Анна Гурова - Радужный змей
«Так и есть, — устало подумал Платон. — Либо этот тип из правительства, либо из местных спецслужб. Вот уж точно, из огня да в полымя. Сейчас он скажет: «Пройдемте, на улице нас ждет машина…»
— Позвольте представиться, — произнес шаранец, словно прочитав мысли Платона, — меня зовут Карел, и работаю в министерстве иностранных дел. От имени правительства рад снова приветствовать вас на Шаране. Надеюсь, на этот раз ваше пребывание здесь будет не только продолжительным, но и более приятным. Кстати, профессор, вы случайно не голодны?
Платон хотел ответить отрицательно, но внезапно вспомнил, что не ел почти сутки, и замялся с ответом. Карел правильно истолковал его колебание и рассмеялся.
— Так я и думал, что на корабле никто не догадался нас накормить. Пойдемте перекусим, заодно и поговорим. Я знаю одно местечко в центре…
— Нам далеко ехать?
— Нет, это совсем близко.
Когда Платон и Карел вышли из здания космопорта, археолога ждал еще один сюрприз, на этот раз приятного свойства. Снаружи было не только светло, но и тепло, как в помещении; над головой, на высоте нескольких сотен футов, бушевала метель, но ни единая снежинка не долетала до безупречно чистого тротуара. В первое мгновение Платон удивился, но потом вспомнил о прозрачном куполе, защищавшем столицу от внешнего мира.
Они оказались на широкой, немноголюдной улице. Изредка им навстречу попадались высокие шаранцы с бледной кожей, преимущественно служащие правительственных учреждений, или кряжистые наемные рабочие, еще не успевшие устроиться на одну из многочисленных шахт. Женщин встречалось очень мало. Дома все, как один, напоминали офисы; вывески зазывали то в банк, то в юридическое бюро, то в контору по найму персонала. Пройдя полтора квартала, Платон не встретил ни одного бара или казино, которые на подобных индустриальных планетах обычно попадались на каждом шагу.
— Не тоскливо вам здесь жить? — не удержавшись, спросил он Карела. — С ума ведь сойдешь от непрерывной работы.
Тот беспечно пожал плечами.
— Шаранцы не любят впустую тратить деньги — они слишком дорого нам достаются. За достаток часто приходится расплачиваться здоровьем, а то и жизнью. Рабочие обычно заключают долгосрочный контракт и одновременно открывают счет в банке — это выгодно и разумно. Что касается развлечений, в Шленкер-сити есть городская филармония.
Платон поморщился.
— А где тут ближайшее казино?
— На Пифее, — хладнокровно ответил Карел.
Желтоватые стены и ситцевые занавески ресторана были выдержаны в безупречном шаранском духе. Платон на обстановку не жаловался, хотя у более чувствительного человека она вызвала бы приступ вселенской скорби — археолог жадно, не глядя по сторонам, поедал антрекот со сложным гарниром. Карел, заказавший себе чашечку кофе, с умилением наблюдал за оголодавшим профессором.
— Вам пришлось перенести множество совершенно напрасных лишений, — мягко сказал он. — Я, как представитель правительства Шарана, не могу не испытывать по этому поводу угрызений совести. Но всему виной этот несчастный захват астероидов, повлекший за собой цепь роковых совпадений. Я прекрасно понимаю ваши чувства: археолог прибывает в незнакомую звездную систему с чисто научными целями, и вдруг ни с того ни с сего по радио объявляют, что он представляет угрозу безопасности для общества и государства! Как тут сохранить здравый смысл и присутствие духа!
Карел деликатно хихикнул. Платон с ледяным выражением лица пододвинул к себе тарелку с салатом.
— Иными словами, лично я вам сочувствую и вполне понимаю, почему вы решились бежать таким необычным способом, — продолжал шаранец. — Это решение было, очевидно, принято спонтанно. Готов поручиться, вы не раз упрекнули себя за непродуманные действия.
Некоторые, возможно, могли бы сказать, что уж слишком все прошло гладко. Почему никто не заметил вас, когда вы выскакивали в багажное окно? Каким образом вам удалось найти и зафрахтовать корабль в течение пятнадцати минут — если, конечно, он не был подготовлен заранее? Почему через сутки после отправления с базы ХТ 2364 яхта «Бетельгейзе» пропала с мониторов патрулирующих крейсеров? Эти неувязки можно истолковать в крайне неблагоприятную для вас сторону. Но, с другой стороны, разве они действительно не могут быть цепочкой случайных совпадений — небрежности таможенников, продажности портовых рабочих, поломки радара? По крайней мере, я первый готов спорить с кем угодно, что это именно так и было.
— Я рад это слышать, особенно от вас, — заявил Платон с невозмутимым лицом. — Нельзя ли еще один антрекот?
Карел оглянулся по сторонам и подозвал официанта. «Какое там министерство иностранных дел! — мрачно подумал археолог, искоса рассматривая лучащееся доброжелательностью симпатичное лицо Карела. — Это даже не служба госбезопасности, скорее, военная разведка. Детали моего побега ему известны слишком хорошо, и он даже не пытается это скрывать. Интересно, что он хочет из меня вытянуть? На кого я работаю? И что я ему на это могу ответить? А я-то надеялся, что эта история давно забыта!»
— Короче говоря, — сказал Карел, снова поворачиваясь к собеседнику, — разрешите принести вам извинения от шаранского правительства — впрочем, вы уже получали их по сетевой почте — и поздравить вас со счастливым окончанием этой неприятной истории. Отныне земля Шарана для вас абсолютно безопасна. Будьте здесь как дома: гуляйте, развлекайтесь, работайте, ведите исследования. Правительство предоставляет вам номер в первоклассной гостинице — разумеется, бесплатно — и кредит в одном из банков. Если у вас появится желание, я могу организовать для вас экскурсию в любую точку планеты.
— Например, на урановые шахты, — съязвил Платон.
Карел рассмеялся.
— Похоже, на Сильванге вас основательно запугали. Вы что, не верите моим словам? Хотите, съездим и на шахты. Вы убедитесь, что условия труда на них отнюдь не так ужасны, как это расписывают серокожие. Люди едут туда на заработки со всех уголков галактики, а вы боитесь прямо как ребенок, честное слово!
— Вы ошибаетесь, — холодно ответил Платон. — Я ничего не боюсь. Но ваши скрытые угрозы и чрезмерная осведомленность о моих делах плохо вяжутся с образом предупредительного мидовского чиновника.
Карел убрал с лица лучезарную улыбку.
— Вот банковская карта и ключ от номера. Я вас уверяю, вам никто не угрожает, и нам от вас ничего не нужно. Вы совершенно правы: мы здесь полностью в курсе ваших проблем трехмесячной данности. Но дело это прошлое, закрытое и никому уже не интересное. Я даже не буду вас спрашивать, как вы вывели из строя радар на «Бетельгейзе». В общем, делайте что хотите, занимайтесь своими делами — никто вам не помешает. Разрешите, по долгу службы, задать вам один вопрос?