Василий Клюкин - Коллектив Майнд

Снова вспомниво Викки, Айзек растерянно ощутил похожие чувства, что он испытывал к Мишель. «Ладно,еще будет время разобраться», – решил он.

Немного успокоившись,ребята стали размышлять, что им нужно, чтобы отправиться в дорогу и как туда добираться.У Айзека на этот счет имелось четкое мнение, но он знал, что Байки будет против,мечтая поехать на мотоцикле, и прежде чем поднять тему, долго подбирал слова. Какбудто размышляя вслух, он говорил, что для слежки за магазином нужен бы какой-нибудьнеприметный фургончик. И до Сардинии доехать надо, желательно, на машине, потомучто на мотоцикле особо не поболтаешь. Вещей с собой набрать, крыша над головой,все дела. Если все пойдет успешно, то они вообще вернутся не одни. В конце концов,Байки сам понял, решение Айзек уже принял. Машины у них не было, только мотоцикл,и откуда он могли бы взять вэн?

– Скажи, Байки,а нельзя ли у твоей тусовки одолжить какой-нибудь фургончик? Как вариант, обменятьна что-нибудь, что ценится в твоих кругах?

– Айзек, ты нехочешь, чтобы мы ехали на моем Харлее, и ты намекаешь, что нам откуда-то надо взятьмашину? И поскольку откуда-то она взяться не сможет, я должен Харлей продать илиобменять? Ты что совсем охренел?!

Айзек виноватокивнул. Спасибо, мол, Байки, что мне не пришлось самому это озвучивать.

Байки буквальновзорвался и стал горячо возражать, рассказывая о том, что Харлей – это его жизнь,его брат, любовь и его судьба. А все это не продается и не разменивается. Ни навремя, ни навсегда.

– Друзей, женщини мотоцикл я никому в жизни одалживать не собираюсь!

Но так получалось,что спорил он скорее сам с собой, ведь вслух мысль об обмене Харлея прозвучала отнего. Байки был неслабым аналитиком и понимал, что оказался в тупике. Его собственнаялогика загоняла его желания в угол.

– Пойми, Айзек.Вот ты говоришь: фантазия, креатив. Да, каждому, кто не веджи, хочется самовыразиться.Не все пытаются, но каждому хочется. Музыканты воплощают себя в музыке, ученые -в науке, а я – в своем мотоцикле! – Байки был взвинчен. – Это больше, чем простотехника. Это мое alter ego! Я не могу его продать или поменять!Это я сам! Он бы меня не продал! Мы, байкеры, не такие.

Вот один пареньв баре рассказывал, у него спортивный мотоцикл, и его как-то вызвали в суд за превышениескорости. А он судье убедительно доказывал, что на скорости двести семьдесят километровв час невозможно прочитать знак о превышении скорости. Судья, в прошлом самбайкер, присудил минимальный штраф и выписал официальное предупреждение. А мог запростомотоцикл конфисковать. У нас так.

Мой Харлей – этомоя причастность к большой семье, к людям, которые стремятся к свободе и не зависятот правил и власти. От этой гребаной системы, с которой мы хотим бороться… Он мойбоевой друг! А я должен потерять друга ради борьбы? Что бы ты выбрал, Айзек? Мыне они, у нас есть сердца!

Байки говорили говорил, все больше разубеждая себя и проклиная обстоятельства. Он мрачнел и злился,понимая, что выхода у них нет.

– Ладно, Айзек,пусть эта долбанная система подавится моим Харлеем. Решено, продаю. Это будет нежертва, это будет железная кость в их горле. Только я не могу это сделать сам. Яотправлю тебя к своему товарищу. Он давно спрашивает про мой байк. Точно выкупит.Лучше ему, даже со скидкой, чем какому-нибудь уроду. Этот хоть нормальный. Будетмой брат в надежных руках.

Айзек молча кивнул.Что такое идти продавать часть себя, он знал не понаслышке.

На следующий деньАйзек созвонился с потенциальным покупателем байка, договорились вечером встретиться.На замену он присмотрел вместительный фургончик американского происхождения. Машина была та еще, наустаревшем принципе сжигания топлива, поэтому жрала бензин как бешеная лошадь. Зато остекление было только с двух передних дверей, водительскойи пассажирской, в кузове – вози, что хочешь, с улицы не видно.

Прежде чем отправитьсяна сделку, он зашел к Питеру и обрисовал ситуацию.

Волански расстроилсяиз-за Байки, выкупить мотоцикл он не мог, это было бы нарушением юридически закрепленнойволи отца, а до получения им денег откладывать поездку было нельзя.

– Айзек, в гаражестоит рабочий фольксваген, – если вы найдете способ его уничтожить, сжечь или разбить,я бы мог купить вместо него фургончик. Но это волокиты на пару недель, может днейдесять, и вам лишний риск. Решай сам.

– Мне жаль Байки,получу первый же гонорар, куплю ему новый Харлей.

– Ты не торописьпродавать права, Айзек, скоро я буду при деньгах, ситуация поменялась, и ты мнеуже не чужой сумасшедший незнакомец. Посмотрим, может, договоримся о партнерстве.У меня было время подумать про твое изобретение и к тебе присмотреться. Я готовиметь с тобой дело. А с мотоциклом Байки давай поступим так, ты договорись с покупателем,что имеешь право выкупить его обратно в течение двух, даже лучше про запас трех,месяцев. С прибылью двадцать-тридцать процентов. Блефуй, что иначе не продашь, думаю,он согласится.

– Хорошо, я попробую.Спасибо, Питер! А уж Байки сойдет с ума от счастья. Он мрачный как дно колодца,горюет ужасно.

Узнав про идеюПитера и его готовность выкупить мотоцикл обратно, Байки чуть не рехнулся от радости.Он ушел в свою комнату и пригласил туда Волански. Байки не умел благодарить, ноих разговор был очень длинным, и оставалось только догадываться, что он сказал.Вернувшись в гостиную, он был серьезен, заявив, что Питер ему теперь как брат!

Тяжелый груз свалилсяс плеч напарников, дело пошло в другом ключе, Байки передумал и отправился на сделкувместе с Айзеком. Покупатель поначалу расстроился, что может лишиться покупки, носогласился с условием обратного выкупа, пообещав быть очень аккуратным с мотоциклом.

Купленный фургончик оказался вполне ничего. Байки купил на свалке битых машинуплотнитель сжигания и прикрепил к двигателю. Бензин обогревался кислородом из воздухаи с дополнительным давлением поступал в мотор. Это снизило потребление топлива вполтора раза. Временный, но необходимый выигрыш в финансах: так неприспособленныйдвигатель быстрее изнашивался, различные резиновые прокладки и старые свечи быстреепрогорали.

Айзек отвечалза бытовые проблемы – на оставшиеся харлеевские деньги приобрел оставшиеся паруспальников, одеял, горелку и прочую мелочь, которая могла пригодиться. В фургонепредполагалось работать, готовить, ночевать. Неизвестно насколько поездка затянется.

Вещи друзья собиралимолча, Байки все же иногда снова дулся на то, что ему пришлось как минимум временнопродать свой Харлей, и мало разговаривал. Они перекидывались редкими словечкамипо некоторым важным вещам, если их нельзя было не обсудить.