Александр Афанасьев - Время героев ч. 2(СИ завершена)

— Вполне, мистер Воронцов. Э… вы мне могли бы оставить мне карточку. Интересно посмотреть на эту технологию вблизи.

Вообще то я намеревался выбросить ее в кузов какого — нибудь мусоровоза или подбросить в салон машины чтобы запутать следы. Но… если рассудить, что я теряю, оставляя ее здесь. Пусть разбираются, что это я делаю, мне нужно всего лишь несколько часов, не больше. Потом я покину страну.

— Забирай.

До вечера у меня оставались дела — и я потратил их для того, чтобы разгрести накопившиеся дела, посетил банк и адвокатскую контору Барр и Стрейзман, которая вела мои дела по налогам. В Североамериканских соединенных штатах вопрос уплаты налогов стоит на порядок более серьезно, чем в Российской Империи и за состоянием своего налогового досье нужно было тщательно и непрерывно следить. Все это время я внимательно смотрел по сторонам и старался находиться в местах, где было много людей.

Заглянуть — значило посетить один неприметный, но очень дорогой особняк в Вестчестере, которое СРС купило на подставную компанию, и в котором проводили совещания повышенного уровня секретности и содержали перебежчиков. Я знал так же и то, что некоторые высшие чины СРС используют хорошо обставленный особняк для встреч с дамами, когда приезжают в Нью-Йорк. Нью-Йорк — как и Лас Вегас — еще тот город греха.

Дом располагался на территории комьюнити, хорошо охраняемого частной вооруженной охраной и первым, что я увидел, подъезжая к пропускному пункту, был столб дыма, поднимающегося из-за высаженных у дороги канадских кленов, давших название коммьюнити. А потом я услышал и хриплый вой с переливами пожарного рожка — пожарные спешили на помощь.

— Что там произошло? — спросил я охранника, когда пришла моя очередь на посту пропуска. Пожарные машины уже проскочили, воспользовавшись соседней полосой для выезда с территории.

— Кажется, взорвался газ, сэр. Вы приглашены?

— Нет… кажется я ошибся. Это Дорхаус?

— Нет, сэр, это Кленовые аллеи. Дорхаус — наши соседи, вам надо проехать немного дальше по дороге и будет указатель.

— Спасибо.

— Можете развернуться там, сэр.

Ублюдки отреагировали совсем не так, как я ожидал. Они должны были пытаться выследить меня — но вместо этого они запаниковали и начали обрубать концы. Жестко и не считаясь с последствиями, нарушая неписанные этические правила взаимоотношений разведок. Какая же все таки хрень происходит?

Тем же вечером я взял билет в Боготу с промежуточной посадкой в Мехико — билет я взял до Боготы, чтобы хоть немного запутать след. Боинг 747 компании Пан Ам — надеюсь, никому не придет в голову его взрывать. А в Мехико — мой след оборвется уже капитально.

Все начиналось как обычно — ночью. Морские коммандос любят ночь, ночь укроет от чужого взгляда, ночь — это для них. Не все проснутся.

— Только вчера разведкой было получено сообщение от агента, живущего в Сантареме. По его данным в районе Рио Прето да Ева расположен новый лагерь анархистов, примерно на шестьсот-семьсот персон. Лагерь расположен около шестидесяти миль к северу от основного течения Амазонки в джунглях. Лагерь сильно укреплен, защищен минными полями и секретами, выдвинутыми на путях вероятного подхода к лагерю. Секреты, по всей видимости есть и на реке. Туда же, по всей видимости, успели завезти продовольствие и оружие. Принято решение уничтожить лагерь ударом стратегических бомбардировщиков Б52, которые взлетят с Сан-Сальвадора. Ваша задача, джентльмены — обнаружить лагерь и сообщить его координаты, остальным займутся летуны. Неизвестно даже приблизительных координат лагеря, информация базируется на пьяной болтовне в припортовом баре.

Коммандер Томас Марсинко, сам бывший «тюлень» а ныне — начальник группы управления «Коронадо», расположенной на Леди Би, ответственный за все операции в дельте Амазонки, стоял над столом, на котором была сделана — целый год горбатились! — рельефная карта оперативного района «Коронадо», захватывающего почти всю дельту Амазонии

— Вывод группы планируется с использованием двух лодок RHIB[51], которые высадят вас в районе Отель Альфа чуть ниже Манауса. Дальше, соблюдая скрытность, вы выходите к реке Рио Прета да Ева и поднимаетесь вверх по ее течению, ведя разведку по обоим ее берегам. В движении соблюдать осторожность и скрытность — по разведданным в районе большое количество боевиков из Манауса, так далеко почти не чистили, ни напалмом, ни бомбардировками. После обнаружения лагеря — а такой лагерь будет обязательно снабжаться по реке — вы ведете наблюдение, а потом передаете разведданные установленным порядком и уходите. Основной маршрут вывода группы — выходите ближе к Манаусу, вот сюда. Вас будут ждать лодки под прикрытием Т-стиков. Запасной — вертолетом. В критической ситуации — уходите сами, самое главное для вас будет — дойти до реки и подать сигнал бедствия при появлении любого патрульного судна.

Тендерстики… Еще одно новшество в речной войне. Бронированный катер-катамаран, обвешанный противокумулятивными решетками, основным калибром которого была автоматическая минометная установка «Огнедышащий дракон» калибра 120 миллиметров. На всякий случай в корме стоит Мк19, автоматический гранатомет, а в бронированной рубке — два пулемета М2, смотрящих вправо и влево. Своего рода плавающий танк, повстанцы боятся его едва ли не больше, чем вертолетов. Единственная проблема — из-за ширины он не может идти по узким протокам. Стреляют из него, обычно поставив носом к берегу, иначе отдача такая, что никакой точности и в помине быть не может. Но если Тендерстик работает — это нечто, он километров на двадцать добивает, а дальше чем на двадцать километров мало кто уходит от дельты реки. Там — красная зона, сплошная красная зона, территория, где не действуют никакие законы.

— Сэр, что делать в случае обнаружения группы?

— Как маленькие… Немедленно отходите к реке, подавайте сигнал бедствия…

— Черт… Лучше бы нас и по реке вверх доставили.

— Там от берега до берега — камнем докинуть.

— Ну, не скажи…

Речная война. Первыми, с ней столкнулись британцы во время действий в Судане, потом с этим разбирались русские в долине Тигра и Ефрата, потом североамериканцы — им пришлось воевать в юго-западной части Тихого океана. Индокитай, часть французского наследия, за обладание которым разгорелась страшная, чуть не переросшая во вторую мировую война. Речная война — война, переворачивающая всякие представления о действиях на воде. Малые речные суда — бронированные катера, мониторы, подобные тем, какие использовались в североамериканскую гражданскую войну, лодки STAB[52]. Плоскодонки с авиационным винтом и пулеметом, способные нестись по воде, по болоту и даже по земле. Патрулирование проток, болот, высадка и эвакуация малых разведывательных групп. Североамериканцы имели самый большой среди всех крупных держав опыт активных действий на речной воде — но война на Амазонке, крупнейшей реке мира была столь обширной, активной и страшной, что подобного не могли припомнить даже ветераны войны в Индокитае, стоившей американцам больше ста тысяч жизней.