Николай Раков - Волки пустыни
Видимо, на какое-то время камера была отключена. Экран померк, а когда вновь засветился, то объектив вновь был направлен на знакомый вход пещеры, откуда через несколько секунд вырвалась струя огня, пыли, осколков и дыма. Взорвали, поняла Сирена. По экрану навстречу теперь двигался только песок под ногами идущего. Вот крупно попало заднее колесо броневика, его открытые десантные двери и огромные во весь экран руки штурмовиков, поднимающие на порог машины священный кристалл силы, скрытый примитивной маскировкой. Двери захлопнулись, и видеоклип, стоящий жизни шести человек, разрушенного храма и похищенного священного предмета, завершился.
Два других просмотренных девушкой видеоэпизода были аналогичного сценария, за исключением еще одного незнакомого зала, выполненного в форме шара. Надписи на его панорамной стене были исполнены хаотично, что не дало возможности определить начало или конец текста. Везде гибли жрецы и уничтожались местные святыни.
— Есть какие-нибудь соображения? — услышала Сирена за своим плечом голос Шамана.
— Варвары и убийцы, — ответила она.
— А если без эмоций?
— Без эмоций надо посмотреть еще.
— Сделай это, — проговорил Шаман, выпрыгивая из кабины.
Она еще трижды просмотрела запись, прежде чем у нее появились выводы, способные придать поискам хоть какую-то целенаправленность.
— Где Шаман? — спросила она Колдуна, когда не обнаружила командира в зале.
— Пошел с Самумом и вашим спасенышем на свежий воздух. Парнишка пришел в себя и как только увидел, где находится, так чуть не помер со страху. Руки, ноги трясутся, всего перекосило. Самум сразу понял, в чем дело, и потащил этого маломерка наружу.
Идти за командиром не было смысла. Допрос бывшего пленника гаюнов наверняка велся на местном языке, изучению которого фанатик-лингвист Самум, да и сам Шаман уделяли все свое свободное время.
— Колдун, скажи, — обратилась она к инженеру. — Ты просмотрел запись кристалла Ю-Гира?
— Да смотрел.
— Нашел что-нибудь интересное?
— Кое-что там есть, но надо будет дополнительно проверить один момент. Думаю, что один кристалл у нас в кармане.
— Это как?
— А вот сейчас слеплю один аппаратик, — продолжая работать монтажным бластером, ответил инженер, — и он, как хорошая ищейка, поведет нас по следу.
— А след от чего будем брать?
— От броневика, естественно.
— Так он исколесил всю пустыню, пока за нами гонялся.
— А нам вся пустыня нужна как козлу баня. Гаюны народ расчетливый, у них каждый грамм топлива на счету.
— А при чем тут топливо?
— В броневике есть курсограф. Он пишет на карте маршрут движения. Все остановки на нем фиксируются точками. Учет и контроль, с этим у гаюнов строго. Лишнего грамма не сожжешь без учета, лишнего километра не проедешь. Если Ю-Гир на этом броневике ездил на уничтожение святилищ, осуществлял их подрыв, а потом вывозил и прятал кристалл, то это задача для ребенка. Пройдемся по точкам и дело сделано.
— Он ездил на разных машинах.
— А ты откуда знаешь?
— Я несколько раз просмотрела запись. Кристаллы каждый раз грузили разные штурмовики.
— Ну и что это доказывает? Его отряд может состоять из нескольких десятков человек.
— Правильно. Но он перед смертью сказал Шаману, что спрятал кристаллы. Скажи, будет ли разведчик считать, что вещь спрятана, если о ее местонахождении знает больше десятка человек.
— Нет, естественно. Ну и какой вывод?
— Он их убил.
— Ты хочешь сказать, что он убил солдат, которые помогали ему прятать кристаллы.
— Да. Я вообще ломаю голову над вопросом, почему он спрятал кристаллы, а не уничтожил их, если боялся, что они опасны для гаюнов?
— По этому вопросу я могу тебе кое-что объяснить, — хитро улыбнулся Колдун. — Это не просто кристаллы. Я провел маленький спектральный анализ и выяснил, что это изумруды.
— Ограненный изумруд чуть меньше тонны, — в голосе Сирены звучали восторг и удивление. — Вот это попалась нам планетка. Какого же размера и веса был сам необработанный кристалл? Понимают местные парни толк в хороших вещах. Надо же. Выбрали себе в качестве объекта поклонения камешек.
— Ты знаешь, они его не выбирали. Вспомни, где находились изумруды.
— В центре залов святых мест.
— Правильно. Пирамида. Конус. Шар. Все эти три фигуры являются концентраторами энергетики, а центром, аккумулятором этой энергии являлись изумруды. Этот камень по своим физическим свойствам способен исцелять, повышать энергетику человека. Я думаю, дает возможность местным парням управлять сущностями, которых эта энергетика притягивает. Об этих его свойствах знают уже давно, видимо, и здесь на Сохаре. Так что драгоценным камнем для сохарцев он не являлся, а был только священным камнем или камнем силы.
— Так ты считаешь, что Ю-Гир спрятал камни для себя и своего босса Ю-Сима?
— Конечно. В любом обществе деньги — это власть. А большие деньги…
— Это очень большая власть.
— Да, благодаря этим изумрудам Ю-Сим может стать императором.
— То-то он притащился на планету.
— А ты уже гордилась, что это он прилетел лично за тобой?
— Было такое, не скрою.
— Скоро здесь станет очень жарко. Охота за золотым тельцом не знает ни усталости, ни пощады, и мы на ее острие.
— А ты Шаману сказал о изумрудах? Может, просто отойдем в сторону. Пусть этот Ю-Сим ищет и забирает их себе. У нас другая задача.
— Похоже, ты права. Позвоним Ю-Симу, расскажем ему, что нечаянно убили его приближенного Ю-Гира, о гигантских изумрудах мы ничего не знаем, и попросим нас по этому вопросу больше не беспокоить.
— Да ты прав, звучит смешно.
— Скоро будет не до смеха, когда за нами станет охотиться парочка дивизий десантников. У главы разведки хватит власти получить во временное пользование двадцать пять тысяч головорезов.
— И что же нам делать? — с тревогой в голосе спросила Сирена.
— Как можно быстрее ассимилироваться и стать друзьями Базы.
— Ты знаешь, как это сделать?
— Ни в малейшей степени.
Они еще некоторое время обсуждали различные варианты сложившейся ситуации, но не пришли к какому-либо решению, способному однозначно гарантировать выполнение поставленной командованием задачи и сохранение их жизней.
Оба нетраца вернулись в зал только спустя несколько часов, но Самум, захватив с собой персоналку, сразу ушел продолжать работу с Чохаром, так звали спасенного аборигена.
— Пойдем, — позвал Шаман девушку и двинулся в сторону плиты в центре зала. Забравшись на нее сам, он помог подняться Сирене, протянув сверху руку, и, когда она оказалась рядом, пояснил: