, что эти песни зайдут американским слушателям. Запишем кассету и пошлем в студию грамзаписи, с которой мы записывали Веру Брейж. Они пустят для пробы эти песни в эфир, если слушателям понравятся — запишут диск-миньон для пробы. А уж в случае успеха пробного диска запишут диск-гигант с полным концертом. Да и у нас эти песни будут востребованы, на русском языке. Так что репетируй, назовем этот цикл песен «Уитни».

Июнь у нас прошел в рабочем ритме, Лида репетировала новый альбом с «Самоцветами», Юра Маликова радостно квохтал возле нее — еще одна курочка, несущая золотые яйца, появилась у него в курятнике, пардон, в кооперативе.

Ведищева и Бродская были на гастролях в Европе, принимали их хорошо. Их совместный альбом