Андрей Колганов - Обычная жизнь

"А — а. Я думала, ты про Витьку".

"Про него что говорить! Тут все ясно. Музейный экспонат — реликтовый образец пещерного человека. Их таких дурь только тяжелыми предметами выбить можно", — заключила Гаврилина.

Настя немного странно посмотрела на нее, но не стала ничего говорить, хотя ее так и подмывало ляпнуть несколько слов поперек. Она вовремя сообразила, что между этой женщиной и Сергеем лежат какие то давние, непонятные и неизвестные ей отношения. Но все же она была не согласна с Татьяной. Никакой Мильченко не нахал. Если другие ребята то и дело при случае откровенно пялились на нее, а то и пытались заигрывать — особенно Витька, который так и пер напролом, — то сержант вел себя очень корректно. Даже слишком корректно.

Как будто перед ним не вполне симпатичная молодая девчонка, а пустое место. Боевая функция…

С шести часов утра группа Мильченко стала выходить на позиции. Сержант указал каждому его сектор, а конкретную позицию они выбирали самостоятельно. Однако с Настей сержант отправился сам.

Рев двигателей раздался около полудня. На опушку, там, где из леса выходил один из проселков, на полном ходу выскочила боевая машина пехоты, за ней — юркий открытый "джип", следом — еще одна БМП. Не сбавляя скорости, они пронеслись к опорному пункту Центральных. Настя хорошо видела, как бээмпэшки прикрыли "джип" своими бортами, как из люков десантного отделения выскочила вооруженная охрана в черной форме, и Боковлев, которого она знала только по устным описаниям сержанта, лишь на мгновение мелькнув между своими людьми, скрылся в одном из домиков опорного пункта.

Ночная темнота уже опускалась на лес, а Боковлев так и не показался. Мильченко, используя те же радиостанции с маленькими наушниками, что и при атаке на соляной конвой, скомандовал "отбой".

Когда вся группа, с большими предосторожностями пробиравшаяся по лесу, собралась в лагере, было уже начало двенадцатого. Сергей тихо произнес:

"Меняем замысел. Нападаем через час. Все берут приборы ночного видения, и по моему сигналу атакуем опорный пункт с пяти сторон. Задачи будут такие", — и он принялся перечислять:

"Таня, пойдешь со своими двумя пистолетами. Наденешь черные колготки и черный свитер. Твоя задача — пробраться как можно ближе к дому, где сейчас Боковлев, и приблизиться к нему на дистанцию огня из "Гюрзы". Маловероятно, но в панике все может быть.

Я и Алексей идем с разных направлений с гранатометами. Наша задача — обстрелять тот же самый домик, чтобы выкурить оттуда Боковлева.

Захария идет со своим пулеметом, Костя возьмет мой ручной. Ваша задача — стрелять и попадать. Больше ничего.

У Насти задача прежняя".

Настя, сидя на большой разлапистой сосне, стоявшей на опушке, глядела в ночной прицел, установленный на противотанковом ружье, и различала лишь неясные зеленоватые силуэты и ослепительно — зеленые вспышки выстрелов. — "Как же я узнаю Боковлева?" — с тревогой подумала она. Однако это оказалось не самым сложным.

Это была страшная ночь. В опорном пункте грохотал бой. Нападение было неожиданным. Враг появился в ночи, невидимый, неуловимый — только вспышки выстрелов отмечали его присутствие. Но, несмотря на безлунную ночь, эти выстрелы удивительно точно ложились в цель.

Издали бой был даже в чем то красив. Пунктиры трассирующих пуль и огоньки, плясавшие у дульных срезов оружия, веселым фейерверком расцветили опорный пункт. Однако искры этого фейерверка жалили смертельно. Центральные были напуганы, но не растеряны, и не ударились в панику. Они быстро сообразили, что нападающих немного, и старались отвечать на каждую вспышку выстрела плотным огнем, искупавшим невозможность точного прицеливания.

В ночной прицел было видно, как у дверей домика появилось сразу несколько человек Издалека можно было догадаться, что они образовали кольцо, внутри которого — только один человек. Тот самый.

Настя упорно пыталась поймать его в тонкое перекрестье зеленоватых штрихов. Нет, только голова изредка мелькает между голов охраны. Ну, что ж… Вот он, момент! Приклад с кожаной подушечкой с силой ударил в плечо, зеленоватый силуэт головы в прицеле резко дернулся и пропал, ушел куда то вниз. Теперь — уносить ноги.

"Всем — отбой!" — крикнула Настя в микрофон, отсоединила прицел от ружья, убрала прицел в подсумок, а ружье сбросила вниз, тут же скользнув вдоль ствола за ним следом.

"Всем — отходить!" — продублировал ее слова Сергей. — "Алексей! Оставшиеся гранаты — по бронецелям!"

В опорном пункте взревел мотор БМП и гусеничная машина, раскачиваясь и подпрыгивая на неровностях почвы, выскочила на открытое пространство, и, не разбирая дороги, на скорости почти в 70 кмчас рванула к лесу. Через десяток — другой секунд она скрылась за черной стеной деревьев.

Другой повезло меньше. Огненно — хвостатый след гранаты прочертил ночную тьму, и впился в башню боевой машины. Когда перестрелка затихла, в опорном пункте тремя кострами горели подожженные бронемашины и танк.

В лагере собрались все. Как ни удивительно, никто не был даже скольконибудь серьезно ранен. Только Таня Гаврилина появилась с залитым кровью лицом, но и то пояснила — "разодрала лоб об сук, когда бежала".

Главный вопрос был — решена ли задача?

Настя отвечала неуверенно:

"Вроде бы попала…"

"Что значит — вроде бы?" — недовольно переспросил Сергей.

"Я выстрелила — он упал. Больше я его не видела", — стараясь сдержать эмоции, сухо доложила Настя.

В разговор вмешалась Таня Гаврилина:

"Я тоже видела. Там было шагов пятнадцать. Мне удалось снять двоих из его охраны, но самого было никак не достать. Пуля ударила в голову, он упал, охрана его подхватила, засунула в БМП — и ходу. Вот и все", — она пожала плечом.

"Ладно. Подробности узнаем потом. А сейчас надо сматываться", — подвел итог обсуждению Сергей.

Не мешкая, двинулись на юг. Мильченко поторапливал группу:

"После такого дела нам на хвост постараются сесть обязательно. Всех поднимут. А если у них розыскные собаки есть…" — он про себя чертыхнулся. Не подумал он об этом. Нет ничего, чтобы сбить собак со следа.

Однако досталось им не от собак.

Сергей Мильченко еще не знал, что по их следу идет небольшой, но хорошо подготовленный отряд. Его командир был достаточно опытен, чтобы и без помощи розыскных собак обнаружить след шести человек в лесу. Поначалу, когда Сергей держал высокий темп движения, преследователи никак не могли их настичь. Но направление движения группы Мильченко уже было известно в штабе Центральных. И на вероятном направлении их отхода выставлялись многочисленные посты и засады.