Борис Долинго - Творцы Столпотворения

– Никогда не думал, что буду радоваться этому пейзажу, – усмехнулся Валентин.

– Это точно, – согласился Шорин.

Остапенко поморгал, привыкая к свету.

– Надо сориентироваться, – сказал он.

– Как ты сориентируешься? – хмыкнул Шорин. – Столько под землей проплыли, и хрен знает, в какую сторону.

– Ну, почему, – возразил Валентин, – прикинуть грубо можно. У нас есть солнце, мы примерно знаем, сколько мы плыли по времени, компас работает. Подземная река петляла, но общее направление движения уходило от города, насколько я соображаю…

Он покрутил головой по сторонам и начал показывать руками:

– Смотри, я почти уверен, что мы стоим среди скал, которые видели справа от города. Сейчас, похоже, дело уже к вечеру идет, солнце двигалось так. – Он показал рукой. – Местный восток у нас там. Насколько я вспоминаю расположение домов и входа в тот чертов подвал, мы поплыли куда-то на здешний юго-запад. Значит, город у нас остался там…

Валентин, взяв бинокль, начал осматривать местность.

– Что я говорил! – торжествующе заметил он и протянул бинокль Николаю: – Вон взгляни – следы «жука». Нет, нам крупно повезло: мы этих гадов не потеряли!

Шорин посмотрел. Действительно, всего в полукилометре или около того тянулись и исчезали за низкими холмами знакомые борозды.

– Да, похоже, они, – согласился Шорин.

– Ну тогда – вперед! – предложил Остапенко.

Вездеход накренился и принялся резво сбегать с холма прямо на островерхие скалы. Тан-хан грубо схватил водителя за плечо.

– Что с тобой опять, Нок-аха? – прокричал он. – Совсем ополоумел?!

– Виноват, ваша милость… – По перепачканному, ссохшемуся лицу подчиненного тек обильный пот, унося с собой бесценную влагу. – Но я больше… больше…

– Что больше?! Что?

Машина наконец выровнялась, и скорость ее несколько увеличилась. До первой груды камней оставалось совсем немного, а Нок-аха, казалось, и не собирался менять курс.

– Я не могу… – почти теряя сознание, прошептал он.

– Ничтожество! – командир оттолкнул его и взялся за рычаги. – Как это делается, покажи!

Водитель издал нечленораздельный звук и вяло махнул рукой.

– С-сволочь… – с ненавистью процедил Тан-хан.

Ему самому было очень плохо – жара на этой планете стояла невыносимая. Раскаленный воздух, проникающий в отсеки шагающей машины, с каждой минутой забирал у них последние остатки жизненной энергии. Если они не выберутся из этого чертового места до вечера, то шансов на спасение не останется – они просто высохнут, как капля воды на сковородке. Но он-то терпит, он-то еще сохранил силы и трезвый рассудок! Почему же эти проклятые рядовые уже практически сдались, почему?! Вот что значит его благородное происхождение! И пусть не болтают эти проклятые либералы, будто все равны – не равны, не равны…

Командир буквально вырвал водителя из кресла, уселся сам и принялся дергать за рычаги и жать на педали. Вездеход сначала занесло, потом он замедлил скорость, повернулся и понесся вдоль линии скал. В иллюминаторах мелькали лапы, на которых передвигалась машина.

Тан-хан дрожащей рукой вытер со лба пот. Кажется, пока пронесло. Ему захотелось снять шлем, но он снова сдержал это малодушное желание. Снять шлем офицера в боевой обстановке?! Ни за что!

– Па-тола, ко мне! – позвал он своего заместителя.

– Иду, главный… – донеслось из пассажирского отсека.

– Скорее! – нетерпеливо топнул ногой Тан-хан. – Садись сюда и веди машину, а то этот придурок совсем уже не в состоянии… – Он в гневе посмотрел на скрючившегося в углу рубки Нок-аху.

– Слушаюсь, – промямлил Па-тола, сменяя командира. – Но я не уверен, что мы движемся в правильном…

– Заткнись! – устало произнес Тан-хан. – Переход должен быть где-то здесь. Следи за местностью!

Шатаясь от усталости и истощения, Па-тола отвернулся к экрану, уставившись в него невидящими глазами. «Мы все сегодня умрем, – отстраненно подумал он. – Скорее бы уж – нет сил больше терпеть…»

Тан-хан некоторое время изучал карту, полученную от пришельца. Черт знает, что получается! То ли они все не так сделали, то ли его намеренно ввели в заблуждение. Хотя, с другой стороны, какой смысл ему обманывать? Наверное, с горечью констатировал Тан-хан, верно первое предположение – они перепутали эти чертовы переходы и пошли не по тому маршруту. Ах, это катастрофическое невезение! Чувствовал он – не стоило доверяться проклятому инопланетянину! К черту его технологии, его машину и фантастическое оружие! Теперь живыми бы домой добраться или хотя бы до местности, где много чистой, освежающей, дающей силы воды. О эта животворная вода, субстанция, давшая всему сущему право на существование, Мать-вода, вода, которая…

– Пить… Дайте пить… – донеслось до начавшего грезить Тан-хана. Он открыл сами собой сомкнувшиеся глаза. Па-тола, не выдержав, улегся на пульте управления и в беспамятстве бредил.

Стиснув зубы, командир стащил его с кресла и снова взялся за рычаги. Они должны найти вторую арку, должны. Она же где-то совсем рядом, вон, может быть, за той скалой, а может быть, за этой…

Впереди показалось русло высохшей реки. Точно – ориентир!

– Нет, мы выберемся отсюда, выберемся! – с надрывом прошептал Тан-хан. – Нас оберегает Святой Тха-Тлана, а он не позволит сгинуть нам на чужой и враждебной планете…

Он кое-как выровнял вездеход и повел машину вдоль канала, когда-то, наверное, наполненного живительной водой. Скоро в струящемся мареве раскаленного воздуха показалась характерная гряда скал.

Тан-хан хрипло засмеялся. Па-тола при этом застонал и открыл глаза.

– Очнись же, идиот! – крикнул командир. – Мы уже почти у цели!

– У цели… – тупо повторил Па-тола. – Вчера мы уже были у цели… Были…

Тан-хан промолчал. Ему нечего было сказать – его группа застряла в этом преддверии Ада. С самого начала инструкции пришельца были нарушены по независящим от командира причинам, и все пошло наперекосяк… Но этот переход должен работать, просто обязан!

– Когда инопланетянин снова появится, я убью его, – процедил Тан-хан, всматриваясь иссыхающими глазами в проносящийся мимо унылый пейзаж. – Я отдам его на растерзание Болотному Дьяволу!..

Па-тола трясущимся пальцем ткнул в боковой иллюминатор.

– Птица, – сказал он и громко икнул.

– Что? – не понял командир. – Ты о чем?

– Там летит большая птица…

– Ты бредишь! – Тан-хан повернул голову.

В колышущемся мареве невысоко над горизонтом была видна черная точка. Галлюцинация? До сих пор они не встретили тут ни одной птицы. Командир прищурился. Точка мигнула, но не исчезла.