Фантастика 2026-167 - Елена Глазырина

Пулемётчики тоже получили обновку — единый пулемёт ПКС, под тот же патрон, что и СВК. По ощущениям Варенцова, пулемётчики начали накрывать цели гораздо чаще, причём на большей дистанции, чем раньше.

«Против такого лома нет приёма», — подумал Иван. — «Кроме другого такого же лома».

Обделёнными, как оно обычно и бывает, остались обычные мотострелки, воюющие с АК-74М и обещанием Минобороны о разработке некоего нового патрона, под который будет разработан новый автомат.

«А если патрон ещё не разработан, то это очень долгая история», — давно решил для себя Варенцов. — «Сначала патрон будут рожать в муках, затем автомат, а там уже и новое тысячелетие, новые требования — уже и не надо будет…»

Поправив ремень поднятой с мертвеца FN FAL, он снял с пояса фляжку и сделал из неё несколько небольших глотков.

С водой тут такие же проблемы, что и в Афганистане, поэтому нужно экономить, если нет желания пить хлорку. (1)

Спереди раздался грохот — это отстрелялся танк. К нему почти сразу же присоединились БМПТ, открывшие огонь из 30-миллиметровых автоматических пушек и 40-миллиметровых автоматических гранатомётов.

Из-за того, что в каждой БМПТ по два автоматических гранатомёта, в экипаже находятся два их наводчика, но по итогам испытаний в Анголе, Югославии и тут, в ЮАР, наверху решили, что гранатомёты лишние и обещано, что новая версия БМПТ-80 будет уже без них.

По мнению Варенцова, гранатомёты — это очень ситуативная вещь. Бывают моменты, когда без них никуда, но в большинстве боевых ситуаций они совершенно не нужны, а это ведь два дополнительных члена экипажа, которые сидят в БМПТ постоянно и занимают пространство.

Его мнения, конечно, никто не спрашивал, поэтому он держит его при себе, но, видимо, не он один так считает, поэтому в новой модификации БМПТ членов экипажа будет всего три.

— К бою! — скомандовал старшина, когда услышал характерный звук.

Все члены его взвода залегли на месте.

А звуком был пуск ПТУР — возможно, с одного из БМПТ. Если это так, то у противника замечена бронетехника, что гарантирует танковый бой.

Встречаться с танками Ивану не хотелось, поэтому он всегда готов оставить это танкистам.

Он увидел, что лежащий в четырёх метрах от него радист что-то внимательно слушает.

— Сергеич, кэп на проводе! — сообщил радист. — Приказал отходить на исходные! Впереди бронетехника — духи наступают по-крупному!

Значит, сбылись опасения Объединённого командования — белые духи давно замышляли мощный удар, с целью оттеснения миротворцев за Оранжевую реку.

— Взвод! — гаркнул Варенцов. — Отходим!

Примечания:

1 — Хлорка — так воины-интернационалисты называли воду, дезинфицированную с помощью препарата пантоцид. В одной таблетке пантоцида содержатся 3 миллиграмма активного хлора, который и отвечает за геноцид всего живого в воде, но ценой за это служил выраженный хлорный привкус.

*СССР, РСФСР, Москва, Кремль, Сенатский дворец, 24 апреля 1995 года*

— Как слышите меня, товарищ Бутрос-Гали? — спросил Жириновский.

— Слышу вас хорошо, господин Жириновский, — ответил генсек ООН.

Эскалация в бывшей ЮАР застигла Жириновского на даче в Белеутово-7, а Бутроса-Гали в отеле, в Женеве.

Лететь куда-то, чтобы посовещаться, времени не было, поэтому Жириновский предложил генсеку поговорить по защищённому каналу связи в советском генеральном консульстве.

— Итак, сразу перейдём к делу, — сказал Владимир. — Наступление сил ОСГ и Трансвааля на НДРК и Капскую республику — это очередное свидетельство того, что каждую нашу мирную инициативу агрессоры воспринимают, как слабость и используют в своих интересах. Высокие потери, понесённые контингентом — это плевок в лицо самой идее ООН! А сожжённые деревни в зоне контроля миротворцев — это геноцид мирного населения! Вы готовы терпеть это и продолжать бессмысленно взывать к продолжению переговоров⁈

Советский миротворческий контингент, по состоянию на сегодняшнее утро, потерял тринадцать человек убитыми и тридцать восемь человек ранеными. Точные потери остальных контингентов Жириновскому ещё неизвестны, но есть сведения, что они тоже тяжелы.

— Я понимаю, к чему вы клоните, Владимир, — произнёс генсек ООН. — Вы хотите убедить меня в необходимости расширить миротворческий контингент в ЮАР и подготовить контрнаступление для принуждения ОСГ и Трансвааля к миру.

— Дайте хотя бы разрешение на применение авиации! — попросил Жириновский. — Контингент несёт потери из-за того, что вынужден ограничиваться, а ОСГ и Трансвааль бьют в полную силу!

— Этот вопрос необходимо обсуждать на заседании Совета безопасности… — начал отвечать Бутрос-Гали.

— Мы это обязательно обсудим, — согласился с ним Жириновский. — Но мне нужно, чтобы вы рекомендовали расширение мандата. Если это предложу я, то США обязательно наложат вето.

— Они, в любом случае, наложат вето на это предложение, — сказал на это Бутрос-Гали.

— Но попробовать вы должны, — потребовал Владимир. — Тогда никто не скажет, что вы не сделали всё, что могли.

— Хорошо, Владимир, — произнёс Бутрос-Гали. — Так тому и быть — я выдвину предложение.

— А я поддержу его со своей стороны, — ответил на это Жириновский. — До встречи, товарищ Бутрос-Гали.

— До встречи, господин Жириновский, — попрощался с ним генсек ООН.

Владимир положил трубку и посмотрел сначала на Александра Александровича Бессмертных, а затем на Константина Эдуардовича Гаськова.

— Ну? — спросил он. — Что будем делать?

В ЮАР всё оказалось куда сложнее, чем он ожидал. Столетиями копившиеся противоречия разом выплеснулись, что само по себе очень плохо, но всё осложнилось тем, что страна стала ареной для грызни между сверхдержавами.

— Подразделения капской армии завершат подготовку только через два месяца, — сообщил Гаськов. — Я запросил сведения у ГРУ — раньше завершить никак нельзя, иначе будет недостаточное качество.

В СССР, в тренировочные лагеря в Узбекской ССР, прибыли шесть с половиной тысяч добровольцев из Капской республики — их передали под опеку 15-й отдельной бригады специального назначения, которая занялась превращением гражданских лиц в квалифицированных солдат.

Климатические условия в Узбекистане несколько иные, но более близкого к ЮАР климата в пределах СССР, с наличием там подходящей инфраструктуры, не нашлось.

Африканцы из цветных, вызвавшиеся добровольно вступить в Вооружённые Силы Капской республики, проходят подготовку там же, где когда-то готовился к отправке в Афганистан сам Жириновский — он до сих пор с ностальгией вспоминает те времена.

Офицеров и сержантов готовят по ускоренной программе, что создало определённые проблемы, так как пришлось отбирать англоговорящих добровольцев и готовить англоязычную программу подготовки.

Все понимают, что миротворцы, в конечном счёте, уйдут, поэтому срочно нужны полноценные армии для Капской республики и НДРК, чтобы им было, чем защищать территориальную целостность новой страны и поэтому ведётся подготовка кадров для всех родов войск.

Отдельно готовят 4000 добровольцев из народа