Андрей Колганов - Обычная жизнь
"Ну, северный можно исключить…" — неуверенно протянул Сергей.
"Это с какой же стати? Может, он именно его и выберет, чтобы нас запутать?" — агрессивно возражала Гаврилина.
"Я бы предложил поступить иначе", — вдруг вмешался в разговор Захария. — "Я бы дождался, когда он приедет, когда соберет командиров, и тогда — накрыл бы всех сразу!"
"Заманчивая идея", — довольно ехидно заметила Гаврилина, — "был бы у нас взвод самоходок, не было бы ничего проще".
Неожиданно для самой себя Настя в том же тоне заметила:
"Ага, они бы своим грохотом распугали бы всех за полкилометра, и не в кого было бы стрелять".
"Куда ни кинь, все клин", — меланхолически резюмировал Таланкин.
"Постойте, не суетитесь", — снова заговорил Мильченко, — "пожалуй, Захария прав, — это единственный способ. Дождаться, когда он соберет совещание, — ведь какоенибудь совещание он должен же собрать! — и ударить".
"Чем ударитьто?" — вскинулась Гаврилина.
"У нас одна возможность — использовать снайпера". — Сержант выразительно посмотрел на Настю.
"Нас близко не подпустят к отряду!" — продолжала настаивать Гаврилина.
"Если удастся подойти на полкилометра — можно стрелять", — промолвил Мильченко. — "А сегодня я подобрался ближе".
"Наверняка, если прибудет Боковлев, они выставят вокруг своего расположения дополнительные посты, и выдвинут их достаточно далеко. Безопасностью у него не круглые дураки занимаются". — Гаврилина не желала сдаваться.
"А мы всетаки попробуем", — жестко ответил Мильченко, и стал ставить задачу, давая понять, что дебаты закончены. — "С завтрашнего утра занимаем позиции по периметру опорного пункта Центральных. Настя, как только приедет Боковлев, и попадет в поле зрения твоего прицела — стреляй. Если соберет совещание — тем лучше. Не соберет — снимай одного. Работать будешь не с СВД, а с противотанковым ружьем — у него дальность прямого выстрела больше. Сейчас же проверь оптику. Даю тебе два выстрела, после чего мы начинаем работать изо всех стволов. Работаем максимум три минуты, после чего отходим в лагерь. Здесь будет место сбора. Запасная точка встречи — здесь". — Мильченко показал на карту. — "Это заброшенное лесничество в шестнадцати километрах от главной железной дороги".
Сергей свернул карту, пробормотал, — "ну, с этим пока все", — встал и скомандовал:
"Галактионов — в караул, остальным даю полчаса, чтобы искупаться, сменить одежду и приготовить все к завтрашнему делу".
Гаврилина отправилась купаться вместе с Настей, разделась, но в воду далеко не заходила — ее тело под грудью было перебинтовано, и с левого бока на повязке виднелись засохшие бурые пятна крови. Слегка ополоснувшись, она вылезла на берег, вытерлась и оделась.
"Я поброжу тут немного, а ты пока купайся", — бросила Таня и медленно пошла вдоль берега.
Неподалеку слышался шум и плеск, который производили купающиеся ребята. Настя, отплыв подальше и первернувшись на спину, увидела, как они ныряют с берега в воду шагах в двадцати от нее. Она развернулась, поплыла обратно к тому месту, где оставила вещи, и, нащупав ногой дно, стала выбираться на берег. Вдруг почти прямо за ее спиной громко плеснула вода.
Настя обернулась как раз в тот момент, когда Витька, вынырнув рядом с ней из воды, бросился мимо нее к берегу, с шумом расплескивая воду. Выскочив на бережок, он подбежал к ее одежде и остановился, повернувшись навстречу Насте и глядя на нее в упор чуть насмешливым взглядом. Та решила игнорировать эту наглую выходку и направилась прямиком к своей одежде.
"Отойди!" — коротко бросила она Витьке, нахально стоявшему у нее на пути.
"Да куда ты торопишься?" — удивился он. — "Кроме того, так тебе гораздо больше идет", — он сделал рукой неопределенный жест и вдруг неожиданным движением схватил ее за оба запястья. Она рванулась, но безуспешно — хватка его была очень сильной.
"Тише, тише, не рвись!" — громко зашептал Витек. — "Не бойся, не обижу. Вот увидишь". — Он пытался справиться с ее сопротивлением и притянуть поближе к себе.
Настя не желала кричать и звать на помощь. Молча она продолжала попытки вывернуться из мощного захвата Виктора. Однако они ни к чему не привели. Тогда Настя ослабила сопротивление, неожиданно улыбнулась, нарочито обмякла, позволила Витьку прижать ее к своему телу и резким ударом всадила колено ему в пах.
Захария издал короткий сдавленный стон, непроизвольно согнулся, но не расцепил своей хватки. Однако теперь Насте удалось резким рывком выкрутиться из слегка ослабевшего захвата. Его охватила слепая ярость, он разогнулся и бросился на девушку, тут же получив короткий встречный удар в нос. Это не успокоило его, но слегка отрезвило. Витек остановился, встал в боевую стойку и неожиданно ловко нырнул прямо на кучку настиной одежды. Прекатившись в сторону, он снова вскочил на ноги, но теперь в его руке блеснул настин десантный нож.
Неизвестно, чем кончилось бы дело, но тут Настя сделала круглые глаза, уставившись на какуюто точку у него за спиной, и коротко выпалила — "сзади!".
"Врешь, меня на дешевку не купишь", — усмехнулся Захария и медленно двинулся на Настю, оттесняя ее к кустам. Внезапная резкая боль пронзила его правую руку от локтя до запястья, рука онемела и едва удержала нож. Он стремительно развернулся в сторону нового противника. Перед ним, нехорошо улыбаясь, стояла Таня Гаврилина. Не успела еще его рука приобрести прежнюю чувствительность, как она ударом ноги вышибла нож из онемевших пальцев.
"Ну, петушок, иди сюда!" — ласково позвала она. Краем глаза Захария уловил, что Настя идет с ним на сближение. Вздохнув с досадой, он снова развернулся, в два прыжка достиг берега и столкнулся лицом к лицу с сержантом, стоящим в воде по пояс.
"Решил развлечься?" — голос Сергея был спокоен.
"Не твое дело!" — грубо выкрикнул Витька и, подняв тучу брызг, нырнул вбок, вдоль берега, обходя сержанта.
"С вами все в порядке?" — спросил Мильченко, обращаясь к Тане и лишь мимолетно скользнув взглядом по обнаженной Насте.
"В порядке, в порядке! Плыви, соколик, не засматривайся!" — ответила ему Таня и махнула рукой. Сергей, не говоря больше ни слова, оттолкнулся и поплыл к середине озерка.
"Каков нахал!" — покачала головой Таня. — "Тут дамы не одетые, а он прется себе, как ни в чем не бывало! Никакого воспитания".
"Ты о ком это?" — заинтересовалась Настя, откладывая в сторону полотенце и натягивая на себя футболку.
"Как о ком?" — удивилась в ответ Таня. — "О нахале этом, о Сережке".
"А — а. Я думала, ты про Витьку".
"Про него что говорить! Тут все ясно. Музейный экспонат — реликтовый образец пещерного человека. Их таких дурь только тяжелыми предметами выбить можно", — заключила Гаврилина.